"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Я понял, что тебя удерживает. Наше согласие работать вместе с тобой.
— Совершенно верно. Вы с Леной сами по себе каждый десятка стоите. А если вы согласитесь работать со мной и пригласите работать своих товарищей, я уверен, что к нам придут еще человек десять, не меньше. Возможно, и сам Филипп Леруа.
— Не знаю, на чем базируется такая твоя уверенность. Конечно, и Лена, и я имеем в нашем Секторе немалый авторитет и вес, пользуемся уважением и так далее. Но это не значит, что наши друзья бросят свою работу, своих товарищей и пойдут за нами. Я уверен в обратном. Но правильно ли я понял? Ты приглашаешь нас основать вместе с тобой новую вневременную организацию, с целью бороться с нашим общим противником?
— Ты правильно понял. Именно это я и пришел вам предложить.
— И ты ждешь, чтобы мы согласились?
— Да, Андрей. Я много думал об этом, советовался с Корой и другими товарищами, которые знают тебя не понаслышке. Многие выражали сомнение, что ты согласишься работать с нами. Но все как один не сомневаются, что успешно работать мы сможем только с вами. Поэтому я еще раз предлагаю тебе сотрудничество на новых уже условиях. От твоего ответа зависит многое.
Я молчу, смотрю на Старого Волка и думаю. Прошло всего четыре с небольшим относительных года, а как все изменилось. Как непохож нынешний Старый Волк на Мефи или епископа Маринелло, который захватил меня в плен в Лотарингии, когда я работал там в образе графа Саусверка, лейтенанта имперских мушкетеров. Тогда я был полностью в его власти. Да вдобавок и Лена неосмотрительно сунулась в этот замок Сен-Кант и стала его заложницей. Он тогда только намекнул нам о существовании таинственной третьей силы. Работать совместно против нее он мне не предлагал. У него в то время были совсем другие планы относительно меня. Дело прошлое, он в то время и сам-то еще не понимал, что это за сила такая. Как он со мной тогда держался! Нет, он был добродушным, гостеприимным хозяином. Он следил, чтобы мы с Леной не испытывали никаких лишений. Он подолгу беседовал с нами, в том числе и на отвлеченные темы. Но за всем этим отчетливо проступало условие, поставленное «доброжелательным» хозяином в первые же часы нашей первой встречи. Если я не соглашусь работать, он через пять дней передаст меня своему руководству. Те направят меня в соответствующую лабораторию, где из меня сделают зомби. «А с зомби работать неинтересно», — сказал он тогда.
Второй раз мы общались с ним, когда ЧВП решил устроить в нашей Фазе азотно-кремниевую реакцию посредством гигантского лазера со звездной накачкой. Я хорошо помню тот тон, которым он советовал нам поскорее эвакуироваться, так как возможностей предотвратить катастрофу у нас просто нет. Он был уверен в победе. Уверен в победе ЧВП и в нашем поражении. И какой у него был обескураженный вид спустя двенадцать часов, когда запальный сердечник, сделанный из огромного рубина, распался на куски, когда его готовились устанавливать на место. Это я тоже помню. Андрей Злобин тогда вторгся в Прошлое и взорвал этот злополучный рубин, который мы с Корой Ляпатч с таким трудом добыли на планете Плей и с еще большим трудом вывезли оттуда. Правда при этом образовалась Схлопка, петля Времени. В этой Схлопке навсегда остался дубликат личности моего друга.
Третья наша встреча состоялась, когда он загнал меня на свою секретную базу, а почти год спустя туда же привел и Лену. Тогда он тоже был хозяином положения и тоже предъявил ультиматум. Либо мы соглашаемся работать с ним, либо до конца дней своих останемся вдвоем в этой Фазе. «Ну а в случае, если вы что-либо предпримете, я разгоню вас по разным Мирам, и вы больше никогда друг друга не увидите». Хотя это он сказал, когда мы потребовали от него вернуть домой случайно попавшую к нам Наташу. Но уже тогда он был несколько иным, чем в Сен-Канте. Серия поражений его кое-чему научила. Впрочем, он тогда, наверное, поглубже изучил нашего общего врага и понял, что в одиночку с ним он не справится.
