"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Где-то на краю сознания промелькнул отголосок страха. Но сразу поджал хвост и сбежал. Ученик волхва охватил холодный гнев. И тут же ощутил толчок, горячая волна пошла от ног выше. Земля пришла на помощь без зова, помогла сыну-богатырю. Вадим рыкнул, резко подпрыгнул и упал на спину. Услышал хруст костей, полузадушенные хрипы раздавленных тварей. Вскочил на ноги. Нащупал горло той, что упорно лезла к глазам, свернул. Перехватил за крыло другую, с силой ударил оземь. Почувствовал, стало немного легче. Взревел и махнул наобум мечом. Руку тряхнуло, уши уловили крик боли.
Мерзкие твари не желали отступать, поменяли тактику. Кружили в вышине, нападали из тьмы, пикировали сразу с нескольких сторон. Метили когтями в лицо и глаза. Внук Велимира бил направо и налево. Старался дышать ритмично, двигаться расчетливо и скупо. Пока получалось. Но надолго ли?.. Гарпии относительно слабые существа, но их много.
Самойлов мчался сквозь редкий подлесок, не помня себя. Быстро перебирал копытами, отмахивался руками от веток, огибал деревья. Тело изменилось. Стало сильнее, лучше. Реакция на порядок выше, рефлексы наработаны до автоматизма. Стрелец не боялся споткнуться или упасть. Видел как днем, чувствовал каждое дуновение ветерка, слышал даже самые тихие звуки. Могучее тело кентавра не ведало усталости, могло выдержать многокилометровый кросс. Костя не испытывал удивления, метаморфоза пятая. Ведь сам тренировал способности, учился и овладевал втайне от односельчан.
Страх, злость и здравомыслие гнали подальше от холма, Поселка, привычной жизни. В душе полыхал гнев, по жилам катился жидкий огонь. Костя почему-то всегда знал, что подобное рано или поздно произойдет. С тех пор, как обрел силу, ощущение грядущей беды не отпускало. И сегодня свершилось! Бойцы с автоматами, странный парень с мечом, уродливые крылатые твари, отдаленно напоминающие женщин… Достаточно давно, когда гадал о сути силы, Костя решил разобраться. Ждал прихода тех, кто может объяснить, тренировался и готовился. Но последние события смутили. Серьезный, твердый как скала и жесткий с рождения парень чувствовал страх и неуверенность. Кто друг? Кто враг? Как отличить черное от белого? Или современники правы, и есть лишь серое, рыхлое, вонючее?..
Редкий подлесок закончился, холм перешел в болотистую низину. Под копытами чавкало и хлюпало, взлетали комья мокрой почвы и обрывки мха. Где-то слева большое болото. В паре километров будет небольшая скала, под которой спрятаны вещи, рюкзак с консервами. Надо забрать и уйти глубже в дикие земли. Спрятаться, переждать опасность и обдумать ситуацию.
Далеко позади раздался отчаянный крик. И вслед за тем — тупые удары, резкие вопли тварей. Перед внутренним взором промелькнул образ парня с мечом. Костя вспомнил, проанализировал. И резко остановился, выбил копытами целый водопад грязи. Медленно развернулся, посмотрел вдаль. В душе кроме страха и злости появилось новое чувство. Сомнение. Лишь сейчас, когда горячка боя улетучилась, до Самойлова дошло. Аура незнакомца отличалась от ореолов тех же односельчан невероятной чистотой. Идеально белая, без разрывов и завихрений, покрывала неизвестного подобно доспехам. И мысли, эмоции… Костя слышал отзвуки, зрел смутные образы. Парень был воином!..
Копыта сами собой ступили обратно. Нехотя, будто из-под палки Самойлов прошел пару метров. Остановился и поколебался. Еще несколько шагов, жужжание мыслей в голове. Сам того не замечая, Костя преодолел заросли, остановился на краю.
На вершине холма кипел бой. Существа налетали на парня, старались сбить с ног. А тот отмахивался мечом, вертелся как волчок. Движения незнакомца не отличались плавностью или красотой. Быстрые, экономные, но очень эффективные. В манере боя ни грана от изящных восточных искусств, но между тем проскальзывало нечто знакомое и родное. Незнакомец высокий, метра под два ростом, широкоплечий и статный. Грудь колесом, руки и ноги толстые как бревна. Лицо удивительно спокойное, отрешенное. Черты благородные, без намека на зло или хитрость.
 
