"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Все это правильно, Андрей, — соглашается со мной Лена и тут же ставит вопрос: — Но мы не знаем главного. Кто это здесь так хорошо все организует? Признаюсь, у меня было подозрение, что здесь работают друзья-коллеги Старого Волка. Они ведь тоже стремятся свернуть прогресс Человечества. Но потом я эту мысль отбросила. ЧВП стремится свернуть в основном технический прогресс. А здесь-то техника развивается. Здесь сворачивается научный прогресс. Это на ЧВП не похоже. Да и такие сексуальные революции тоже не в их стиле. Жаль, конечно, что нам не удалось встретиться с теми зеленоглазыми братьями или с теми, «кто выше всех».
— Гм! — откликается Вир. — Вы же помните, как нам пришлось оттуда уходить.
— Чувствую, подруга, зреет у тебя какой-то замысел. Поделись, — предлагаю я.
— Нет, — качает головой Лена. — Это еще не вызрело. Надо как следует обмозговать.
ГЛАВА 16
Да, правда — сам виновен,
Бог со мной,
Да, правда — но одно меня тревожит:
Кому сказать спасибо, что — живой!
Обмозговывает Лена недолго. На другой день, за обедом, она посвящает нас в свой план:
— Видите ли, эти личности вряд ли будут афишировать себя и свои цели. Выйти на них сами мы, скорее всего, не сможем. Но должны быть люди, которые стоят к этим организаторам достаточно близко, получают от них инструкции, деньги, осуществляют их замыслы.
— Ты предлагаешь выйти на авторов тех статей и книг, о которых вчера говорил Анатолий? — спрашиваю я.
— Нет. Это ничего не даст. Они — рядовые исполнители, и деньги, и инструкции они получают не от генеральных заказчиков. Есть промежуточное звено, и я, кажется, его уже вычислила. На мой взгляд, тот нефтяной мафиози, что заинтересовался мной, или сам является таким посредником, или через него можно на таковых выйти. Во всяком случае, он стоит достаточно близко к центру событий.
— И как ты это мыслишь? Так он тебе все и выложит, что знает.
— Сразу не выложит. Придется с ним поработать.
— Смотри, подруга, это будет игра с огнем.
— Схлопки бояться, хроноагентом не работать. Я тоже не подарок. Где его визитка? Там есть его телефон. Тем более что он настоятельно просил меня о встрече. Просил — значит, встретимся. Только надо будет к этой встрече соответственно подготовиться. Наташа, мы с тобой сейчас пройдемся кое-куда.
Подготовка моей подруги к встрече с нефтяным магнатом заключалась, как выяснилось, в полном обновлении гардероба. Вернувшись ближе к вечеру со свертками, пакетами и коробками, женщины уходят в комнату и довольно долго отсутствуют. Когда они выходят, я при виде своей подруги обалдело качаю головой.
— Ленка! Ты ли это?
— Что, милый, не узнаешь?
— Попробуй, узнай!
На Лене ярко-красное велюровое платье. Не платье даже, а почти майка на узеньких, как шнурки, бретельках. Платьице рельефно обтягивает великолепную фигуру, но от пояса расходится широким колоколом. Длинные ноги в белых колготках в виде крупной сетки. И остроносые красные туфельки на высоченной шпильке и с широким резным ремешком повыше лодыжки.
— Что ты так на меня смотришь? Не впечатляет?
— Впечатляет. Тебе только перчаток не хватает. Длиной до локтя и тоже красного или белого цвета.
— Верно. Я думала об этом. И даже нашла подходящую пару. Но потом решила, что это будет выглядеть слишком уж экстравагантно. Мы, увы, не в Нуль-Фазе.
— Пожалуй, ты и так выглядишь достаточно экстравагантно. Ленка, это же не твой стиль! Ты сейчас больше на Катрин похожа.
— Это точно. Мне пришлось себя изнасиловать. Но Геннадий Харитонович предпочитает женщин, одетых именно так. Это его, видите ли, возбуждает.
— И когда ты успела это узнать? Ты же разговаривала с ним всего-то не более получаса.
— Я же все-таки немного психолог. А разговорить его лучше всего в интимной обстановке, когда он заведется. Вот я и создала такой интерьер, чтобы он завелся сразу, как только меня увидит.
