"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Мы прощаемся со старым ювелиром и молча идем по улицам, думая, я уверен, об одном и том же. Лев Яковлевич, сам того не подозревая, затронул одну из самых существенных деталей и заострил на ней наше внимание. То, о чем он говорил, — отношения мужчины и женщины, низведение этих отношений до уровня отправления естественных надобностей, низведение женщины до уровня самки и, даже более того, до уровня туалетной бумаги — мы уже видели. Все это было ярко выражено в той самой Фазе, откуда мы забрали Вира. Неужели и эту Фазу ждет такое же будущее? Я смотрю на группу девушек, с хихиканьем рассматривающих какой-то яркий журнал, и мне становится не по себе. Замечаю, что Лена тоже смотрит на этих девиц и грустно улыбается.
— Ты знаешь, что за журнал они рассматривают? «Откровение», журнал эротико-порнографического содержания для женщин. Господин Пендельман прав на все сто пятьдесят.
— Все это верно, — соглашаюсь я, — но скажи, ради Времени, зачем тебе понадобилось творить бриллианты с такой редкой огранкой? Да и откуда ты про нее узнала? Хорошо еще, что мы сразу попали на такого покладистого ювелира. А ведь могло получиться и по-другому. Хорошо, если бы нас просто послали в Схлопку с этими камешками. А то, могли бы и сообщить о странных посетителях куда следует.
— Временем клянусь, Андрей, я даже не подозревала, что существует такая богемская огранка. Я знаю о драгоценных камнях и способах их огранки ровно столько, сколько и ты. Мы с тобой учились по одной программе. Когда я их творила, я просто представила бриллианты такой ЧИСТОТЫ и такого размера. Видимо, синтезатор Старого Волка страдает повышенной чувствительностью. Вот он и уловил в моем подсознаний чешское происхождение и решил доставить мне удовольствие. А может быть, на родине Старого Волка алмазы гранят именно таким способом, и синтезатор настроен соответственно? Кстати, ты же был на его родине, я имею в виду планету Плей в системе Водолея. Ты не обратил внимания, как там гранят алмазы?
— Ага. Я там только этим и занимался. Ни до чего другого мне и дела не было. Ладно, проехали. Будем считать, что нам повезло и на этот раз.
Через день, в назначенное время, мы вновь посещаем заведение Льва Пендельмана. Кроме хозяина, нас ожидают еще два пожилых еврея. Это, как я понял, те самые ювелиры, которые ссудили словоохотливого Льва Яковлевича деньгами и выступают свидетелями сделки.
Ювелиры с неподдельным интересом и плохо скрываемым любопытством осматривают камни, свидетельствуют их чистоту, вес и ценность. После этого они переключают свое внимание на нас, большей частью на Лену. Под их изучающими взглядами я чувствую себя весьма некомфортно. Мне так и кажется, что сейчас они найдут в нас, словно в камнях, какой-нибудь дефект и объявят сделку недействительной. Но все кончается благополучно. Лев Яковлевич подписывает купчую и отсчитывает наличные купюрами крупного достоинства. Бриллианты он заворачивает в черный бархат и прячет в сейф.
Ему явно хочется еще побеседовать с нами, но мы лишаем его этого удовольствия и прощаемся. Нам пора в «Ком-Тех».
Анатолий уже ждет нас там. Он пьет с Сергеем пиво и беседует на компьютерную тему. Через открытую дверь техотдела видно, как Дмитрий ковыряется в компьютерном блоке и грустно поглядывает на беседующих. Он тоже не отказался бы от бутылочки пивка, но Анатолий допустил ошибку, он принес только две бутылки.
Я исправляю упущение нашего товарища, даю Дмитрию деньги и прошу принести пива из расчета по две бутылки на каждого. Он сразу преображается и отправляется к ближайшему киоску. Пиво он приносит на диво холодное, даже руки стынут, когда берутся за бутылку. Вновь продемонстрировав нам свое искусство откупоривания пива, Дмитрий первую бутылку галантно подает Лене.
— Ну, Сергей, — спрашиваю я, — вы подсчитали, во что нам обойдется спецзаказ?
— Дороговато обойдется, Андрей Николаевич, — смущенно говорит Сергей и протягивает мне распечатку. — Дешевле никак не получается.
