"Фантастика 2023-171". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Граф Бертис был обескуражен. Ладно, если бы он получил вежливый отказ. Это было бы понятно. Трудно надеяться на быстрое согласие. Политика есть политика. Сначала вежливый отказ, а затем согласие, при этом каждая из сторон пытается выторговать какие-то небольшие для себя уступки. Но такой неожиданно решительный отказ был непонятен. Ладно, если бы это был только один виконт - он мальчишка, у него все поступки опираются на чувствах. Но даже и здесь такой резкий отказ более чем странен. Ведь ему предлагают руку самой принцессы. Непонятно. И уж совсем необычная реакция маркиза Ильсана. А он-то что? Ясно, что он хочет иметь неограниченное влияние на будущего короля, пока тот еще мал и неопытен. Иначе зачем ему встревать в это дело? Но ведь через два-три года мальчишка подрастет, оперится и Ильсан останется не у дел. Или он каким-то образом рассчитывает иметь длительное влияние на Дарберна? Ишь, как щеки надувает! Но ведь с ним еще и граф Тратьенский. Опытная лиса. Недаром граф считается правой рукой герцога Гендованского. Он здесь тоже не зря. Герцог послал опытного и доверенного человека в помощь мальчишке-маркизу.
- Но почему "нет"? - аккуратно возразил граф Бертис. - Юная красивая принцесса, совсем не испорченная, послушная воле мужа, ласковая в постели...
- Нет! Даже речи быть не может!
- Виконт сам выберет свою избранницу, - поддержал Дарберна Ильсан.
А что это с лицом герцога Амариса? Приоткрытый рот, глаза наливаются кровью - верный признак, что тот чем-то недоволен. О, боги! Неужели Ильсан подсунул мальчишке свою сестру? А ведь точно! В королевские шурины метит! А потом?... Граф Тарен тоже был шурином королю Френдигу. И этот туда же! А в случае смерти безрукого калеки, у кого наибольшие шансы на престол? Опять же, у ларского графа. А кто должен стать графом Ларска, когда Дарберн освободит графское место, надев корону Лоэрна? Никак, Ильсан? Ай, да герцог Гендована! Вот почему так раскраснелся амарисский герцог, он понял, что соседи его обошли. Надо признать, что затея с принцессой моему господину не удалась. Ничего страшного, Черный Герцог еще найдет ей применение. Тогда что остается из задач его миссии? Передача Ларска мальчишке с последующей коронацией. Здесь-то отказа не будет.
- Жаль, жаль, впрочем, решать вам. Как бы то ни было, я уполномочен вам передать, что в ближайшие два дня войска моего господина покинут Ларск. Правда, останется небольшой гарнизон, но только до момента вашего появления у стен города. Город нельзя оставлять без охраны. Если вы решите выступить в Ларск, то я пошлю одного из своих людей туда с сообщением. Нужно известить магистрат города и подготовиться к коронации. Итак, милорд, ваше слово?
Все присутствующие обратились к Дарберну. Тот сидел с несколько задумчивым, но одновременно твердым взглядом, о чем свидетельствовали жестко сжатые губы. Дар поднял глаза и медленно произнес:
- Я еду в Ларск...
В Лоэрне царило необычное оживление. Месяц назад скончался король Френдиг, не оставивший наследников. Впрочем, даже последний нищий столичного города знал, кто станет новым их королем. Граф Тарен, верный и преданный помощник покойному королю, к тому же его близкий родственник. Как сообщали королевские глашатаи, Френдиг, в отсутствии детей, назначил графа Тарена своим наследником. Старая династия, основанная более ста лет назад, пресеклась. Теперь власть в королевстве переходит к новому роду, роду Таренов.
Королевских глашатаев можно было встретить по всему городу, и утром и вечером, казалось, они и вовсе не ложатся спать. Их голоса, давно уже охрипшие от многодневных оглашений воли покойного государя, уже стали насколько привычны, что казалось, что они были всегда. Но чем дольше хрипели глашатаи, тем все больше и больше среди жителей города шепотом передавалась иное. Дескать, граф Тарен причастен к гибели детей старого короля, а на западе объявился чудесно воскресший настоящий наследник короны - юный граф Ларский, который, собрав громадное войско, идет освобождать свой город от войск Черного Герцога.
