Мой снежный король (СИ)

С этими словами Вельма откидывается на спинку стула и снова тянется к графину, чтобы наполнить наши бокалы.
Мне даже требуется некоторое время, чтобы продумать все возможные ходы, которые остаются для этой партии с учетом озвученной стратегии Вельмы. То, что она вывела ведьму в центр поля, вынудило и мои, и ее силы вступить в бой, и некроманты, которые заранее были поставлены в выгодную позицию, играли на этом, давая ей неоспоримое преимущество. Ужасно! Слишком много дыр в этой стратегии, она разрушится при любом раскладе, еще в самом начале, выведи я кого угодно, кроме пехоты, и это бы не сработало… Или используй я слонов сразу, ведьма бы не успела их подчинить. В этой стратегии определенно стоит использовать арфиста, против некромантов, выводить его в самом начале…
— Эх, надо было на желание с тобой играть, — принцесса со смехом в голосе прерывает мой лихорадочный поток мыслей, — Что-то я не подумала об этом.
— Так, — я внезапно вскакиваю со стула, чтобы взять с соседнего стола чернильницу, перо и бумагу. — Я должен.. Записать кое-что.
Да-да, я признаю победу эльфийки, но это не значит, что я буду убиваться или расстраиваться по этому поводу. Наоборот — это пробуждает во мне куда больший азарт, я хочу разобраться в стратегии и ходе мысли эльфа, с которым мне удалось сидеть за доской, а это было ценнее, чем тонны прочитанных книг. Альвы так не играют. Они не придумывают тактику по ходу ведения боя. Мы можем лишь использовать проверенный и четко отточенный опыт. А вот эльфы…
— Ты в порядке? — отчего-то вдруг обеспокоенно спрашивает меня Вельма.
Я даже практически не слушаю ее сейчас, так что слова девушки доносятся до моего понимания с опозданием.
— Да, да, я в порядке, — продолжая делать записи, отвечаю я. Такое бывает — когда я чем-то увлечен, меня сложно отвлечь и я могу ничего не видеть и не слышать вокруг себя. Сейчас мне жизненно необходимо записать и проанализировать стратегию Вельмы, хотя я понимаю, что таковой не было. Я читал о таком, что некоторые эльфийские гроссмейстеры славились тем, что были способны придумывать тактику на ходу, становясь непобедимыми, но я никогда с таким не сталкивался, а сейчас у меня есть уникальный шанс понять подобный образ мышления и ходы, используемые в таком стиле игры.
— Да ладно, не переживай так. Может, в следующий раз повезёт, — усмехается принцесса, снова вырывая меня из моих мыслей.
— Почему ты думаешь, что я расстроен? — я наконец поднимаю голову, нахмурив брови, — И в этой игре нет места везению. Если я и выиграю, то потому что смогу понять, как ты играешь, вот и все.
Для меня это было очевидной составляющей. 
Или Вельма имеет в виду, что ей просто повезло?
— Но это вряд ли возможно. Разве можно предугадать все ходы? — смеется эльфийка, чем вызывает внутри меня новую волну негодования.
— В этом и состоит главная стратегия…
— Да-да, — пожимает принцесса плечами, перебивая меня. — Как скажешь. Только в следующий раз будем играть на желания. А то не интересно, да и нет никакого смысла в моей победе.
С этими словами она поднимается на ноги, оправляя складки своего легкого, почти полупрозрачного платья.
Я все еще уверен, что можно абсолютно все подвергнуть анализу и пропустить через логику. Да, с мышлением Вельмы будет крайне сложно, но и мотивы ее поступков можно понять, значит, можно проанализировать и то, как она играет. Сейчас мой мозг затуманен алкоголем, и вообще я начинаю осознавать, что обдумывание дается мне нелегко, так что я откладываю перо и отодвигаю бумагу в сторону, наконец поднимая на эльфийку глаза.
— Давай считать, что мы играли на желания, — беззаботно соглашаюсь я, еще не понимая, чем это может для меня обернуться. 
Вести себя подобным образом даже кажется мне сейчас веселым — не думать, прежде чем говорить или делать. Наверное, для этого и создан алкоголь. 
— Мы уже занимались тем, что хотел я, так что будет честным исполнить и твои пожелания.
