"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Вот глупый! — раздался насмешливый голос Ланы. — Он же внутри. Лежал долго, вот земелька и налипла.
Я кивнул, оттащил комок в сторонку и положил на траву. Рядом сразу же очутились русалки. Присели, принялись с любопытством наблюдать. Я закусил губу, поколебался. Просунул палец между слоев почвы, осторожно сковырнул. Прислушался и принюхался. Тихо. Значит, можно продолжать…
Земля поддавалась с трудом. Наверное, глубоко лежал — почва спрессовалась и превратилась в каменистые чешуйки. Я поднял комок, затаил дыхание и с размаху ударил о траву. С третьей попытки на коме появилась широкая трещина, изнутри полилась грязная зловонная вода. Я приободрился, стукнул еще пару раз. Но переборщил, комок рассыпался на части, разлезся мягкой осклизлой массой. Я брезгливо поморщился, пощупал в грязи. Осколки камней, грязь… Стоять! А это что? Кожу обожгло холодом металла, под пальцами почувствовались выступы, рифления. Круглое, размером с крупное яблоко.
— Ну что? — ахнула Лана.
— Покажи! — повелительно сказала Студена.
Я стряхнул грязь, сорвал пучок травы и принялся счищать остатки. Постепенно въевшаяся земля начала отставать, блеснул металл. Но странный, на железо не похоже. Скорее бронза или что-то в таком роде, на основе меди. Я поспешно дочистил и покатал на ладони. Тяжелая сфера, видимо, цельнолитая. Поверхность в каких-то линиях и узорах, замысловатом орнаменте. Но чтобы рассмотреть получше, надо чистить и чистить. А вообще неплохо в кислоту или хотя бы в воду на часок-другой.
— Оружие? — спросил я, взглянув на Студену.
Русалка потрогала пальчиком сферу, недоуменно пожала плечами.
— Не знаю, — призналась она. — Но вещица очень древняя. Осталась с тех эпох, когда о нас и слыхом не слыхивали.
— А до вас еще кто-то был? — полюбопытствовал я.
— Да, — кивнула водяница. — Тогда и люди еще в пещерах жили, в шкуры рядились. Но существовала и иная раса. Последние еще ходили по Земле, когда появились мы. Но быстро исчезли, вымерли.
— Как выглядели? — быстро спросил я. — Что из себя представляли?
Водяница медленно покачала головой.
— Не знаю. Но предания гласят, что величественнее тех существ не было ни раньше, ни позже.
— Хм… — я почесал подбородок, с сомнением посмотрел на шар. — Тогда какой с него толк? Может, просто обыкновенное украшение?..
— Кто знает… — ответила Студена. Тряхнула гривой волос и добавила уверенно: — Подобная вещь не может быть чем-то обыкновенным.
— Потому что древняя? — съязвил я. — Обломки горшков, что раскапывают геологи, тоже старые. А толку?
Русалка нахмурилась. Быстро встала на ноги и сложила руки на груди.
— Думай, как хочешь! — фыркнула она.
— Мне бы пулемет… волшебный, — протянул я. — Эх-х…
Еще раз глянул на водяницу. Студена демонстративно отвернулась. Обиделась. Я пожал плечами, задумался. Можно плюнуть, распушить хвост и брякнуть нечто типа: что за фигню подсунули? Но так неправильно. Умный человек говорит «извините» даже тому, кто оттоптал ногу. А уж умение просить прощения за свершенные глупости — несомненная добродетель.
— Студена, — позвал я, добавив в голос немного раскаяния. — Я погорячился.
— Мужчины… — буркнула русалка недовольно. — Нет созданий глупее. Как использовать дар, можешь решить лишь ты.
Водяница гордо вскинула голову, подошла к ручью. Наклонилась и принялась полоскать руки. Лана наградила укоризненным взглядом, побежала к сестре. Присела рядом и обняла за плечо, начала быстро и горячо шептать на ухо. Студена раздраженно отмахивалась, фыркала и мотала головой. Но видно, что постепенно оттаивала, рычала тише. Наконец кивнула, обняла Лану и улыбнулась.
Я отогнал посторонние мысли, посмотрел на сферу. И что с ней теперь делать? Лизнуть или потереть, как лампу Аладдина? Даже если предположить, что могучее оружие, все равно бесполезна. Ситуация из разряда — дикарь с современным автоматом в руках. Спусковой крючок, постаравшись, можно найти. Но как определить, куда направлено дуло?
