"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Агенты переглянулись, и Корень снова спросил:
— И куда же нам теперь податься, лейтенант?
— Если вы окончательные идиоты, можете податься на Амазонку. Но скоро пароход прибудет в Майами. Можете там идти на все четыре стороны и заниматься чем хотите. Вы теперь свободные люди. Только, ради Бога, не путайтесь больше у нас под ногами!
Я допил пиво и оставил бывших «омеговцев» размышлять о перспективах дальнейшей жизни. Больше они нам не докучали, и оставшееся время пути до Майами мы провели спокойно.
Анита перебралась в мою каюту и регулярно угощала меня сексуальными наслаждениями самой высшей пробы. Суареш, огорченный «изменой» Аниты, попытался добиться успеха у Коры, но быстро убедился, что эта женщина им совершенно не интересуется. Тогда он переключился на Анну Рамирес, и та «не устояла». Кора поселилась в опустевшей каюте Анны, и мы впятером встречались только в ресторане и баре.
Утром четвёртого дня «Генерал Грант» завершил переход через Атлантику и пришвартовался у пассажирского пирса в порту Майами. Мы сошли на берег и поселились в отеле, где Суареша должно было ждать письмо от Фарбера с инструкциями. Но никакого письма там не оказалось, и Суареш несколько растерялся. Он попробовал связаться с Миннеаполисом, но телефон в особняке Фарбера не отвечал. Тогда Суареш решил остаться на месте и ждать, когда на него выйдет сам Фарбер или его люди. Нас с Корой это не устраивало, а то, что Фарбера не оказалось ни в Майами, ни в Миннеаполисе, и то, что он не подавал о себе никаких вестей, было нам на руку, хотя и настораживало.
Мы готовились привести в действие первый пункт нашего совместного плана, когда вечером в ресторане к нашему столу подошел неприметный мужчина и спросил:
— Кто из вас мистер Суареш?
Суареш назвал себя, и человек подал ему конверт со словами:
— Это — известие, которое вы ждёте.
Суареш вскрыл конверт и быстро прочел письмо.
— Фарбер ждёт меня в Сент-Луисе. Надо подумать, как мы будем туда добираться.
Мы с Корой переглянулись. Она уже купила у агента по продаже подержанных автомобилей два приличных Форда. Но в Сент-Луис мы ехать не собирались. Нам нужно было в Нью-Йорк, где в то время был единственный на восточном побережье международный аэропорт. И путешествовать дальше в компании Суареша в наши планы не входило. А незнакомец вдруг сказал:
— Это, мистер Суареш, не проблема. Мистер Фарбер поручил нам доставить вас на место. Мы выезжаем завтра утром.
— Но я — не один. Со мной эти господа.
— В инструкциях, которые я получил, о них ничего не сказано, я должен доставить вас одного. Будьте готовы, утром мы за вами зайдём.
Он вышел из ресторана, а Анна, повинуясь взмаху ресниц Коры, незаметно последовала за ним.
— Что вы предпримите? — спросил нас Суареш.
— Пусть вас это не волнует, — ответила Кора и улыбнулась очаровательной улыбкой, — Подумаем лучше, как мы проведём эту ночь. Сеньор Суареш, я заметила, что на пароходе вы сильно интересовались мною. К сожалению, я не ответила вам взаимностью, в чем искренне раскаиваюсь. Как вы смотрите на возможность провести эту ночь со мной в моём номере?
Суареш обалдел от такого откровенного приглашения, и в нём от неожиданной радости не проснулось ни малейшего подозрения. Он только кивнул и уже не думал ни о чем другом, кроме этой восхитительной перспективы. В это время вернулась Анна, и мы от неё узнали всё об агентах Фарбера. Это были самые обыкновенные гангстеры. Их было семь человек, занимали они четыре номера в этом же отеле, на стоянке их ждали два автомобиля.
Мы закончили ужин. Причем, Суареш уже ничего не ел. Он прямо-таки пританцовывал, так ему не терпелось раздеть Кору и заключить её в свои объятия. Из зала ресторана в номер Коры он не шел, а буквально летел.
Через полтора часа Кора пришла в номер, который занимали мы с Анитой.
— Вот микроплёнка, — сказала она, положив на стол драгоценный рулончик.
— А что с Суарешем? — спросил я.
— Спит сном праведника и проспит до утра. Он ничего не заметил. Коронку я поставила на место. Пусть завтра он спокойно едет в Сент-Луис. Только нам надо будет сопровождать его, по крайней мере, до Джексонвилла, а то он заподозрит неладное. Ты можешь сейчас связаться со своим знакомым во Франции.
