"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

На центральном посту царило необычное оживление. Гидроакустик сосредоточенно колдовал над приборами, вслушиваясь через наушники в нечто. Штурман, что нетипично, сидел у поста рулевого и подкручивал штурвалы управления балластом. Капитан же напряженно переключал каналы внутренней рации, рычал в микрофон:
– Быстрее, Пил! Поднимай задницу и дуй в стыковочный, готовь оборудование!.. Потом доспишь, молот тебе в задницу!.. Шевелись! И ребят возьми, пусть скафы подготовят.
– Ниже на пятьдесят футов, – подал голос гидроакустик, худощавый пожилой мужчина в вязаной шапочке и с сопливым носом по имени Киган. – Понемногу, не торопись.
– Скажи, когда доворачивать, – проворчал Бернард, штурман, смахивающий на толстого тюленя с красным от постоянного пьянства шнобелем. – Инерцию учитывай.
Гидроакустик промолчал, сосредоточившись и став одним огромным человекообразным ухом. Но затем сфокусировал взгляд, быстро щелкнул парой тумблеров и резко махнул рукой.
– Тридцать градусов на правый борт и глуши! Держи горизонт!
– Принял!.. – с одышкой рыкнул штурман, принявшись крутить и вертеть одновременно несколько штурвалов.
Палуба качнулась под ногами, моторы взвыли как демоны, а потом умолкли. Лишь громкое шипение да бульканье в трубах под потолком резали тишину. Лампы загорелись ярче, Олаф почувствовал, как корабль выравнивается. Вопросительно посмотрел на капитана и спокойно сказал:
– Гобан, сейчас не моя вахта.
– Знаю, молот тебе в задницу! – ответил капитан, тяжеленный детина с лицом, будто слепленным из камней, в длинном плаще из акульей кожи. Сверкнул глазами из-под тяжелых наплывов век и поиграл желваками. – Но ты лучше Далея.
– Двойной оклад.
– Молот тебе… ладно!
– Хорошо. Что случилось?
– Корабль! – возбужденно бросил через плечо штурман. – Корабль, мичман!
– Потрясающе, – скучающе ответил Олаф. – В море иногда встречаются корабли. Фарватер-то оживленный. И что?..
– Ты не сечешь, – вновь подал голос капитан. – Полчаса назад гидроакустик засек эхолотом субмарину на границе горизонта, там никто не ходит, кроме болгов. Послушал и обнаружил, что шума винтов нет и звуки слишком характерные для затопления. На вызов никто не ответил, аварийного сигнала нет. Я хочу, чтобы ты засветил судно. Надо определить тип и где шлюз.
– Чуть понятнее, – кивнул мичман и задумчиво поскреб затылок.
– Что-то смущает?
– Я читал навигационную карту. Здесь не должно быть рейсовых. Последний проходил два дня назад. Но если это он, уже б лежал на дне. И к пограничью близко.
– Боишься пиратской ловушки? Успокойся. Киган подтвердил, что в округе нет других судов.
– Пираты могут быть на самой субмарине.
– Тоже учел. Потому аварийная команда прихватит револьверы. Если влипнем, отстреляемся и захлопнем люки, уйдем… Нужно тебе еще что-либо разжевывать, мичман? Или ты наконец выполнишь свою работу?..
Что ж, на грузовых судах дисциплина хромала, а отношения сильно панибратские. Но Олаф знал Гобана, знал алчный блеск в маленьких тусклых глазках и чувствовал обертоны в голосе, что означали приказ и нервное возбуждение. Ослушаешься – и попадешь на выговор, лишение премии.
Гобан вместе с Бернардом, очевидно, потеряли разум, почуяв запах наживы. И не надо быть гностиком, чтобы прочитать мысли этих двоих. Если команда погибла или сбежала, можно забрать груз, пока лодка не затонула. Если кто-то жив, спасти и получить премию от Морской коллегии, владельца корабля. В идеале же загарпунить субмарину и оттащить в порт, там или сдать в лом, или продать. Старый закон о том, что найденное в море имущество считается бесхозным, никто не отменял.
Соблазнительно? Пожалуй. Но Олафу отчего-то чертовски не нравилось происходящее. Тонущая лодка там, где быть не должно?.. Может быть, пиратская хитрость. Или неудачливые контрабандисты. Или чумной корабль.
Согласиться? Или пожертвовать премией?
