"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Убедившись, что произвел должное впечатление, бледный отпустил рукоять клинка. Повернулся к здоровяку и буркнул:
– Присматривай за ними. Почему я один отдуваюсь?..
– Ладно, – равнодушно обронил Ноир. Но достал из кармана миниатюрный двуствольный пистолет. И судя по тому, насколько неумело держал оружие, становилось ясно: душегубство не его профессия.
«Кто ж вы такие? – мелькнула отстраненная мысль. – Реваншисты? Возможно. Но если подумать логически, то у них нет поводов совершать нечто подобное в обители Мак-Молоуни. Церковь всегда поддерживала экспансию, желая как укрепления власти над отколовшимися от основного культа ответвлениями, так и покорения язычников туату, Фир Болг и дальних. И ни за что не поверю, что милитаристы такие идиоты».
Тот тип сказал нечто про свержение власти и прочее. Потому дома можно вычеркивать. Если кто-то из аристократов не ведет более сложную игру.
Таинственные наниматели Лиама?
Я снова бегло осмотрел террористов и поморщился. Ну нет. Там были профессиональные убийцы, тренированные мерзавцы. А тут обыватели. Вон у Ноира брюшко, а бледный напарник явно недоедал и слишком давно не сидел под ультрафиолетовыми лампами.
Неужто кто-то, как и говорил Бран, взял под крыло бунт простолюдинов? И те обнаглели, решили устроить похищение в доме, известном своими инквизиторами?..
Господи! Спаси их души! Потому что жизни свои уже потеряли. Просто сами не знают о том. На что вообще рассчитывали? Что такое сойдет с рук? Одно дело тихо зайти и совершить кражу. Другое – устроить похищения и пальбу.
Но эти вопросы далеко не главные. Больше стоило беспокоиться о том, отчего бравые революционеры и борцы за свободу тянут резину? Ведь забрали, что хотели, – тушки на продажу. Лишних же свидетелей по логике вещей надо связать и заткнуть либо убить. Самим же бежать без оглядки и залегать на дно. Однако террористы продолжали тянуть время. Невероятно трусили и нервничали, но чего-то ждали.
И ответ на невысказанный вопрос не заставил себя долго ждать.
Сначала я ощутил характерный холод, а потом услышал быстрые шаркающие шаги. Вздрогнул и метнул взгляд на боковую арку, расположенную за ближайшими металлическими контейнерами. И увидел, как из темноты коридора вышел невысокий и совершенно невзрачный мужчина, кутающийся в потрепанный прорезиненный плащ.
Вообще-то скованные редко могут чувствовать других гностиков. Обычных людей да, вполне, ведь запертый дар переключается на иное. У кого-то становится острее зрение. У других слух. Третьи могут уловить любой запах на внушительных расстояниях. Четвертые, вроде меня, получали способность, основанную на всех чувствах разом, но помноженную на флюиды Изнанки – эмпатию.
Кроме прочего, скованные могут творить печати. Пусть простейшие, примитивные, так сказать, на ощупь и вслепую, но могут. Видеть какие-то внешние проявления чужих узоров тоже. Зачастую это предел. Погружение разума на ту сторону и сумеречное зрение недоступно, что ограничивает возможности сенсорики. Мешает селенит, блокирующий взаимодействие с Изнанкой. И лишь по достижении определенных рангов части татуировок снимаются, обзор улучшается.
Но я не был по-настоящему скован. К тому же со временем научился если не прошибать броню татуировок, то интерпретировать обрывки ощущений, проникающих через заслон из Изнанки. И уж точно мог понять, когда зрел перед собой одаренного с большой долей проклятого металла в теле.
…Человек в проеме ворот выглядел как черное пятно на фоне бледного сияния, с редкими всполохами искр в глубине сгустка дыма. Я чувствовал скорее не дар, а именно селенит, что вибрировал в унисон с металлом в моих татуировках.
Странные ощущения. И лишь мотнув головой, сумел отогнать навязчивый образ, впился взглядом в вошедшего.
Немолод, за сорок, с невыразительным лицом, иссеченным морщинами, и редкими грязными волосами мышиного цвета. В блеклых рыбьих глазах отвращение к миру. А губы слишком привыкли кривиться не в улыбке, а в ее холодном подобии. Неряшливо одетый, в замызганном грязью плаще, под которым удобно прятать оружие и инструменты. Не ученый, но жалкий опустившийся ремесленник или врач, обозленный и готовый на любую гнусность.