Сумма действительно приличная, но мы, честно говоря, когда прикидывали, насчитали больше. Я протягиваю распечатку Лене. Она кивает, открывает сумочку и отсчитывает купюры.
 
— Так вы согласны? — с сомнением в голосе спрашивает Сергей.
— Конечно, — отвечаю я. — Более того, мы сегодня же оплатим и оставшуюся сумму за основной компьютер. Остается один вопрос, когда мы сможем получить заказ? Не скрою, хотелось бы поскорее.
— Я понимаю. Машина идет в Москву завтра утром. Наш администратор уже там, он подбирает комплектующие по спецзаказу. Утром он звонил оттуда и сообщил мне цены. Так как денежный вопрос уже решен, то через два дня, после обеда все должно быть уже здесь.
— Отлично! Теперь последний вопрос. Вы поможете нам все собрать, запустить и отладить на месте?
— С компьютером проблем не будет, а вот с этой техникой… — Сергей качает головой.
— Здесь вы будете работать вместе с Анатолием. Он соберет узлы сам, пока вы будете работать с компьютером. Главное, состыковать их с системным блоком и отладить всю систему в комплексе. Пивом мы вас обеспечим. А по завершении работы и коньяк будет с соответствующим оформлением. Согласны?
— Кто же отказывается от такого предложения? — разводит руками Сергей. — Тем более что работа обещает быть интересной.
Сразу же из «КомТеха» мы идем в магазин бытовой электроники, где покупаем два видеомагнитофона и три сотовых телефона. Сумма, полученная за бриллианты, позволяет нам не экономить на таких мелочах, как связь.
Два дня в ожидании техники мы работаем по согласованному плану, накапливаем информацию. Лена с Наташей сидят дома, просматривают телевизионные программы и записывают то, что считают интересным. Анатолий пропадает в библиотеках, изучает подшивки газет, журналов и некоторые книги. Я скупаю в киосках свежие газеты и журналы и тоже прорабатываю их. Когда у меня в глазах начинает рябить от обилия рекламы, и у меня появляется желание купить пачку тампаксов, попробовать их на вкус, почистить ими зубы или постирать с ними белье, я бросаю это занятие и ухожу в город.
Там я в основном трусь по питейным точкам, где общаюсь с представителями разных слоев населения. Кружка пива или сто пятьдесят граммов водки делают людей общительными и разговорчивыми. Это — тоже источник информации. Даже более важный, чем телевидение и пресса.
Большего успеха я добиваюсь в дешевых закусочных, пивных и прочих забегаловках. В ресторанах и кафе основную массу посетителей составляют бизнесмены и их обслуга; молодежь, неизвестно откуда имеющая крупные деньги; и девицы неопределенных, а точнее, весьма определенных занятий. Ни с теми, ни с другими, ни с третьими полезных контактов наладить не удается. Бизнесмены и их обслуга относятся ко мне настороженно, подозревая во мне желание проникнуть в их коммерческие тайны. При попытке завести разговор с ними где-нибудь у стойки бара они тут же начинают говорить о погоде, автомобилях и ругать налоговую инспекцию.
Молодежь тоже не контачит. Они либо видят во мне мента, либо подозревают желание подъехать к их девицам. Что же касается самих девиц, в том числе и девиц определенной профессии, то информация, получаемая от них, стремится к абсолютному нулю. Впечатление такое, что их вырастили в одном инкубаторе и запрограммировали в одном заведении. Шмотки, музон, интимная жизнь звезд, автомобили и секс. И все это в сопровождении громкого, визгливого хохота и грубого мата. То ли с истеричками разговариваешь, то ли с пьяными гужбанами. Впрочем, парни отличаются только тем, что могут поговорить еще о компьютерах, точнее, не о самих компьютерах, а о компьютерных играх и Интернете. Я быстро теряю к ним интерес. Тем более что в одном заведении мне приходится убеждать четверых, не в меру приревновавших ко мне своих подруг, юнцов, что меня их сексапильные куклы совершенно не интересуют. Разборка началась у стойки бара и завершилась на заднем дворе кафе, где недоросли и остались в неинтересных позах, в обществе мусорных контейнеров и картонных коробок. Это меня, разумеется, не остановило бы, но овчинка явно не стоила выделки. Визгу много, а шерсти мало, решил я и переориентировался на заведения второго разбора и даже третьего.