А в последние дни и вовсе стали говорить, что войско юного графа подошло к Ларску, где его встретили бесчисленные рати Черного Герцога. Увидев Дарберна Ларского, солдат герцога охватила паника и они, побросав оружие, бросились бежать. А юный граф, торжественно вступив в город, возложил корону своего отца, погибшего шесть лет назад, на свою голову. А самые смелые горожане добавляли, что Дарберн Ларский торжественно поклялся примерно наказать убийцу и узурпатора графа Тарена и что скоро его непобедимое войско выступит к Лоэрну.
- Ох, что будет, что будет, - качали головой собеседники. А некоторые обреченно добавляли: "Резня будет".
Под влиянием циркулирующих слухов на рынках города резко вскочили в цене продукты, а наиболее зажиточные горожане стали отправлять своих домочадцев за город. Не прибавляли оптимизма и сообщения, что графы Снури и Эймуд уже открыто выступили против Тарена, собирая в своих замках вассалов вместе с местным ополчением...
По лесной дороге, тянущейся вглубь лоэрнских земель, во весь опор скакало семеро всадников, а сзади, на расстоянии двух сотен метров, галопом двигалось несколько десятков вооруженных людей, на щитах которых можно было различить королевский герб. Вторая группа гналась за первой, и ей это удавалось, расстояние между ними постепенно сокращалось, хотя первые всадники нещадно подстегивали своих лошадей. В нескольких километрах от них, на торговой трассе в месте, где от нее ответвлялась лесная дорога, на земле лежало более двух десятков человек. Некоторые еще были живы, и около них хлопотало несколько солдат всё с теми же гербами на щитах. Нетрудно было подсчитать, что половина погибших и раненых была королевскими солдатами, а солдаты другой половины были удивительно похожи на людей из первой группы всадников, сейчас скакавших по лесной дороге.
Расстояние продолжало сокращаться, под одним из семерых всадников пала лошадь, а сам человек кубарем покатился вдоль дороги. Человек лежал неподвижно, то ли повредив себе позвоночник, то ли просто потеряв сознание от удара на землю. Когда он, наконец, очнулся, к нему уже приблизились передовые всадники из второй группы. Человек судорожно выхватил меч, но это было последнее, на что он оказался способен. Мимо него промчались передовые всадники, а человек, выронив меч, уже падал с глубокой раной на голове.
А первая группа всадников даже не заметила потери, продолжая настегивать лошадей. Но когда пала лошадь под другим всадником, оставшиеся пятеро, проскакав немного по инерции, быстро развернули лошадей, вернувшись к месту падения своего спутника. Тот по внешнему убранству своего вооружения заметно отличался от остальных. Богато смотрящиеся латы, красивый шлем говорили о том, что это не простой солдат. Один из всадников спешился и уступил своего коня. Человек запрыгнул на него, оглянулся назад и воскликнул:
- Поздно! К бою!
Действительно, передовые всадники из второго отряда уже были в двух-трех десятках метрах от него. Человек выхватил меч, его примеру последовали и остальные. Два отряда схлестнулись в ожесточенной рубке. Первые преследователи уже лежали на земле, но их число все прибывало и прибывало. И вот с человеком в богатом вооружении осталось только два его солдата, трое его людей уже были убиты. Преследователи окружили трех человек, жить которым оставалось лишь мгновенья. Но со стороны леса полетели стрелы. В пылу сражения, видя перед собой немногочисленного противника, преследователи, окружив трех человек и выставив перед ними свои щиты, оставили открытыми свои спины. Чем и воспользовался неизвестный враг, затаившийся на опушке близлежащего леса. И вот преследователей остается меньше десятка, а со стороны опушки им навстречу мчится полтора десятка неизвестных врагов. И есть еще трое врагов, пока держащихся в седлах, тех, кого они преследовали. Силы оказываются слишком неравными, и оставшиеся в живых солдаты с королевскими гербами позорно бегут с поля боя.