"Фантастика 2023-171". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
— А ещё игнорировал наши звонки весь день, из-за чего приходилось названивать Селене, — добавила Ева, опершись на спинку дивана, и посмотрела на меня. — Что за срочность лететь в Болгарию? Ты же планировал это только к концу недели.
— Не знаю, Габриэлла резко изменила планы. Похоже, король прижал. Да и надо помочь старой женщине, а то как-то нехорошо получается… В этот раз полечу один, спорить и упрашивать бесполезно. Вы сами видите ситуацию.
— После произошедшего в Китае, тебя страшно отпускать в командировки, — заметила Лиен-Сун. — А сейчас пойдём есть. Кстати, мы закончили с ремонтом, сейчас ожидаем первую партию товара…
— Звучит неплохо. Виола, тошнота прошла?
— Да, я и не заметила…
— Вот и хорошо, а теперь слезай с меня. Иначе я съем тебя здесь и сейчас… — облизнулся с улыбкой.
Интерлюдия. Романское королевство. Романия.
30 сентября 2002 года
Расхаживая по кабинету из стороны в сторону, Игорь Старинов пытался переварить то, что ему только что предложили, король Австрии — Вильям и Бенедикт, король Романа. После чего остановился возле кресла и рухнул в него.
— Вы совершенно не знаете Вениамина — он вас пошлёт.
— Куда? — переспросил Бенедикт.
— Нахуй! — недовольно ответил Игорь, — это в Перу.
— Хороший высокогорный курорт, — добавил с улыбкой Вильям. — Игорь, в чём проблема?
— В кодексе семьи…
— Кодекс можно и переписать, — сухо проговорил Бенедикт.
— Вениамина вы не перепишите. У него и так сейчас восемь жён. Он не пойдёт на это ни на каких условиях. Не понимаю, у вас что, нет местных универсалов?
— Благодаря Германии — нет, — поднялся из кресла Бенедикт. — А у нас нет наследников, нам обоим за шестьдесят, детей у нас уже не будет. Что ты предлагаешь нам? Игорь, мы на пороге войны, но война рано или поздно закончится, и мне не хочется, чтобы прервался мой род. Нам нужны наследники, и только твоя семья обладает достаточной родословной для этого. Ты и сам знаешь это.
— А я говорю, что не могу повлиять на Вениамина, он каждый раз сдерживается, чтобы не врезать мне. Давить на него тоже бесполезно — он основатель семьи, у него больше власти.
— Сколько он хочет? Сколько миллиардов? — спросил Вильям. — Мы можем заплатить, мы далеко не нищие.
— Вы не понимаете!..
— Чего орёте?! — недовольно спросил Самойлов, войдя в сопровождении Зубова. — Вас за пределами кабинета слышно.
— Обсуждаем вопрос, чтобы Вениамин стал отцом детей для двух принцесс, — ответил ему Бенедикт с вызовом. — Вы что-то можете сказать?
— Можем. Точнее, я могу, — проговорил Зубов, пройдя к столику и, взяв чистый бокал, налил себе вина. — Мне повезло быть с ним большую часть его жизни, и я знаю его гораздо лучше всех вас. Он не согласится ни на каких условиях. Вениамин уже всё для себя решил.
— А если шантажировать? — осторожно спросил Бенедикт
— Тронешь его семью — и он явится во дворец за твоей головой, уничтожая всех, кто встанет на его пути, — посмотрел в глаза королю Романа Зубов. — Вениамина опасно недооценивать, если вы не хотите стать действительно последним из своего рода. Игорь, когда у нас самолёт? Мне надоело быть здесь.
— В течение трёх дней, потерпи, Павел. Сам знаю, что мы теряем время, сейчас вот спорим на совершенно бессмысленную тему.
— Отложим этот разговор, Старинов, — кивнул Вильям. — Значит, благодаря своей затее вы немного отодвинули начало войны в Восточной Европе… Умно. Это даст нам некоторое время чтобы подготовится к удару, но боюсь, мы не выстоим. Возможно, это наша последняя встреча, Игорь.
— Ты знаешь, что можешь сделать.
— Да, знаю и сделаю это, но дочь мне придётся перенаправить в безопасное место. Надеюсь, ты сможешь помочь мне в этом. Ты знаешь, что сделают с ней выходцы из императорской семьи?..
