"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Бледные. Не зря их так прозвали. Абсолютная нищета, коих и за людей никто не держит.
Преодолев несколько ярдов, я увидел темную нору с сидящими у входа бедняками. Пожилая женщина без пальцев на ногах и с лицом в гнойных язвах просила милостыню. Рядом девочка лет десяти – двенадцати раскладывала поделки из камней, проволоки и цветного тряпья – на продажу.
Один из работяг, шедший мимо, по виду подвыпивший бригадир, запнулся, остановился и швырнул в темноту тоннеля кусок подгнившей рыбы. Там раздался многоголосый вой, шум грандиозной потасовки.
– Проклятые нахлебники, – хохотнул мужчина. – Хоть позабавлюсь… Что?..
Бригадир заметил, что я замедлил шаг и наблюдаю. Скорчил угрожающую мину, сжал кулаки.
– Они люди, – заметил я.
– Вырожденцы! – фыркнул мерзавец. – Никакого от них проку. Ничего не умеют, мозгов совсем нет. И слабые, к работе не годны, слепнут на свету, человеческую речь забыли. Жрут падаль, плодятся и дохнут.
Я хотел сказать о том, что, поставь любого в такие условия, никто долго не протянет. Но что-то в словах ублюдка было.
Бледные действительно не умели и не могли работать, лишь просили подаяние, собирали мусор. И жили везде, где наличествовали кислород, тепло и пресная вода. Но чаще в глубоких шахтах, заброшенных гротах и тоннелях, технических ходах. Несчастные, коих жизнь выбросила в пропасть по тем или иным причинам. Или из-за того, что города не могли обеспечивать комфортные условия неуклонно растущей человеческой популяции. А так как нищие еще и размножались, то в каждом из городов возникали целые общины и кластеры из них – слабых от недостатка пищи и отсутствия обязательных ежемесячных доз ультрафиолета, глупых из-за того, что новорожденных бродяг никто не учил. Они даже навредить всерьез никому не способны в силу физической ущербности. Лишь накинувшись стаей, могли задавить какого-нибудь пьянчугу.
Не знаю, как бы я поступил, если б стал бледным. Наверное, покончил жизнь самоубийством. Лучше подохнуть. Но мы смелые, пока не прижало. А как включается инстинкт самосохранения, смириться не можем. Да и вообще в мозгах у людей засела странная абсурдная вера в собственное бессмертие.
Смерив меня злобным взглядом, бригадир ушел прочь. А я так и не нашелся что ответить и чем возразить. Да, видел, как существуют бледные и до этого, но каждый раз отвратительная картина уязвляла душу, вгоняла в ступор. В конце концов я кинул монетку пожилой нищенке, поежился от ощущения множества голодных испуганных взглядов из темноты хода, отвернулся и побрел дальше вдоль одноколейки.
Спасти всех невозможно. Счастья для каждого достичь тоже. А жаль…
И сие лишь преддверие промышленного района. Тут располагались мелкие мастерские и производства. Настоящий ад творится ниже, в доках и литейных. Люди там дохнут, как планктон, без воздуха и света.
Поймав себя на мысли, что начал рефлексировать, как какой-нибудь прекраснодушный сынок дворянина, готовящийся к поступлению в семинарию, я фыркнул и ускорил шаг. И через четверть часа пути, свернув в один из боковых ходов – узкий и извилистый, наполненный густым сумраком и еще более густым лязгом механизмов, – достиг искомого места.
«Мастерская» – гласила потрепанная вывеска перед почерневшим от времени и сырости громадным люком, расположенным почти в конце бесконечной вереницы таких же. Но в отличие от прочих, полуоткрытых или распахнутых настежь, этот был наглухо задраен.
Я постоял, задумчиво осматриваясь. Подметил ржавые петли, отсутствие следов тележек, толстый слой сора у порога. С сомнением поглядел на главный тоннель, бросил взгляд в темноту: там клубился мрак, слышался перестук капель, тянуло затхлостью. Тупик или какой-то очередной технический ход.
Неужто опасения оправдались и Старик ошибся? Или ячейка экстремистов быстренько свернула деятельность, опасаясь облав и преследования, и заметает следы?..
