"Фантастика 2023-171". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Резкий рывок вперёд, и я схватив старика за шею поднял над землёй, бросил взгляд на его людей приготовившись к атаке и процедил сквозь зубы:
— Если атакуете, он сдохнет первым, а после и все вы.
— Вениамин, успокойся, — попытался меня остановить дед спокойным голосом.
— Надоело уже меня успокаивать. Этот старик доигрался до того, что стал последним представителем главной ветви семьи. А если он сейчас ничего не скажет, то Великая семья Ивановых перестанет существовать. Где Золотовы?
— Они давно мертвы. Эксперимент… пошёл не… — прохрипел старик, и я отбросил его.
— Что за эксперимент? — сухо спросил я.
— Мы пытались выяснить, каким образом появляются универсалы среди простых людей, — тяжело откашлялся Данил. — Нашли ещё пять пар, у которых тоже появились универсалы, и…
— Где они все? Где дети?
— Все попытки были неудачными, поэтому мы их устранили. Они и так уже почти лишились разума от действия различных медикаментов, которыми мы пытались заставить развить их энергетические системы. А дети стали достоянием нашей семьи, ты не единственный двухранговый.
— Понятно, значит, вся семья в этом принимала непосредственное участие. Что с ними делать, дед?
— Детей мы заберём, — глухо проговорил Игорь Старинов.
— Семья Морозовых поможет в этом, — откровенно проговорил Николай, хотя весь его вид говорил о том, что он готов убивать.
— Они были выращены нами как члены семьи, вы уже ничего не измените, — угрюмо проговорил Иванов, поднявшись. — Да и не время сейчас воевать друг с другом…
В ответ Иванов был отброшен техникой «взмаха колибри» и остановился, лишь врезавшись в стену, и начал кашлять кровью. Посмотрев на него, я лишь фыркнул:
— Да, неужели?
— Зря ты это сделал, — проговорил дед. — Хотя он и заслужил.
— Ты не стал меня останавливать. Надо было его убить.
— Надо, но отец тоже не одобрит, — проговорил Морозов и тяжело вздохнул.
— Успеется. Своего статуса он уже лишился, — посмотрел дед на Иванова, восстанавливающего себя лекарскими техниками. — Что теперь?
— Да, ничего, наверное. Спешить на помощь к остальным главам Великих семей, сейчас штурмующих Кремль, я не собирался. Пойду людям помогу — раненых много. Дед, сам обсуди вопрос, касающийся универсалов.
— Мы это обсудим, тем более, что я кое-что пообещал Громову, — кивнул он. — Гвардия, отходим. Барс, какие потери?
— Раненые почти все, убитых нет.
— У меня семеро, два в тяжёлом состоянии, и тоже почти все раненые, — проговорил Николай Морозов, двинувшись вместе со мной, махнув своим гвардейцам, последовавшим за ним.
— На, вот, — протянул мне мой автомат Барс, — не бросай своё оружие где попало.
— Я мастер контактного боя, — угрюмо проговорил я и кивнул. — Спасибо.
Махнув на меня рукой, Барс только вздохнул. А я, достав сигареты, предложил их Николаю, который, как ни странно, в этот раз не отказался и сразу же закурил…
Ожидая сигнала о готовности самолётов, мы просто ждали, расположившись под затянутым облаками осенним небом. Мои люди были вымотаны, и большая часть из них были ранена, поэтому я никуда их не погнал. Пусть другие тоже работают, мы и так взяли на себя практически непосильную задачу в виде устранения несостоявшегося императора.
Новости всё приходили и приходили — весь центр Москвы был оцеплен силами гвардий Великих семей и их союзников, а также агентами службы безопасности, решающими вопрос безопасности гражданского населения.
В ходе продолжительных боёв вся Красная площадь была перепахана техниками, рухнула часть Кремлёвской стены вместе с одной из башен. Серьёзно пострадал сам Кремль, но всё же наши победили, пусть и с большими потерями. Только вот потерь среди администрации президента и членов Государственной думы было слишком много.
— Вениамин, ты в порядке? — тревожно спросила меня Ева, дозвонившись.
— Да, наш бой уже давно закончился, — ответил я ей, — мы сейчас возле полуразрушенного Кусковского дворца лагерь разбили. В центр не стали двигаться, нам здесь хватило.
