"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Дело в том, что вы правы… — пробормотал я, откашлявшись.
И начал рассказывать. Максимус внимательно слушал. По тому, как сжались его пальцы на подлокотниках кресла, я понял, что комендант до крайности взволнован. Когда я закончил говорить, воин рывком вскочил на ноги и стал мерить шагами комнату.
— Сколько у них войск? — спросил он сухо, по-деловому. Я невольно восхитился выдержкой Максимуса. Не стал рвать на голове волосы, не начал выть и стенать. Комендант превратился в твердый камень. В глазах вспыхнуло беспощадное и суровое пламя, лицо побледнело. Настоящий воин — не устрашился опасности.
— Точно сказать не могу, — осторожно произнес я. — Не до того было. Но больше десяти тысяч.
— Плохо, — отрывисто сказал Максимус— Что еще подметил? Важна любая мелочь.
— С ними будут служители, — сказал я, поразмыслив. — Орден Правды.
— Еще хуже, — скривился комендант. — Эти ублюдки очень сильны. А у меня лишь десяток боевых чародеев. Хорошо хоть вчера прибыли пятнадцать больших огнеметателей вместе с тремя сотнями подкрепления. Та-ак… Что мы имеем? Гарнизон в восемьсот воинов, плюс пришлют подкрепление соседние крепости. Итого — около полутора тысяч неплохих пехотинцев. Плюс огнеметатели и чародеи. Неплохо, но у скифрцев силы неизмеримо больше. Придеться устроить им несколько сюрпризов, потом запремся в крепости и будем сидеть до пришествия Алара… Когда нападение?
— Принц планировал через три дня, — ответил я и пожал плечами. — Но, учитывая мой шумный побег и состояние скифрских войск… может, и завтра.
— Паршиво, — скривился Максимус— Мы не готовы. Стервец, правильно рассчитал. Понесет большие потери от холодов, но нас…
Комендант оборвал речь на полуслове. В глазах на миг промелькнули страх и безнадежность, но тут же сменились злостью и упрямством. Лицо воина потемнело и осунулось, на лбу пролегли глубокие морщины.
— Победит? — договорил я за него.
— Возможно, — осторожно сказал Максимус— Но не твоего ума дело. Убирайся-ка ты отсюда, Эскер. Благодарю за правдивые вести. Теперь ты свободен.
Я не стал спорить, откинул плед и поднялся на ноги, с наслаждением потянулся. Нагловато зевнул и направился к выходу. Было почему-то обидно. Мы хоть и гордые, но стерпим. Лезть в чужой храм со своими правилами не будем.
У выхода я остановился и обернулся.
— Мне нужен посох, — не терпящим возражений голосом сказал я.
— Будет тебе посох, — фыркнул комендант, совладав с собой. — Отдам позже, не сомневайся.
— Мне нужен сейчас, — твердо сказал я.
Максимус оскалился, открыл рот, чтобы послать меня подальше. Но, натолкнувшись на мой взгляд, осекся и шумно вздохнул.
— Хорошо, — сказал воин, — До вечера получишь свою деревяшку.
— И на том спасибо, — съязвил я. — Есть вопрос. Что мне делать?
Комендант окинул меня задумчивым взглядом, кивнул каким-то своим мыслям. Но ответил:
— То же, что и другим: отправляйся достраивать наружные укрепления. Потом, коли захочешь, станешь в строй и будешь сражаться до последней капли крови. Если смыслишь в механике, иди обслугой к одному из огнеметателей.
— Ладно, — сказал я. — Так и сделаю.
Отвернулся и толкнул дверь. Едва оказался в коридоре, услышал бешеный рев коменданта: «Командиров ко мне! Срочно! Писаря! Гонцов!» Я еще раз мысленно восхитился силой Максимуса. Под спокойной, слегка меланхоличной внешностью скрывался лидер с огненной душой и стальной болванкой вместо сердца.
Я медленно прогуливался по крепости без особой цели и смысла. Впервые за многие дни и даже недели у меня появилось время на размышления. И мысли не замедлили явиться. Смутные, наполненные тревогой и непониманием.
Со мной творились странные вещи. Еще прошлой весной я просто радовался жизни, защищал диплом в университете, пил пиво с друзьями и знакомился с девушками. И даже предположить не мог, что судьба сделает подобный выверт. А теперь с легкостью убиваю, сражаюсь за Свободные Земли… Я изменился. В худшую сторону или лучшую, не знаю. Перестал быть таким трусливым, как раньше, стал жестче. Но уже подметил — чем сильнее становлюсь, тем круче и злее попадаются противники. Иногда кажется, что меня несет бурный горный поток. А я — маленькая щепка в неукротимых волнах. Свернуть или вернуться назад не могу. Остается лишь уповать на то, что меня не разобьет в труху о подводные камни.
