"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— За подписью всех иерархов и высших чинов Орденов, — добавил я.
— Да, — неохотно согласился Эр-Илиан.
— Подписи должны быть сделаны кровью, — бросил последний камень.
Если бы в мире существовала персонификация изумления, думаю, служитель походил бы на нее точь-в-точь. Но, к чести мага, с эмоциями он справился быстро, напустил во взгляд побольше холода и равнодушия. Я усмехнулся краешком губ — угадал. Мужик действительно принадлежал к типу дельцов и политиков. Если посчитает цель достойной, будет добиваться результата любыми способами. Перезаложит душу, пойдет на союз с демонами, но приведет своих людей к победе. Местные определенно побаивались Эр-Илиана и считали жутко коварным. Но я-то лет десять назад с такими персонажами сталкивался чуть ли не каждый день. Бывало, зайдешь на базар, а из тебя правдами и неправдами стараются вытрясти деньги… и выманивали же, сам отдавал и благодарил.
— Зачем? — настороженно поинтересовался иерарх. — Или… ах да, понимаю-понимаю. Ты веришь в сказки, что клятва, скрепленная кровью, нерушима?! Если таково условие, мы согласны. Хотя я считаю, что легенды лживы…
— Ваше право. Кто-то верит в сказки, а кто-то умеет пользоваться Магией Крови.
— Постой! — охнул Эр-Илиан. — Намекаешь…
— Я не намекаю, — изрек холодно. — Честно предупреждаю. То, что прислужники Алара никогда не владели определенными знаниями, не значит, что это можно отнести к иным… организациям. Я вплету узоры вашей крови в заклинание, отправлю контур в Астрал. И если вы или ваши потомки вплоть до десятого колена нарушите договор, проклятие ляжет на каждый род. Превращение в живых мертвецов, болезни, бесплодие и сумасшествие — самые малые эффекты…
— Запугиваешь? — спросил маг, помрачнев.
— Нет, получаю гарантии. Кто-то из вас, естественно, не поверит в сказки… вот тогда и поймете, что клятву лучше держать. Советую поговорить с соратниками, разъяснить перспективы. Клятва вступит в силу лишь в том случае, если захватите власть. С ответом не медлите… и не вздумайте обмануть, свиную или собачью кровь отличить легко. К тому же я смогу увидеть образ любого человека, который расписался на документе. Есть пара соответствующих заклятий…
Говорил я по возможности убедительно, добавил во взгляд больше холода. Попутно представил то, что может произойти с любым из обманщиков… и Эр-Илиана проняло. Чародей побледнел, невольно отшатнулся. Оступился и едва не рухнул. Но я успел послать в мышцы толику энергии, в доли секунды преодолел разделяющее расстояние и поддержал его за предплечье. Маг вздрогнул, посмотрел еще более ошеломленно. Судорожно сглотнул, прохрипел:
— Ты демон, Сириус.
— Верно, — согласился не без горечи. — Но у вас есть выбор, Эр… Либо довериться, либо проиграть в противостоянии. Не в моих правилах обманывать партнеров… мы партнеры, ваше святейшество?!
— Да, — процедил служитель. Вырвал руку, отступил еще на шаг. — Я передам твои условия.
— Замечательно, — улыбнулся ему. С иронией подумал, что роли-то поменялись, но добивать гостя не стал. — В таком случае до встречи, Эр-Илиан.
Маг кивнул, отступил к кустам. Я наблюдал, готовый к любым неожиданностям, вызвал в памяти заклятие помощнее. Но иерарх не дал повода. Лишь у зарослей замер, бросил через плечо:
— Ты ничего не потребовал для себя, Сириус. И не попытался защититься через клятву…
— А мне ничего не нужно, — обезоруживающе усмехнулся я. — Точнее, Ордены не могут дать ничего из того, что нужно мне.
Белоснежная мантия иерарха мелькнула в листве, пропала. Через минуту я ощутил присутствие провожатых, с помощью Астрального Следопыта проследил до самой ложбинки. Затем повернулся и посмотрел на высокий тополь шагах в пятидесяти от особняка, приветливо помахал рукой. И внезапно для себя весело заржал, когда с дерева, как спелое яблоко, свалилась фигура в балахоне, путаясь в полах, бросилась наутек…
Еще несколько минут я стоял и наблюдал, как удаляется отряд. Выиграл время, и это главное. Плохо то, что недооценил служителей. Два месяца пребывал в глубоком заблуждении насчет собственной незаметности. Однако сейчас карты были брошены на стол… берлогу мою пока не тронут, будут жарко спорить, бить друг другу морды. И если согласятся с условиями, тоже беды немного. Тревожно другое… иерарх обмолвился, что меня отыскали лишь в казармах. Так кто же был тот незнакомец в трактире?..