Чужой настороженный интерес я почувствовал ровно в тот момент, когда скрипнули мелкие камешки под чьими-то ботинками. Резко обернулся и столкнулся взглядом с бородатым мужиком в замызганной робе, что вышел из сумрака тоннеля. Оттуда, где, как я полагал, рабочая зона заканчивалась.
 
– Что-то ищете… мистер? – густым басом поинтересовался работяга. Остановился и расслабленно сложил руки на необъятном пузе, слегка наклонив голову.
– Возможно, – нейтрально ответил я, ощутив появление нескольких людей.
Один крался в сумраке за спиной бородача. Двое выглянули из проема люка соседнего цеха и неторопливо приближались, обтирая руки грязной ветошью. Как один рослые и мощные, широкоплечие, с простыми лицами пролетариев – морщинистыми и грубыми, раскрасневшимися.
Нападать не торопились, опасливо меня разглядывали, явно предполагая, что под плащом может скрываться оружие. Лишь окружили, давая знать, что готовы кинуться вместе и задавить числом в случае чего. Один из тех, что подкрались сзади, достал из кармана массивный гаечный ключ, второй, якобы развлекаясь, гнул в руках стальной прут.
Интересно, а если б я пришел не один, вообще показались бы?
– Простите, но мастерская закрыта, – с намеком сказал бородач. – И закрыта давно. Если вы вернетесь на сотню ярдов, там вам помогут.
– Боюсь, что выполнить заказ смогут только здесь, – вежливо сказал я. Помедлил, и веско добавил: – Я ищу Айомхара.
Ни один мускул не дрогнул на лице толстяка. Он безмятежно меня рассматривал, поглаживая массивный живот. Но подчиненные не обладали такой выдержкой – что с них взять, работяги. Один изменился в лице, второй напрягся и наклонил голову, готовый ринуться в драку. А в сумраке за спиной бородача, где скрывался последний, раздался характерный щелчок взводимого курка.
– Не знаю такого, – равнодушно сказал предводитель. – Мистер ошибся.
– Мистер точно знает, куда шел, – парировал я. – Прийти сюда рекомендовал Мол. И вы должны понимать, что имя я не мог услышать от случайных людей.
Прикрываться кукловодом рискованно. Я не знал паролей и отзывов, или как там отличали друзей от врагов бунтовщики. Но я прекрасно сознавал, насколько осторожны гностики и как не любят светиться среди посторонних. Вероятно, знал и бородач, так как от него повеяло сомнениями. Но опасался. Ведь он наверняка не был в курсе, кто мог выжить после неудачного налета на грот Мак-Молоуни, кто мог проболтаться. И мое появление весьма подозрительно. Не выглядел я тем, с кем привыкли общаться, – слишком чистенький, слишком от меня веяло верхним городом.
А отпускать меня наверняка опасно. Так как слишком много знаю. Следовало разобраться, откуда получил сведения, как намерен с ними поступить. И, судя по изменяющемуся эмоциональному фону, толстяк мыслил примерно в том же направлении.
– Я по-прежнему не разумею, о чем ты толкуешь, мистер, – усмехнулся толстяк. – Но вижу, что тебя тревожит нечто. Хорошо. Уделю пару минут и, возможно, мы сможем прояснить ситуацию.
– Меня устраивает, – вернул я улыбку.
– Тогда иди за мной, – сказал бородач. Повернулся боком и сделал приглашающий жест в темноту. – Тут недалеко.
Проследовав за предводителем, я окунулся в темноту. Почувствовал, что парни за спиной тоже сдвинулись, несколько напрягся. Нападать никто не стал, но настороженностью повеяло сильнее. А также страхом и злостью.
Буквально через несколько шагов в полумраке появился незаметный провал в стене, практически щель. Если стоять чуть под углом, то и вовсе не заметная. Я пропустил вперед бородача и шагнул внутрь. Через мгновение уперся в стену, но определил направление и повернул направо, а затем налево.
Узкий коридор, в коем не развернуться, не говоря о том, чтобы драться. Причем абсолютно темный и изгибающийся – идеальное место, чтобы держать оборону. И лишь шагов через десять показался тусклый аварийный фонарь над металлической дверью.
Бородач пару раз тихонько стукнул по створке, что-то пробормотал в открывшееся окошко. Лязгнули засовы и петли, дверь открылась, и оттуда явственно потянуло опасностью.