— Выношу на обсуждение тему, ради которой мы изначально и собрались, — проговорил Бенедикт. — Какие будут предложения?..
Глава 9. Предатель
Частный самолёт объединённой семьи Стариновых заходил на посадку, немного потряхивало, но я был спокоен и включил сохранённое видео о заседании Общего совета Центрального округа. Смотря за выступлением депутатов и глав семей, делящихся с присутствующими своими проблемами, также вызывали отчитаться тех, кто не справлялся с той или иной задачей, и спрашивали, почему так произошло.
— Филипп Анатольевич, почему у нас постоянно воняет свалкой? Почему вы, как глава местной администрации целого района, не желаете следить за качеством воздуха, которым дышите… Вы же и сами там живёте.
— Прошу прощения, но нам не хватает денег из местного бюджета, была помощь из бюджета округа, но они быстро закончились.
— Пять миллиардов быстро кончились?
— Да, мы даже не сумели закончить несколько проектов. Так что денег в бюджете нет.
— Кажется, я ослышался? Вы говорите — денег нет? — поднялся со своего места Иванов, двинувшись к трибуне, — тогда не объясните мне, куда ушли те деньги, что я направил лично. Это ещё три миллиарда. Вы открыли у себя машиностроительный завод? Таких денег на него вполне хватит.
— Нет, Данил Фёдорович, но муниципальные объекты…
— Тогда как вы объясните наличие прекрасной дачи в Турции?! Да, она зарегистрирована не на вас, а на вашу сестру, являющуюся инвалидом…
— Данил Фёдорович…
— Деньги в стране есть, но благодаря таким как ты и ещё десяткам из присутствующих в зале — их нет. Теперь же конкретно у вас — денег нет, собственности — нет, а ваша жилищная площадь составляет четыре квадратных метра вплоть до окончания расследования о том, куда пропали такие деньги… Охрана, увести отсюда этого…
— Популист старый, — снисходительно усмехнулся я себе под нос.
— Да, популизм, но знаешь, народную любовь он от этого получит, — усмехнулся Философ, — тебе тоже нужно будет подобное использовать, особенно на камеру и чтобы на всю страну.
— Нет, я слишком принципиален для подобного.
В этот момент самолёт тряхнуло от соприкосновения с землёй, мне пришлось удерживать ноутбук на столе, пока продолжалась тряска. А после мы спокойно покатились по полосе, а поднявшись, убрал ноутбук в сумку, после чего осторожно похлопал по плечу Игоря, дремавшего весь перелёт, отчего он проснулся, посмотрев на меня, и кивнул.
Самолёт тем временем остановился, а я, ощущая своими сенсорными способностями, что нас встречают, двинулся к выходу. Философ и Игорь, взяв оружие, двинулись за мной следом. Выйдя на трапп, я увидел, что меня встречает Габриэлла, прибывшая с десятком человек охраны.
— Вениамин, наш ждёт встреча с Борисом, едем прямо сейчас, — проговорила деловым тоном старая женщина, а после развернулась и двинулась к машине, спросив уже более тёплым голосом. — Как твои дела?
— Вчера было покушение, как вы видите, неудачное для его организаторов.
— Шутишь. Значит у вас всё в порядке, — задумчиво проговорила дама. — Вышел на заказчиков?
— Давайте обговорим это позже, Габриэлла.
— Хорошо. Обговорим позже, — и задумчиво уже посмотрела она на меня.
Между тем мы сели в машину, а мои парни разделились, при этом Философ поехал с нами.
Выехав из аэропорта, мы, в сопровождении двух машин, двинулись к резиденции короля Болгарии, расположенной в окрестностях столицы. Проехали по трассе M2, а после свернули на бульвар «Цареградского шоссе», где к нам присоединились ещё три машины сопровождения с гербами Болгарской королевской семьи.
Наконец, подъехали к дворцу и остановились, охрана открыла двери, а после мы двинулись к входу.
— Будь сдержаннее, — посоветовала мне Габриэлла. — Виктор любит пререкаться, но в серьёзных вопросах, как сейчас, он предпочитает объективно подходить к поискам их разрешения.
— А разве адекватный правитель должен быть другим? Хотя, о чём я это говорю…
— К сожалению, те, кто правит, имеют очень субъективную картину о сложившемся в стране. Так получается со слов разных советников и министров. Стыдно признавать, но подхалимство — это лучшая профессия во все времена.