 
Сначала посох, потом непонятный Дар Предков… Они сделали меня иным, добавили сил и могущества. Но справлюсь ли я? Выдержу ли подобную ношу? До сих пор я так и не разобрался, как работает Сила Предков — таинственное чародейство, доступное лишь людям. Магия Крови, мощная и запредельная, приходила на помощь лишь в отдельные моменты. На первый взгляд абсолютно случайно. Это не банальная сила Жизни людей. Можно было бы списать на ярость и жажду познания, свойственные человеческим существам. Но я прекрасно сознавал — все гораздо сложнее. Это Память бесчисленных поколений людей, что жили до меня, топтали землю, любили и ненавидели, сражались и строили. В Памяти — Знания. А знания, как известно, — сила.
Была еще другая неразрешимая дилемма. Обычная, даже повседневная. Но не менее гложущая и страшная. Вопрос терзал меня давно. Что делать и как быть? За Свободные Земли сражаться мне претило. Сам бы сжег эту проклятую страну вместе с глупыми и самодовольными людишками, которые неспособны по-настоящему любить, а могут лишь лгать, продавать и покупать, изыскивают способы телесного-удовлетворения… Но вот ведь сражаюсь. Без особого желания, словно из-под палки. Хотя надсмотрщик за спиной не стоит, плетью не бьет и не кричит. Тогда почему? Ведь мог остаться вместе с Ашем, жить счастливо и честно. Может, просто потому, что если уйду, то предам не Свободные Земли, а себя?..
В одном из коридоров я натолкнулся на Рола. Маленький лысый следопыт молча подошел ко мне и крепко обнял. В темных глазах промелькнуло дружеское тепло.
— Я слышал, что ты вернулся, — произнес воин, внимательно разглядывая меня. — Молодец, Эскер!
— Брось, Рол, — сказал я и смущенно отмахнулся. — Мне, как всегда, везет.
— Знаю я твое везение, — усмехнулся Рол. — Небось разворошил осиное гнездо перед побегом?
— Самую малость, — ответил я и пожал плечами, — Отпускать не хотели. Чаями поили, просили остаться на ужин. Но я же знаю, у нас кормят лучше.
— Шутник, — хмыкнул следопыт. Критически осмотрел мою изорванную и грязную одежду. — Не желаешь помыться?
— Сильно воняет? — спросил я. Сморщил нос и закатил глаза. — А вообще не отказался бы от теплой воды и свежей одежды. А потом бы легкий ужин и кружку глинтвейна.
— Устроим, — пообещал Рол. — Пойдем!
Следопыт хлопнул меня по плечу и увлек за собой. Привел в баню. Тут была пузатая бочка с горячей водой и куском душистого мыла. Я быстро разделся и с удовольствием окунулся. Потом долго откисал, блаженствовал. Заклятиями вылечил ушибы и синяки. Углядел на табурете маленькое зеркальце и бритву, долго скоблил неподатливую щетину. Когда наконец выполз из бочки, чистенький и сияющий как новая монетка, то был приятно удивлен. Слуги принесли новую теплую одежду, а куртку и ножны меча вычистили. Я облачился, переступил с ноги на ногу и понял, что быть человеком очень даже неплохо.
Зашел Рол и потащил меня в обеденный зал. Там поджидал ужин, состоявший из огромной яичницы, жареной колбасы, свежего хлеба и кувшина глинтвейна. Мы отдали должное простой, но очень вкусной пище. Потом долго сидели на лавках, лениво прихлебывали горячее вино, а я рассказывал о своих злоключениях.
Между делом я поинтересовался, куда делась Ника. Ведь так привык, что она спешит ко мне, просит сказки, поит и кормит самым вкусным. Обеденный зал без нее как-то посерел, стал скучным и невеселым. Рол поморщился — тоже любил улыбчивую девочку. Ответил, что буквально накануне она уехала вместе с каким-то богатым парнем из офицеров. Тот увез ее в Лугар, пообещал сделать женой. Я ничего на это не сказал, но стало удивительно грустно. «Проклятая пора — промелькнула мысль. — Одно радует: девушка не окажется в том пекле, что вскоре разразится».