Ветер взъерошил волосы, приятно погладил чисто выбритые щеки. Я очнулся и бросил последний взгляд на особняк, неторопливо спустился с холма. Легкой трусцой преодолел пшеничное поле, влился в ряды большого торгового каравана на окраине пригорода. Но у самых ворот свернул, принялся петлять по улицам…
Над крышами домов сияло желтое солнце, рассыпало лучи как золотые иголки. Облака спешили убраться за горизонт в преддверии жаркого, веселого дня. Но роса на листве еще держалась, ветер доносил с полей запахи терпкого разнотравья. Вдалеке сверкнула лента реки Монры, скрылась в утренней дымке. Отовсюду доносились голоса, детский смех, звонкие удары из ближайшей кузницы. Прохожих непривычно много: торговцы и ремесленники, пилигримы и служители, воины. У лавки старьевщика неподалеку жарко ругались муж с женой. Мимо пробежала компания мальчишек с удочками в руках, следом — толстый рыжий кот.
Я бесцельно прошатался почти два часа. Заходил в лавки, наблюдал за рыбаками и один раз даже заглянул в небольшую часовню. Попутно внимательно выискивал «хвосты». Памятуя о вчерашних злоключениях, присматривался к крышам и чердакам, следил за случайными прохожими. Пару раз отдалялся от густонаселенных районов, доставал из кармана стеклянный шарик. И если индикатор позволял, осторожно прощупывал окрестности заклятиями.
К моему вящему неудовольствию, обнаружить что-либо внятное не удалось. Поисковые заклинания ловили некий неестественный фон. Но каждый раз, когда я пытался пройти по астральному следу, тот размазывался в пространстве и исчезал. В конце концов я прекратил попытки обнаружить ночных стрелков, сконцентрировался на более насущных проблемах.
Еще десяток улиц — и справа показалась знакомая покосившаяся лачуга. На крыльце сидел сухонький грязный старик в лохмотьях. Волосы спутанные, бороденка куцая и клочковатая, а глаза затянуты белесой пленкой… слепой.
При моем приближении старец вздрогнул, вытащил из-за пазухи маленькую деревянную миску и вытянул вперед.
— Подайте… подайте немощному… — пробормотал нищий. — Подайте, господин Сириус…
— Как определил, Боян? — удивился я. Вытащил из кармана медяк, положил на дно миски.
— Нехорошо скупиться, — со скрипом сказал старик, каким-то образом определив номинал монеты. — Нехорошо… скупость — грех.
— Грех жаловаться на несуществующее, — проворчал я. Но достал серебряшку и бросил вдогонку медяку. Металл негромко звякнул, светлый кружок смешался с редкими красноватыми.
Бродяга обнажил в улыбке гнилые зубы. Дрожащими пальцами выудил монетку, спрятал за пазухой, а миску отставил в сторонку. Чуть помедлил, поймал блоху и привычно раздавил крепкими ногтями.
— Вы, господин Сириус, ходите тише других. Кхе… но я слышу… пыль скрипит, одежда грохочет. И запах… от вас всегда пахнет неприятностями.
— Разве я давал повод усомниться в собственной честности? — произнес удивленно. По привычке поискал взглядом глаза собеседника, но наткнулся на белесые бельма. Вздрогнул и торопливо отвернулся, зябко передернул плечами.
— Нет, — усмехнулся нищий так, словно увидел выражение моего лица. Хотя… может, и так… уловил смену дыхания, чуть участившееся биение сердца. — С вами приятно иметь дело, господин. Не обманываете, платите щедро. Но я не прожил бы так долго, если бы не умел чувствовать запах опасности.
— И не стал бы главой Братства, — подхватил я.
— У каждого своя судьба, — хихикнул старец. Чуть приподнял голову, добавил серьезно: — Я ничего не отыскал.
— И больше не хочешь работать для меня, — понял я. — Что ж, право твое…
— Зрите в корень, господин Сириус, — кивнул слепой. — Деньги верну послезавтра, будут в условленном месте.