Фарватер оживленный и как следствие – лакомый кусок для любителей разжиться чужим добром. Но и шанс нарваться на патрули, случающиеся тут регулярно, слишком велик. После нескольких чувствительных оплеух от гвардов пираты перебрались севернее, к удаленным шахтерским поселениям. Там добыча пожиже, но и шкура целее.
 
Быть может, чересчур драматизирует? Ищет черных кошек в темной комнате, когда их нет?..
В конце концов, на судне имелся еще один техноэльмик из первой смены. А Далей, мичман знал, не будет сушить мозги над высокими материями. Так какая разница?..
– Не нужно, – приняв решение, ответил Олаф с непроницаемым выражением лица. – Сделаю.
Пост располагался у дальней стены рубки и состоял из пары консолей с настройками спектра и яркости эльм-огней. А также регулирующих шкал фокусировки и поворота, колонны перископа, стенда с таблицами пересчета плотности и состава воды по цвету.
Он слышал, что настоящие эльмики-гнозис обходились и без этого, могли заставить светиться саму воду. Как и акустики, улавливающие звуковые волны без гидрофонов. Но людей, наделенных даром, немного, а видеть и слышать в воде надо. И потому со временем появилось нужное оборудование, Лига организовала курсы для матросов.
Такое оборудование, как здесь, не на каждом судне найдешь. Но грузовик предыдущего поколения, прошел модернизацию и отвечал последнему слову техники. И если не мог похвастать смотровой палубой, как на роскошных лайнерах и линкорах, то компенсировал качеством оснастки.
Нажав на большую кнопку в углу, мичман подождал, пока натужно загудят электромоторы и колонна перископа придет в движение. Из шахты под ногами вынырнул окуляр, замер на уровне глаз, сверху полилась вода. Но Олаф не обратил внимания, привычным щелчком распрямил поворотные рукояти и прильнул к стеклу.
Вполне ожидаемо – мутно-зеленая тьма. На такой глубине иного не бывает. Свет с поверхности с трудом пробивает ледяной панцирь и рассеивается, тускнеет футах на пятидесяти. Но это нормально, скорее бы поднял тревогу, если б увидел сияние. Так как на плюсовых горизонтах ходят либо самые смелые и голодные рыбаки на легких суденышках с малой инерцией, или отчаянные безумцы, ищущие смерти от столкновения с айсбергом.
Извечный страх перед злом с поверхности заставлял больше доверять сумраку глубин.
А может, с гибнущим кораблем так и случилось? Сунулись за каким-то чертом вверх, ударились о лед?.. Тогда почему молчат? Залило рацию?..
Поняв, что целую минуту мысленно бьется в бесплодных попытках разгадать загадку утопленника, и почувствовав спиной напряженные злые взгляды, Олаф скупо спросил:
– Киг, где она?
– Пятнадцать градусов слева по носу, – сипло ответил гидроакустик. – Минус двадцать на дифферент. Продолжает медленно погружаться. Слышу, как журчит и плещется вода, помпы не работают.
Значит, сейчас грузовик чуть выше и правее – прикинул мичман. Покрутил ручки настроек, чтобы наружный глаз перископа смотрел в нужном направлении. Затем нащупал рукой панель управления и щелкнул парочкой тумблеров.
Где-то наверху раздался металлический лязг, послышался шум воды – открывалась одна из шахт, выпуская за борт бронзовую сферу, покрытую дорожками и линиями гностических рисунков. Олаф не стал смотреть на индикаторы, по опыту зная, сколько уходит времени на активацию. Накрутил ручку мощности и тронул регулятор спектра, без промедления нажал кнопку пуска.
Черно-зеленую мглу в окуляре на секунду прорезала блеклая вспышка. Но хватило, чтобы углядеть размытый силуэт. Мичман быстро перенаправил перископ, затем настроил эльм-сферу и навел фокус, чтобы свет бил широким пучком.
Второй всполох больно ударил по глазам, привыкшим к вечному сумраку. Но бывалый техно-эльмик не отшатнулся, более того – успел нажать на соответствующий рычаг. Медленно отстранился от окуляра и поморгал, затем вывел на тусклое стекло зафиксированный силуэт субмарины. Достал с полки нужный атлас и пошуршал страницами, молча передал Гобану.
– «Девятое поколение, сверхмалый класс. Кодовое имя – „ищейка“», – прочитал капитан. Поднял взгляд на мичмана и тускло улыбнулся: – Быстро сработал, я в тебе не сомневался. И улов неплохой… Бернард, ты за старшего. Киг, Ол, контролируйте и направляйте к шлюзу, будем стыковаться. Я к ребятам.