Даже отсюда Самойлов видел, что парень устал. Отбивался успешно, контратаковал. Убивал одну тварь за другой. Но светлая аура постепенно меркла. Многие существа плевали призрачными черными нитями. Жгуты впивались в ореол незнакомца, пили Силу.
«Долго не протянет», — осознал Костя. Поколебался, прислушался к собственной душе. И понял — тому парню стоит довериться. Издал громкий яростный вопль и ударил копытами в землю…
Вадим держался из последних сил. Работал в привычном ритме: шаг-поворот-удар, шаг-поворот-удар. Иногда пригибался, прыгал. Но силы улетали в пустоту, а земля не успевала восполнять. Происходило нечто страшное. Вадим чувствовал колдовство птицеженщин, но увидеть или распознать ворожбу не мог. Лишь холодные прикосновения, волны слабости и темнота. Руки дрожали, пальцы грозили разжаться и выпустить рукоять меча. Пот градом катился по лицу, голова кружилась. Лишь интуиция и наработанные годами тренировок рефлексы спасали от смерти.
Очередное хлопанье крыльев раздалось из-за спины. Вадим начал оборачиваться, поднял невероятно тяжелый меч. Движения давались с трудом, слабость поразила мышцы холодной отравой. Последовал тяжелый удар, боль в спине, глумливый радостный вопль гарпии — человечишка повержен! Холодная вязкая земля уткнулась в ладони, меч выпал из пальцев. «Конец!» — спокойно подумал ученик волхва. Стиснул зубы и приготовился к еще большей боли. Но ее почему-то не последовало.
Темноту прорезал всполох яркого света. Лоб обожгло, волосы всколыхнуло воздушной волной. Высоко над головой раздался взрыв. В уши ворвался слитный вой ярости, недоумения и страха. Крылья захлопали чаще и громче. И опять красноватый свет, шипение, жар, противная вонь.
Вадим приподнял невероятно тяжелые веки. Минуты две боролся с тошнотой и головокружением, фокусировал взор. Удивленно моргнул и приоткрыл рот. С неба бесшумно падали пылающие перья. Одни рассыпались золой. Другие окунались в грязь, шипели, пускали дымные струйки. Шагах в пяти весело полыхало тело гарпии. Чуть дальше еще одно.
Внимание привлек дробный перестук копыт. Вадим повернул голову, с удивление протер глаза. К нему во весь опор мчался громадный кентавр. Глаза мифического существа полыхали яростью. В руках маг держал длинный пламенный лук, неуловимо быстро дергал тетиву. Стрелы огня прошивали ночную тьму, били в гарпий. Разрывали на куски, обращали в живые факелы. Птицеженщины метались в небе, будто праздничные шутихи. Разваливались на лету, падали словно метеоры. За несколько минут вершина холма оказалась озарена ярким светом смертных костров.
Внук Велимира не уловил момента, когда все закончилось. Вопли и резкие крики перестали терзать слух, наступила тишина. Огонь шипел и трещал, плевался каплями жира. В ноздри бил удушающий запах паленых перьев и плоти, а в небо поднимались столбы черного дыма. Твари погибли до единой.
Легкие пружинистые шаги, тихое дыхание и хлюпанье грязи. Носитель Тотема вышел на вершину холма, быстро осмотрелся. Уже не кентавр, успел принять человеческое обличье. Заметил Вадима. Подошел, устало плюхнулся рядом. С любопытством уставился на догорающих тварей. Некоторое время оба молчали, думали.
Вадим потрогал лоб, глянул на пальцы. Красное. Вымазан в крови, как демон. Раны саднили, чесались. Когда подохли гарпии, сила земли вновь влилась в жилы Вадима. Заживление вопрос времени. Да и дед подсобит по возвращению.
Маг задумчиво посмотрел на догорающий трупик гарпии, потер подбородок.
— Значит, ты мне не враг?!
— Не-а, — ответил внук Велимира. — Помочь хочу. Пойдешь со мной?
— А есть выбор? — проворчал Самойлов.
— Есть, — спокойно произнес Вадим, достал портативную рацию из кармана. — Выбор всегда есть. Просто иногда ведет к смерти и разрушению. Ты можешь поступить и так, если долг, честь или совесть требуют того. Но в вашем случае… надо просто выжить.
  
Глава 8
 
Вода оказалась удивительно вкусной. Зубы ломило от холода, губы и язык онемели. В груди и животе образовался вулкан, атомный реактор. Жар сжигал изнутри, плавил внутренности. Выпитая жидкость облегчение приносила лишь на несколько минут. Организм впитывал с бешеной скоростью, прогонял по сосудам и клеткам, превращал в пот. Постепенно стало казаться — еще полчаса и из пор будут бить струйки пара. Я снова и снова склонялся над ключом, окунал губы в прозрачные струи. Пил, отфыркивался и булькал, опять пил. В конце концов, не выдержал, залез в ручеек и улегся на дно. Застонал от страшной боли. Но заставил себя погрузить пальцы в вязкий ил, прижаться к дну.