 
— Понятно, — облегчённо вздохнула Ева и, прикрыв микрофон на телефоне рукой, пересказала новости остальным, а после снова спросила: — Ты скоро домой?
— Вечером вылетим. Не волнуйтесь.
— Хорошо, тогда будем не волноваться, а просто ждать, — тепло проговорила она. — Целую. Пока.
— Пока.
— А где мой поцелуй?
— Ночью будет.
— Ну и сволочь же ты, Старинов, — фыркнула Ева и отключилась.
Убрав телефон в карман, я тяжело вздохнул, закурил, и, задумчиво посмотрев на Морозова, сидящего с задумчивой улыбкой, спросил:
— Что?
— Сразу видно женатого человека — ты даже лицом меняешься, когда со своими жёнами разговариваешь.
— Три раза позвонили, — вздохнул я и улыбнулся. — Волнуются.
— Я вот тоже думаю, что женится пора, — достав сигареты и закурив, проговорил Николай, — надоело одному быть до чёртиков. Всё равно мне встать во главе семьи не светит. Тебя не приглашу, не просись.
— Да я и не прошу, — пожал я плечами.
— Слушай, ты же со многими из Бирского лицея был знаком, подскажи, были там нормальные девушки?
— Гарем хочешь?
— А чем я хуже тебя? Ну, так что?
— Была парочка, могу имена дать, знаю, что не замужем. Самостоятельные, умные девушки и меня терпеть не могут.
— А почему?
— Не в моём вкусе, — неопределённо пожал я плечами. — Вот и бесятся.
— Ясно, универсал имеет право выбирать как по качеству, так и по количеству, — покивал Николай. — Ну, давай информацию.
— Они все старше меня, так что думай сам, — проговорил я. — Кстати, как там твой заместитель, всё нормально?
— Отпустил я её, замуж вышла. Я жду.
Нехотя я всё же дал информацию Николаю о пяти девушках с лицея, с которыми меня ничего не связывало, так же важным было то, что они все были ранговыми со стихией льда. Николай, получив данные на девушек, даже отыскал парочку из них в интернете и оценил их визуально, оставшись довольным…
— Ты многих потерял?
— Двадцать три человека, — тихо проговорил Морозов. — Больше всего в первой половине боя, когда из танков били. Одна группа моментально погибла.
— Да, паршиво, — бросил я взгляд на палатку, куда уложили погибших гвардейцев. — В погоне за властью многие не представляют последствий.
— Знают они всё, только им это безразлично. Своя шкура ближе, как говорится. Однако сейчас, когда нам грозит полномасштабная война, всё это действительно выглядит нехорошо, если мягко сказать.
— Ты прав, Кирилл знал. Знал, что часть земель на западе отойдёт немцам, только вот… Почему они все такие эгоистичные идиоты?
— Это ты у них спроси, — невесело ответил Морозов и, бросив взгляд на трассу, заметил. — Кажется, за нами приехали.
Три бронеавтомобиля остановились на трассе, из них вышел Звягин в сопровождении двух солдат в полной боевой экипировке, после чего направился к нам.
Барс дал отмашку бойцам и лишь дальше продолжил разговор по телефону с Шаманом, докладывая командующему гвардией о бое.
— Генерал Звягин, — отметил я новые погоны, — давно не виделись.
— Вениамин Старинов, Николай Морозов, — обменялся он с нами рукопожатием, — требуют вашего присутствия на общем собрании в Кремле. Выдвигаемся сейчас.
— Поехали, Николай. Барс, я в Кремль, ты командуешь.
— Понял.
— А я думал, ты откажешь, — заметил Звягин.
— Нет, я за этим и еду, чтобы напомнить, что требовать они будут у конкретных людей в конкретном месте. Трое твоих парней погибло. Еле вытащили из выгоревшей вертушки то, что осталось.
— Понятно, — спокойно ответил генерал. — Поехали, времени осталось мало. Заря, останешься, заберёшь бойцов, — проговорил он в рацию.
— Понял, командир, — донёсся голос из неё.
Загрузившись в броневик, мы двинулись в направлении Кремля с одной машиной в сопровождении, вторая осталась забрать тела. Поездка проходила в почти молчаливой обстановке, нарушаемая только звонками Звягину, на которые он был вынужден отвечать.