Я только тяжело вздыхаю, а Лена смеется:
— А ты не ревнуешь ли, часом, друг мой? Зря. До крайностей я дело доводить не собираюсь.
— Это ты не собираешься?! А что же ты вырядилась так, что тебя сразу хочется снять минимум на часок?
— Ого, какие мысли! А у тебя, Толя, таких не возникает?
— Если честно, то возникает, — признается Анатолий.
— Так это же и прекрасно! Раз у вас такие мысли возникают, то у Герасимова они тем более появятся. Вот тут-то я и буду его раскручивать.
— А если он от мыслей перейдет к делу? — задает Наташа вопрос, который у всех вертится на языке. — И саму тебя раскрутит?
— Ну, меня, положим, ему раскрутить будет не так-то просто. А если дело все же дойдет до крайности, что ж… На то мы и хроноагенты, чтобы нас при выполнении задания не останавливали такие мелочи.
— Мелочи! — фыркает Наташа.
— Да, подруга моя, — строго говорит Лена, — именно мелочи. Мне однажды пришлось две недели в Древнем Вавилоне в публичном доме работать. Что ж мне, стреляться после этого? Это, Наташенька, еще не самое страшное из того, что порой приходится делать. Вот Стефан Кшестинский полгода работал палачом в одной восточной империи. Практически без выходных. Это я понимаю! Это — не мелочи. Надеюсь, мой друг не будет разыгрывать из себя Отелло?
— Постараюсь. Куда уж тут денешься, — вздыхаю я и не упускаю случая вставить шпильку. — Я же не такой, как некоторые из здесь присутствующих. Вы бы видели, какую она мне устроила сцену, когда мне в одной Фазе пришлось переспать с Эвой, феей-воительницей.
— А ты меня с собой не равняй! У тебя на этот счет закалка должна быть прочнее. Как-никак, ты же хроноагент экстра-класса, а я тогда была всего лишь второго.
— У тебя на все есть ответ. Ну, хватит об этом. И когда ты с этим мафиози намерена встретиться?
— Завтра позвоню ему и договорюсь. Надо как следует линию поведения обдумать.
На другой день я с утра ухожу побродить по улицам. Там, на рынках, в магазинах, у киосков и на транспортных остановках, тоже можно услышать и увидеть много интересного. Но мысли мои крутятся вокруг затеи моей подруги. Мне она кажется далеко не такой невинной и безопасной, как хочет нам представить ее Лена. Такие личности, как этот Герасимов, больше привыкли брать сами, чем давать другим. И информацию от него получить будет далеко не просто. Остается только надеяться на незаурядную подготовку Лены и ее способности. Сейчас я ощущаю себя в шкуре нашего Магистра. Много легче действовать самому, чем посылать на опасное задание своих друзей. Я сам пошел бы вместо Лены, если бы это дало хоть какой-то результат.
В одном из небольших магазинов мои мысли прерывает необычный шум. Разъяренное лицо продавщицы, возбужденная толпа. Все размахивают руками и кричат. Среди невнятного гвалта несколько раз отчетливо звучат крики: «Фальшивомонетчик!» К прилавку прижали растерянного мужчину лет тридцати с небольшим, одетого в спортивный костюм устаревшего покроя и расцветки. Он молчит и затравленно озирается. Что-то толкает меня в гущу этой толпы. Я пробиваюсь к мужчине и громко спрашиваю строгим голосом:
— В чем дело, граждане?
— Фальшивомонетчик! Смотрите, какие купюры подсовывает!
Продавщица протягивает мне банкноту красного цвета с портретом Ленина, достоинством десять рублей. Ничего себе! Я внимательно смотрю на мужчину. На сумасшедшего он не похож. Тут что-то другое. У меня появляется предчувствие чего-то необычного. Надо выручить мужика из беды и поговорить с ним.
— Спокойно, граждане! Какой же это фальшивомонетчик? Это же просто больной человек. Его не в тюрьму сажать надо, а в лечебницу. Пройдемте, гражданин, разберемся.
— Стой! Это же, наверное, одна шайка! Один фальшивые купюры всучивает, а другой его, в случае чего, выручает. Ты сам-то кто такой?
— Сотрудник налоговой полиции, — отвечаю я, глядя прямо в глаза продавщице.