"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Выхожу в какой-то степи, поросшей густой коричневой травой. Зеленоватое небо почти сплошь покрыто тучами цвета охры. По-моему, я явно не на Земле. До перехода восемь километров. Присаживаюсь на траву. Надо отдохнуть после тяжелого перехода по пустыне. И есть хочется. Надо бы где-нибудь найти воду. Раз есть трава, должна быть и вода. Хотя, Время его знает, что здесь за вода. Впрочем, у меня в аптечке есть «микродоктор», сделаю анализ. Отдохнув и выкурив сигарету, пускаюсь в путь. Очень скоро нахожу ручей. «Микродоктор» показывает, что вода пригодна для питья. Быстро готовлю обед и, подкрепившись, продолжаю путь.
Километра через два моё внимание привлекает постепенно вырастающее из-за холма, по склону которого я поднимаюсь, коническое образование желтовато-коричневого цвета. Иду и гадаю: что бы это могло быть? Одновременно ухо улавливает не слишком громкие, но многочисленные однообразные звуки. Впечатление такое, что большая толпа быстро-быстро рвёт на мелкие кусочки лоскутки ткани, жуёт их и сплёвывает. На всякий случай снимаю пулемёт с плеча и привожу его к бою.
Поднимаюсь на вершину холма, и моим глазам открывается картина, от которой у меня кровь холодеет в жилах. Прямо передо мной, метрах в трёхстах, высится огромный конус неправильной формы, высотой около пятнадцати метров. А по склону холма снуют и стригут коричневые лопухи желтые муравьи размером с крупную овчарку. Их великое множество, как и должно быть в хорошем муравейнике, и все они заняты делом. Впрочем, не все. Два десятка, растянувшись в цепь, неподвижно стоят по периметру муравьиной стаи. Похоже, что это — охранники.
Меня заметили. Несколько охранников бросились в стаю, а около десятка особей устремилось в мою сторону. Мне это не нравится. Луч искателя показывает направление прямо на эту муравьиную колонию. А в паре километров справа, слева и ещё чуть подальше виднеются такие же конуса. К переходу мне надо добираться как раз между ними.
Охранники уже добрались до стаи. Там происходит интенсивное шевеление, муравьи бросают свои лопухи, разворачиваются «все вдруг» и устремляются в мою сторону. Похоже, что они горят желанием поохотиться на меня. Я — против. Даю длинную очередь, стараясь прежде всего поразить тех охранников, которые первыми бросились ко мне. От муравьев летят клочья, и в их волне образуется брешь. Но она тут же заполняется новыми особями. Впечатление такое, что убийственная пулемётная очередь произвела на них впечатления не больше, чем шлепок ладонью на тучу комаров, решивших полакомиться вашей кровушкой.
Всё понятно. Воевать с ними бессмысленно, так только все боеприпасы израсходуешь, и всё зря, надо уносить ноги. Отправляю пулемёт за спину и беру в руки автомат. Переводчик ставлю на стрельбу одиночными и тут же расстреливаю трёх муравьёв, которые успели зайти с тыла.
Путь к «почетному» отступлению свободен. Бегу, забирая вправо, памятуя о ручье, который тёк в ту же сторону. Может быть, он впадает в реку? Время от времени оборачиваюсь и расстреливаю наиболее резвых преследователей. А муравьи не отстают. Судя по всему, их задача не прогнать меня, а поймать. Теперь они — охотники, а я — добыча. И они загоняют меня по всем правилам охотничьего искусства.
Гонка продолжается уже второй час. Не так-то просто убегать от муравьёв, имея за спиной пулемёт весом девять и три десятых килограмма, да плюс ещё коробка с патронами, автомат в руках, да два магазина, да гранаты, да «Вальтер» с резаком. Поднимаюсь на очередной холм и с облегчением вздыхаю. Внизу течет река шириной около тридцати метров. Только бы она была достаточно глубока, но не слишком. Я в своём снаряжении переплыть её не смогу. Ноги сами несут меня к берегу, и, не ища брода, я устремляюсь в воду. Раздумывать некогда, преследователи буквально уже кусают меня за пятки. На середине реки вода достигает мне до плеч, но не больше. Выхожу на другой берег и оборачиваюсь. Муравьи толпятся и суетятся на противоположном берегу, который я только что оставил. Некоторые из них суются в воду, но тут же отскакивают назад. Две группы отделяются и отправляются вверх и вниз по течению. Побежали брод искать.
