Сыны Каина. Капкан на любовь (СИ)

— Он прикасался к тебе? — глаза налились демонической тьмой.
— Перестань. — Его ладони так сжимали запястья, что причиняли боль.
— Немедленно отвечай! — рыкнул Горай. Черты лица заострились, клыки вытянулись, он прикусил ими губу, по подбородку потекла тонкая струйка крови, но даже не заметил этого. — Кому сказал!
— Отпусти! — я рванулась, но это было бесполезно. Недавно Страж легко расправился с толстым чугунным прутом и словно фольгу смял наручники. Что он сделает с моими руками, кости которых уже и так трещат?
Резко развернув спиной, мужчина прижал меня к себе, дыша так тяжело, что я почти подпрыгивала в его объятиях каждый раз при вдохе.
— Ты обещал, что никогда не обидишь меня. — Тихо сорвалось с губ. — И уже нарушил слово.
Его дыхание замерло. Руки разжались.
— Магда… — начал Горай, но я не стала слушать и выбежала из комнаты. Как назло, тут же, не успев миновать коридор, угодила лицом в грудь Лукьяна.
— Где тебя носит? — он тоже набросился на меня. Сговорились все, что ли? — Что ты забыла в клубе?
— Хотела согреться и выпить.
— Ты пила?!
— Надо было помянуть трупешник, — мрачно отшутилась я, сделав шаг к выходу.
— Где твоя куртка? — Хранитель преградил мне путь.
— Что? — мозг лихорадочно принялся вспоминать.
— Где куртка, что была на тебе? — Лукьян внимательно вгляделся в мое лицо. — По-моему, простой вопрос.
— Оставила где-то, — пробормотала я, неосознанно посмотрев в сторону приватной комнаты, из которой только что выбежала.
— Значит, надо вернуться, — парень направился туда, пришлось с обреченным видом двинуться следом.
Обида на Горая мгновенно прошла, теперь меня куда сильнее волновало то, что по моей милости он влипнет в новые неприятности, еще не успев выпутаться из предыдущих.
— Вот она, — Лукьян поднял с пола куртку. — Что ты делала в приват-руме, объясни.
— Конечно же, ублажала мужчину! — с удовольствием призналась я. Вернее, это он меня ублажал, но кому важны детали.
— Очень смешно. — Пробурчал Хранитель, сунув куртку в мои руки. — Идем. Там еще четыре трупа нашли. Все гораздо серьезнее, чем казалось.
Хранители работали быстро и тихо — шум было велено не поднимать. Интересно, почему? Чтобы простые смертные не лезли в то, что их не касается, или чтобы не вспугнуть убийцу? А если ему взбредет в голову продолжить кровавый Хэллоуин и зарезать еще пятерых?
Когда я спросила Лукьяна, он отмахнулся, скривившись, и подошел к большой группе Хранителей, которых на площади было уже больше, чем праздно шатающихся гуляк в костюмах. Конечно, трупом больше, трупом меньше, главное — сохранить конфиденциальность. Противное слово. И мерзкая игра жизнями простых обывателей, которым уготовано лишь счастливое неведение. Даже не понимаю, что сейчас охраняется больше, уж не эта ли хваленая конспирация?
Понимая, что во мне говорит недавний стресс, я стиснула зубы, приказав себе не раскисать, и вслушалась в слова Игоря Леонидовича.
— Пять трупов, все лежат в разных местах: рядом с клубом, у реки, у памятника, за торговым центром и на стоянке. Свидетелей нет. Колото-резаные раны в разных местах — шея, у двоих вены на руках порезаны от запястья до сгиба локтя, у других — бедренные артерии. Сейчас проверяем всех наших «любимчиков» из нечисти и шерстим гостей города.
Я вздрогнула. Хорошо, что Горай «не засветился», мог ведь попасть под подозрение.
Директор разделил Хранителей на пары — как в детском саду, пронеслось в голове, и отправил по трупам. Нам с Лукьяном достался тот, что у реки.
Уже темнело, когда мы подошли к ней. Вода отражала закатные краски, а мне показалось, что она медленно наполняется кровью. Недавний пирожок заворочался в желудке, просясь на свободу. Ну уж нет, позориться не буду! Я стиснула зубы и молча посмотрела на «наш» труп.
Молодой мужчина, в обычной одежде. На правой руке обручальное кольцо. Может, и дети есть. Голубые джинсы на левой ноге пропитались кровью, которой он попросту истек. Как и остальные. Почему, кстати, пятеро? Внутри что-то заворочалось, словно маячок включился. Чего у нас пять? Пальцев на каждой руке и ноге — первое, что пришло в голову.
 