Если бы меня обыграл кто-то из моих сородичей, вероятно, это раззадорило бы меня. Но почему-то по отношению к Вельме я не испытывал обиды или еще каких-либо отрицательных эмоций. Удивительно, да?
 
— О… Желания будут не сразу озвучиваться, — игриво прищурившись, Вельма приближается ко мне почти вплотную, — Я хочу накопить их много-много, а потом использовать не спеша по одному. И нет, сейчас было не на желание. Так будет со следующего раза.
— Как пожелаешь, — отвечаю я, вновь не очень понимая, что имеет в виду Вельма. 
По сути, любое ее желание может быть исполнено в этом дворце, зачем все эти игры? Я бы понял, если бы она воспользовалась этой возможностью сейчас, чтобы заняться тем, что нравится ей — хотя, опять же, я не представлял, что ей может нравиться. Танцы? Вышивание? Рисование? В общем, все то, в чем я абсолютно не силен и вряд ли соглашусь разделить в обычной ситуации. Впрочем, если я не сразу пойму тактику игры принцессы, у Вельмы появится куча возможностей заполучить свои желания.
— Значит, сыграем еще раз?
Я снова чувствую ее запах близко-близко. И эти глаза… Румянец на щеках, ставший еще розовее от выпитого вина. Сколько раз я уже думал о том, что все, связанное с эльфами, для меня “слишком”? Само присутствие этой девушки вот так рядом для меня тоже чересчур.
Но почему я постоянно ищу ее общества, снова и снова?
— Думаю, нам стоит идти спать, -- внезапно севшим голосом отвечаю я. От вина и впрямь сильно клонит в сон — странное явление, ведь альвы так же слабо должны быть подвержены алкоголю, как и эльфы. Возможно, больше мне не стоит таким увлекаться. — Завтра я после завтрака буду ждать тебя здесь. Если ты не против, конечно.
— Как тебе будет угодно, снежное величество, — хихикает Вельма.
***
Я ожидаю эльфийку на том же месте, в котором мы условились.
— Что сегодня? — заполняя своим появлением все окружающее пространство, говорит она вместо приветствия, — Будешь весь день гонять меня по игре и записывать каждый мой шаг?
Я отметил вчера, что после выпитого мною вина, Вельма раздражала меня куда меньше обычного. Можно сказать — я даже почти начал испытывать к ней симпатию. А сегодня, когда она вновь принимается за свои шутки и иронию в мой адрес, мне вновь хочется сбежать и не видеть эту дерзкую девчонку. Жаль, что на игру мы условились еще вчера.
— До твоего появления собирался, — холодно бросаю я, раскладывая фигуры. — Но если тебе не нравится эта идея, я тебя не держу.
Она хотя бы понимает, что и зачем говорит? Или делает это специально? После ее слов и тона, какими они были сказаны, у меня пропадает все желание играть. И, да, я собираюсь записывать. Но как мне теперь это делать после ее насмешки? Видимо, принцесса этого и добивается. Чтобы я чувствовал себя именно так.
— Что опять не так? Что я на этот раз натворила? — принцесса моментально грустнеет и тяжело вздыхает.
Мне даже приходится закрыть на мгновение глаза, чтобы собраться с мыслями и справиться с ненужными эмоциями. Вельма спрашивает, что она сделала не так, значит, не хочет задевать меня намеренно. Выходит, это все издержки моего собственного характера и мне стоит успокоиться. Почему меня вообще способны задеть слова какой-то эльфийки? Из-за того, что мы один раз прекрасно провели время, она не может стать для меня достаточно близка, а значит, и реакция моя является исключительно странной. Недопустимой. Она мне никто, формальность, и время я с ней провожу, чтобы добиться своего. Она не может добраться до моего сердца и задевать меня своими словами и какими-то ни было нечаянными усмешками и своим отношением. Точка.
Правда, на границе сознания все же засела мысль, что девчонка, похоже, никогда не сможет воспринимать меня всерьез. Я был даже для нее не врагом, которого она ненавидела, а глупцом, с которым позволительно вести себя абсолютно небрежно, наплевательски и с самого начала выказывать неуважение. Это все складывалось воедино. С самого начала. Разве может воспитанная девушка вести себя столь непристойным образом в присутствии мужчины, как она это делала в наш первый вечер знакомства? Нет, если только она вовсе его за мужчину не считает.