Шар тускло поблескивал, хранил загадочное молчание. Я подбросил и поймал. Провел ногтем вдоль ложбинки на поверхности, присмотрелся внимательнее. Сферу покрывает множество угловатых линий. На отдельных участках странные письмена. Но языка такого никогда не видел. И самое обидное — ни на что не похоже.
Я поковырял пальцем, потрусил у уха. Определенно цельнолитая. Полостей внутри вроде нет. Самому до сути не докопаться. Надо поговорить с Велимиром. Волхв — мудрый и знающий человек. Возможно, натолкнет на верный путь, подскажет. Хочешь не хочешь, а идти в деревню придется. А если старик ничего не скажет, схожу в Славгород. Опасно, там могли остаться соглядатаи Старейшин и «храмовцев», но риск оправдан.
От размышлений отвлек испуганный крик Ланы:
— Саша, беги!
— Что? — изумился я.
Засунул сферу в котомку, нащупал лук. Огляделся, недоуменно пожал плечами. Никаких хищников или злодеев. Но русалки переполошились. Махали руками, кричали.
От края полянки отделилась широкая расплывчатая тень, поплыла ко мне. Уши уловили хлопанье крыльев, волосы колыхнул порыв ветра. Я задрал голову, вскрикнул. С ясного безоблачного неба падала жуткая тварь. Мелькнула желтоватая шерсть и широкие крылья, острые когти. Рефлексы заставили кувыркнуться, бросили тело в длинный прыжок. Позади раздался глухой удар, злобный клекот и рычание, панический визг русалок.
Мысли смешались, виски прострелило болью. Но слепые инстинкты и наработанные рефлексы перехватили управление телом, не дали погибнуть. Еще в перекате я вытащил стрелу из колчана. Натянул тетиву и выстрелил вслепую. Опять прыгнул и кувыркнулся. Вскочил и помчался к деревьям.
Громогласный рык догнал, оглушил. В спину ударила плотная волна воздуха, поляна содрогнулась от тяжелого топота. Перед глазами мелькнули коричневые стволы, сочная зелень. Мощный удар сбил с ног, швырнул навстречу листве. Я закричал, покатился кубарем. Погасил инерцию, попытался вскочить. Но тут реальность залило яростным белым светом. Мир погиб, испарился. Солнце померкло, на грудь навалилась страшная тяжесть. Я ощутил боль, взвыл. Но второй хлесткий удар заставил поперхнуться воплем, погрузил во мрак.
Очнулся я достаточно быстро. Застонал, пошевелил пальцами. В ушах звенело, перед глазами колыхалась мутная серая пелена. Дышать трудно. На груди словно гиря килограмм в пятьдесят. Спина горела огнем, сочилась кровью. Я захрипел, ошалело повел глазами. Небо и солнце, черные точки птиц в вышине, разлапистая ветка дуба. Слышалось журчание, шелест листьев. А прямо посреди бескрайней голубизны — ужасная морда. Словно маска наподобие тех, что используют африканские шаманы.
Раздалось громкое сопение, в лицо ударила горячая волна зловонного воздуха. Я затаил дыхание, медленно приподнял голову. Мама моя! Вот это выкидыш природы! Вроде бы зверь, и к тому же хищный. Но даю голову на отсечение, описаний подобных животных нет ни в одной книге по зоологии. Мутант! Торс, лапы и хвост явно львиные, ни с чем не спутаешь. На спине огромные жесткие крылья. Но более поразила и ужаснула морда… точнее, все-таки лицо. Вполне человеческое, черты правильные. Кожа плотная, блестящая. Глаза — узкие щели, залитые желтым светом. В широкой пасти белоснежные острые зубы.
Тварь удерживала меня одной лапой, по-птичьи наклонив голову. Лицо непроницаемое, кукольное. Но мне почудилось, что разглядывает с любопытством и сомнением. В голове щелкнуло и сверкнуло, я вспомнил. Давным-давно проходил по курсу истории в школе и универе, пару раз мельком видел в Интернете. Сфинкс, мифическое чудовище! Еще помню, что тварей вроде бы два типа или породы. Один, самый известный, египетский страж гробниц фараонов. Но существо, что предо мной, больше походило на другой — греческий. Именно у тех крылья. А еще, согласно мифам и сказкам, греческие сфинксы задавали героям хитроумные загадки. И если жертва не отвечала, сфинкс со спокойной душой лакомился человечиной. Лишь один греческий герой сумел разгадать загадку. Сфинкс, не выдержав подобного позора, бросился со скалы.