Догадка пронзила разум, и я ахнула, замерев.
— Что? — Лукьян недовольно покосился на меня.
— Есть карта? — выпалила я.
— Нет. Зачем?
Мой взгляд заметался по набережной. Вот то, что нужно! Я подбежала к ребенку, который управлял дроном, и улыбнулась ему:
— Какая классная штука!
— Отвали! — процедил маленький хам. Черт, он еще слишком мал, чтобы реагировать на обаяние девушек в костюмах из секс-шопа.
— Засранец! — вырвалось у меня.
— Чего?
— Да вот думаю мужу такой же купить, — я кивнула на белую хрень, что кружила над нами, — но твой, наверное, детский?
— Ни фига! — оскорбился ребенок. — И ваще, ты знаешь, сколько он стоит, тетя?
— Но высоко, смотрю, не летает.
— Ты совсем?! Смотри, — он быстро поднял дрон повыше.
— Это все равно низко.
— А теперь? — когда игрушка стала почти не видна в темнеющем вечернем небе, осведомился мальчишка.
— Не знаю. А картинка качественная?
— Гляди! — он сунул мне под нос планшет. — Все видно!
— Да, все видно, — рассеянно пробормотала я, быстро прикинув то, что хотела.
Так и есть!!!
— Лукьянова, ты работать собираешься? — ко мне подошел бывший.
— Это он, что ли, муж? — с любопытством спросил пацан.
— Да упаси бог! — пробормотала я с усмешкой.
— Какой муж? — Лукьян уставился на нас. — Магда, ты совсем свихнулась?
— Лучше! — на моем лице расцвела победоносная улыбка. — Выяснила, с чем мы имеем дело!
— И с чем же?
— С Пылающей звездой!
Я отлично помнила этот ритуал — Пылающая звезда, которую еще называли пентальфой, потому что имела форму пентаграммы. Уроки символики мне нравились. Потом специально целую книгу отыскала про то, как в средние века проводись такие вот «процедуры», с кровавыми жертвоприношениями.
Основное условие — чтобы объект был молод, здоров и силен. Ну, и трупы надо было расположить таким образом, чтобы при проведении через них линий получалась пятиконечная звезда. Теперь понятно, почему порезы в определенных местах: если человека вписать в пентаграмму, именно ступни, запястья и голова с шеей окажутся на крайних точках лучей.
Добежав до нашего трупа, я присела на корточки и под возмущенные выкрики Хранителей перевернула его вниз лицом. Уже слишком темно. Смартфон мне в помощь. Фонарик на телефоне высветил искомое — ожог в основании шеи. Похож на перевернутую подкову, или английскую «U».
— Знак воды. — Лукьян кивнул. — Теперь понятно, почему этот вурдалак в Хэллоуин активизировался — отличное прикрытие. В обычный день такое попробуй проверни! А сегодня даже если реальный дьявол вылезет, никто и не заметит.
— А что, может? — я затаила дыхание.
— Не каркай, Лукьянова, — он взял меня за руку. — Идем, проверим остальные трупы.
Это заняло время, но все сошлось: символы земли, воздуха, огня были выжжены в том же месте и у других жертв. Последний знак — дух — имелся на шее того мужчины, которого я заметила первым. Ему единственному удалось каким-то образом нарушить Пылающую звезду и уйти от того места, на котором он должен был находиться.
— И почему вы, матерые волки, не догадались сопоставить местоположение трупов на соответствие ритуалам?! — гаркнул Игорь Леонидович на Хранителей, играющих желваками. Похоже, мне опять удалось обзавестись врагами.
— Можно еще догадку? — спросила я, усмехнувшись, когда коллеги метнули в мою сторону полные ненависти взгляды.
— Конечно. — Директор кивнул.
 
Мне с трудом удалось промолчать о том, что сам он тоже, как и хваленые матерые оперативники, не удосужился вспомнить, чему учили на уроках символики. Сейчас важнее другое.
— Из курса лекций первого курса, — все же не удержалась я, — помню еще кое-что. В ритуале Пылающей звезды энергия аккумулируется в центре.