 
Я глянул на часы.
— Кора! В Париже сейчас пятый час утра. Часа через четыре я попробую. А пока, давайте, отдохнём. Завтра нам предстоит дальняя дорога и тяжелый день.
Под утро я связался с Парижем и договорился о встрече с одним из директоров Французской энергетической компании, с которым у Солано были дела, как у страхового агента. После этого я пошёл готовить машины в дорогу. В семь утра из отеля вышли агенты Фарбера с Суарешем. Полковник беспокойно озирался. Ему не нравилось наше отсутствие. Когда компания проходила мимо нас, Анита опустила стекло и помахала ему рукой в коричневой перчатке. Мол, всё в порядке, мы рядом. Суареш успокоился и сел в один из двух черных Крайслеров.
Выждав пару минут после их отъезда, мы тронулись следом. Впереди ехали мы с Анитой, сзади — Кора с Анной. Но такой эскорт агентам Фарбера пришёлся не по душе. Через тридцать миль они остановились. Мы проехали мимо и через пять миль тоже остановились. Когда Крайслеры проехали мимо нас, мы тронулись следом за ними. Через десять миль Крайслеры вновь остановились. На этот раз агенты вышли на дорогу и преградили нам путь. Я остановился.
— В чем дело, господа?
— Слушай, испанец! Тебе говорили, что в Сент-Луисе тебя не ждут? Так какого чёрта ты тащишься за нами?
— Господа, в Сент-Луис едете вы, а мы едем в Филадельфию. Но так уж получилось, что до Джексонвилла здесь только одно шоссе. Поэтому вам волей-неволей придётся пока терпеть наше присутствие.
— Черт с вами! Но не дай Бог, если в Джексонвилле вы повернёте на запад!
Дверцы Крайслеров захлопнулись, и машины тронулись дальше. До Джексонвилла мы играли у этой компании на нервах. То я, то Кора вырывались вперёд, и мы держали агентов с Суарешем как бы в «клещах». Наверное, им это не очень нравилось, потому что в таких случаях они прибавляли газу и уходили вперёд. Но в дальнейшем им всё равно приходилось снижать скорость, и всё повторялось. Так мы развлекались до Джексонвилла.
Перед въездом в город агенты Фарбера вырвались вперёд, и мы нагнали их только на заправочной станции, где они остановились перекусить в кафе и заправить машины. Я оплатил заправку, и мы тоже прошли в кафе. Агенты сидели за двумя столами и быстро поглощали стандартные американские блюда, какие подавались без всяких вариаций во всех придорожных кафе. Суареш сидел мрачный, но при нашем появлении явно приободрился.
Мы заняли соседний столик и заказали то же самое. Другого в кафе просто не было. Агенты Фарбера проглядывали на нас далеко не дружелюбно. А на Анну напало игривое настроение. Она начала громко перечислять все «достоинства» американской кухни. Здесь был и хлеб, ослепительно белый и красивый, но совершенно безвкусный, напоминающий вату; и бифштексы из мяса, замороженного ещё до войны и успевшего лишиться всех соков; и сухой картофель, явно с военных складов; и кислые помидоры; и мучной соус, абсолютно без вкуса и запаха, и много чего другого.
— Теперь понятно, почему Америка не смогла довести войну до конца, — заявила она, — На такой пище не только воевать, детей производить невозможно.
Это никак не способствовало улучшению наших отношений с агентами Фарбера. Но я к этому и не стремился. Когда мы вышли из кафе и проходили к своим машинам, главарь открыл дверцу своей машины и показал мне автомат Томпсона, лежащий на заднем сидении.
— Видел, испанец? Смотри, если вздумаешь снова тащиться за нами, познакомишься с ним поближе. И своим болтливым сеньоритам это передай. Мы с вами за минуту разделаемся.
Я усмехнулся. Автомат Томпсона. Нашёл чем пугать! Конечно, если грабить банк, магазин, автостоянку, пугать прохожих в переулке или устраивать разборки в тесных помещениях; это — вещь незаменимая. Но на трёх хроноагентов и агента «Омеги» эта игрушка производила, скорее, обратное впечатление. Бандиты удивлённо смотрели в нашу сторону и никак не могли понять, над чем так заливисто хохочут три красивые молодые женщины. А я просто рассказал им, чем нас хотят напугать.