Он запнулся на пороге. А затем порывисто сделал несколько шагов, схватил меня за руку и задрал рукав пиджака. Чуть заметно выдохнул и отпустил.
– Проблемы? – спросил бледный «слуга» напряженно, снова нацелив револьвер.
– Нет, – равнодушно ответил вновь прибывший. Мазнул по мне взглядом блеклых глаз, добавил задумчиво: – Хотел убедиться.
Само собой, тоже меня почувствовал. И сразу считал уровень запрета. Но так как и сам не принадлежал к высшим рангам, то решил подкрепить ощущения визуальной проверкой. Когда же убедился, потерял интерес.
Его уровня я в свою очередь не определил. Не мог без снятия оков. Но заподозрил, что не так уж и высок. Вернее, один из тех, кто по каким-то причинам засиделся на долгие годы в подмастерьях. Успевший разочароваться, плюнувший на Лигу, возможно, ступивший на скользкую тропку запретного. А потом стал приторговывать услугами и поделками на черном рынке, связался с криминалом, в итоге темная волна прибила к начавшему зреть бунту рабочих.
Таких немало. И кончают неважно. В лучшем случае продолжают влачить унылое существование, пока болезнь или нож ночного грабителя не оборвут нить жизни. В худшем – попадаются на горячем и отправляются в гости к инквизиторам.
Вопрос в другом. Зачем он тут? Неужто экстремисты задумали не похищение, а какой-нибудь «красивый жест»? Чтоб побольнее хлестнуть знать, а заодно отвлечь охрану от подельников с живым грузом?
Кажется, я их недооценил. И, вероятно, все намного хуже, чем надеялся.
В животе заурчало от неприятного предчувствия. Ведь хотел отсидеться, пока не прибудут гварды, прикинуться жертвой налетчиков.
– Тогда действуй! – нетерпеливо сказал бледный. – Как и просил, мы подготовили материал и обеспечили проход, выплатили аванс.
– На реактивы не хватит, – кисло ответил гностик. – Гроши. Согласился потому, что появился шанс подгадить новому епископу. Высокомерная мразь, он в свое время вмешался в экзамен, не дал перепрыгнуть в ранг мастера. Дескать, моего контроля маловато для такого ответственного назначения. Всю жизнь сломал, тварь!
– Ну так отомсти! – фыркнул бледный, оскалившись. – Только не тяни, Мол! Время! Нас скоро найдут.
Гностик промолчал, оставшись внешне равнодушным, нахохлился, как мокрая мышь. Но до меня долетело тусклое эхо эмоций: сомнения и страх, раздражение… вскоре стершиеся под напором черной застарелой ненависти, от коей меня замутило, как от вони выгребного колодца.
Этот человек безумен и одержим, хоть и прятался за маской холодной отрешенности. И многие годы жил ради мести, пусть мелкой и подлой. Гаже гнозис-отступника лишь гнозис-психопат.
Холодное ворчание в животе превратилось в мурашки, а смутные опасения – в оформившуюся тревогу. Я стиснул зубы и попытался прикинуть, что вообще могу сделать, если Мол вздумает что-то вытворить прямо здесь и сейчас. Но выходило, что без снятия печатей абсолютно ничего. Оружия никакого. Кинусь в рукопашную – пристрелят подельники. Сдерну оковы – ощутит и ударит на опережение, пока буду устанавливать связь с Изнанкой. И даже если несказанно повезет, потом надо будет как-то сбежать от инквизиции. И тогда прости-прощай фамильный грот, а вместе с ним и шанс узнать тайну загадочной теневой твари, избавиться от проклятия.
Это если не брать в расчет, что до конца не очнулся после удара. А между тем в голове шумит, руки и ноги ватные, перед глазами плывет. Одного налетчика, может, и одолею, но троих исключено. Остается ждать. Момента. Шанса.
Но кто он вообще такой? Не в смысле что за человек, и так ясно, что дрянь. А в смысле – что за квалификация? Ведь направлений в искусстве полным-полно, у каждого есть сила и слабость. Кто-то работает быстрее, а кому-то нужна подготовка, ритуалы и артефакты. Одни бьют больно и громко, другие медленно, но подло. Соответственно, и методы противодействия разные. То, что хорошо против бардов, друидов и чихнуть не заставит. Эффективное средство для противодействия друидам у мистиков или гипносов вызовет лишь презрительную ухмылку.