А вот сейчас он уже не ставит никаких условий. Он просит нас помочь ему. Без нас у него ничего не выйдет. Так-то, Волчара! Что же ему ответить? Нечего мне ему ответить.
 
— Вот что, Шат Оркан, — говорю я, закурив сигарету. — Прежде, чем решать, как ответить на твое предложение, я должен выяснить у тебя некоторые моменты относительно нашего противника. Момент первый. Ты узнал, кто они такие? Откуда они появились?
— Точного ответа пока нет. Есть предположения.
— Предположения? Одно или несколько?
— Несколько.
— Несколько, это сколько? Три или пятнадцать?
— Шесть.
— Тогда я не буду выслушивать ни одно из них. Шесть предположений, это значит, ни одного близкого к истине. Момент второй. С методами их работы мы, более или менее, уже знакомы. Какова цель их деятельности? Зачем им это нужно?
— Здесь нет предположений вообще.
— Тогда, третий вопрос. Зачем ты мне предлагаешь сотрудничество? Против кого? Как? Стоп! Я предвижу твое возражение. Ты хочешь сказать, что совместными усилиями мы сможем получить ответы на эти вопросы. Не получится. Пойми, мы ушли с твоей базы, имея конкретную цель: получить ответы на все эти вопросы. Сейчас мы находимся на пути к ответам. И ты предлагаешь нам свернуть эту работу и заняться организацией новой базы. Нет, уважаемый, так дела не делаются. Чтобы организовать работу, надо иметь четкий план, ясную цель. А у нас с тобой ничего этого пока нет. Вот когда будет ясность в этом деле, тогда и можно будет ставить вопрос о совместной работе. А пока, извини.
— Да пойми, Андрей! Нет у нас на это времени! На днях мое руководство примет решение по тем операциям, о которых я вам уже говорил. Мне будет поручен весьма важный участок работы. И я должен решать: браться за него и выполнять или уходить на свою базу. Но уходить надо не для того, чтобы там прятаться. Я намерен развернуть там работу, которую считаю сейчас наиболее важной и актуальной. Но одному мне с ней не справиться.
— А ты сделай так. Уйди на свою базу вместе с Корой и своими сторонниками, оснасти ее и начинай работу в режиме поиска и сбора информации. А мы будем выполнять ту же работу, так сказать, в полевых условиях. Когда информации будет достаточно, можно будет вернуться к предложению о сотрудничестве и обсудить условия. Но в любом случае, полученной информацией я намерен поделиться, в первую очередь, со своим руководством.
Старый Волк хочет что-то сказать в ответ, но только машет рукой. А в разговор вступает Лена:
— Андрей привел только один мотив отказа. Но есть еще и второй. Мы не можем согласиться на сотрудничество, пока не обговорим методы, которыми ты намерен противодействовать нашему противнику. Зная ваши принципы, я заранее отказываюсь работать с вами.
— Чем же тебе не нравятся наши принципы?
— Цель оправдывает средства! Это — девиз иезуитов, и вы, взяв его на вооружение, неукоснительно ему следуете.
— И что же в этом плохого? Великая цель всегда стоит того, чтобы ее достигали любыми средствами.
— Вот-вот! Именно этого я и опасаюсь. Так можно оправдать и испытание ядерного оружия на мирных жителях, которое устроили американцы. Они прекрасно понимали, что на исход войны ядерные бомбардировки уже никакого влияния не окажут. Им надо было утвердить за собой роль главенствующего в мире государства, и они этого добились.
— Что ж, с этой точки зрения их действия были правомерны.
— Вот видишь! Ты их уже оправдываешь, потому что вы сами сплошь и рядом пользуетесь такими же методами. Да что далеко ходить. Вы же сами дважды планировали операции с демонстрацией ядерного оружия под конец войны. Первый раз в Германии, второй — в той же Японии.
— И, кстати, оба раза именно Андрей сорвал эти операции. К слову сказать, исполнение было блестящим. Я даже аплодировал, когда смотрел на это.
— Благодарю за комплимент, — улыбаясь, отвечаю я. — Я старался.
— Оно было заметно. Между прочим, Лена, должен выразить тебе свое восхищение. Ведь в Германии ты помогала Андрею. И делала это великолепно, не будучи, как он, летчиком-профессионалом.