 
Спокойно смотрю на них, присаживаюсь на камень и выкуриваю сигарету. Это далеко не те муравьи, с которыми работала Лена. Уж те-то быстро сообразили бы, как меня поймать. Впрочем, они бы и не полезли на пулемёт. Потери их быстро привели бы к правильному решению.
Три дня, кружным путём, добираюсь я к переходу, обходя опасные места поселений муравьиных колоний. Дважды меня засекают «разведчики», но я быстро расстреливаю их, не давая сообщить в колонию об обнаруженной «добыче». Что-то мне не понравилось исполнять её роль.
Переход приводит меня в дремучий тропический лес, через который мне приходится продираться несколько километров, отстреливаясь от многочисленных змей, которые, забыв о присущей им осторожности, проявляют к моей особе излишнее внимание.
Еще несколько безлюдных и практически необитаемых Фаз, и очередной переход выводит меня на окраину большого города. Луч искателя показывает, что переход находится в четырёх километрах к его центру. Тоже интересный вариант. Идти через весь город, бряцая оружием, мне не улыбается. Я принимаю решение: переждать где-нибудь до темноты, а ночью осторожно, не привлекая внимания, пробраться к переходу.
Не без труда нахожу заброшенный, полуразрушенный дом. Поднимаюсь подальше от любопытных глаз на чердак. Там очищаю место от слоя густой пыли и устраиваюсь под самым скатом крыши, положив вдоль него автомат и пулемёт. Усталость берёт своё, и я быстро и незаметно засыпаю.
Просыпаюсь я не от громких звуков; всё было тихо, не от чьих-то прикосновений; никто до меня не дотрагивался; а от ощущения присутствия рядом кого-то постороннего. Не открывая глаз, ничем не выдавая своего пробуждения, я прислушиваюсь к своим ощущениям. Да, здесь кто-то есть, и этот кто-то внимательно меня рассматривает. Не успеваю я принять решение, как слышится тихий, но внятный шепот:
— А это что за гусяра?
— Лех его знает. Бомж какой-то, наверное, — отвечает второй голос.
— Ну, нет! — не соглашается первый, — На бомжа он не похож. Смотри, какие колёса! А шлем! Да и весь остальной прикид. Нет, это — не бомж.
— Украл где-нибудь.
— Всё вместе?
— Хорошо, тогда почему он спит здесь? Другого места ему нет?
— Может быть, это — засада? Хотя… Почему он в засаде спит? Ладно, по любому он здесь лишний. Придётся его убрать.
— А может быть, пусть себе спит?
— Ага! А ты сможешь заткнуть пасть этим шалавам? Они здесь такой визг поднимут, что мёртвый проснётся. Вот и сделай так, чтобы он не проснулся.
— Ох, не по душе мне эта мокруха…
— Первый раз тебе, что ли? Давай, Хрип, делай.
Ко мне направляются чьи-то шаги. Хватит притворяться. Я рывком вскакиваю и оказываюсь лицом к лицу с высоким субъектом с длинным, почти лошадиным, лицом. В руке у него блестит нож. Моё пробуждение, и то, что я так лихо вскочил, нисколько его не удивляет. Не останавливаясь, он отводит руку с ножом назад для замаха. Ловлю эту руку, резко выворачиваю и дёргаю. Хрустит сломанная кость, длинный сдавленно хрипит и падает на колени.
Здесь ещё трое. Один коренастый, широколицый, стоит поближе. Это он сейчас разговаривал с длинным. И ещё двое, тоже высокие, широкоплечие, бритоголовые. От этой троицы веет смертельной угрозой. Разговаривать с ними нет смысла. Раз они хотели прирезать меня сонного, то уж бодрствующего пришьют, не задумываясь. Коренастый делает знак рукой, и бритоголовые здоровяки, не спеша, направляются ко мне. Мне ничего не стоит положить эту троицу одной очередью, но я не хочу шуметь.
Здоровяки, видимо, имеют представление о кое-каких системах единоборств. Приблизившись ко мне, они принимают стойку, и один из них, резко выдохнув, делает опасный выпад ногой. Отскакиваю назад, ловлю его ногу и резко поднимаю вверх. Он в падении пытается достать меня другой ногой, но я успеваю «успокоить» его, ударив носком ботинка в копчик. Второго я тоже ловлю за ногу и резко выворачиваю его ступню. Взревев от боли, тот переворачивается и, в перевороте, пытается левой ногой ударить меня по уху. Но я быстро приседаю и опять бью носком ботинка. На этот раз попадаю в промежность. Трое лежат.