"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Э-э-э… Зверь убежал мышей ловить, — нашелся Птиц. Развел руками, погладил Колючку. Хорек оскалил клыки, прижался к шее и злобно зашипел на Ириса. — Вот я и искал…
— А я уж думал, передумали принцем становиться, — с улыбкой произнес Лекс. Со странным выражением глянул на ощетинившегося хорька, быстро облизнул губы.
— Да в общем-то… — пробормотал послушник. Но осекся и пожал плечами, добавил осторожно: — А что стало с рыцарем?..
— Каким рыцарем? — изумился Ирис.
— Вардом де Гирео… — рискнул сказать Ирн. Но тут же осознал: барон действительно ничего не знает о посланнике иерархов и бое в пиршественном зале. Как такое могло быть, парень не представлял. Напрягся, кивнул: — Неважно. Показалось.
— Долгая дорога и турнир выматывают, — доброжелательно отозвался аристократ. Понимающе улыбнулся, изобразил участие. — Вам надо отдохнуть, сэр Птиц. Я отведу вас в покои… Но прошу извинить, для начала следует заглянуть в другое место.
— Какое? — не удержавшись, спросил Ирн. Перед взором послушника промелькнул образ подвала, черные провалы в полу и темница, заполненная изможденными горожанами. Кровь отхлынула от лица, глаза расширились.
— Принцесса Жосслин возжелала поговорить с вами перед сном, — объяснил барон.
— Зачем? — нервно поинтересовался послушник.
— Понятия не имею. Правители редко объясняют свои поступки и желания, — хмыкнул вельможа. Взял парня за плечо, мягко увлек в коридор. — Пойдемте, сэр Птиц, венценосных особ нельзя заставлять ждать.
— Угу, — пробормотал Ирн и осторожно высвободился из объятий аристократа. После небольших раздумий пошел следом. Вырываться не имело смысла. Кто знает, что произойдет, если оказать сопротивление. Да и поднимать шумиху раньше времени не стоит. — Вы не знаете, где отдыхает мой друг и попутчик?..
— На втором этаже, в специально отведенных покоях, — вежливо ответил Ирис. Нетерпеливо дернул плечом, кивнул на лестницу. — Пойдемте-пойдемте. Сэр Лохматый никуда от вас не денется. Я сам проверял, спит как ребенок.
— Хорошо, — невнятно сказал послушник.
Коридор привел к широкой мраморной лестнице. На втором этаже Ирис свернул в очередной просторный зал, обставленный дорогой мебелью. В одном месте парень остановился, непонимающе моргнул. Перед ним висела картина… На полотне — могучий и статный рыцарь. Плечи невероятно широкие, грудь колесом, в руках окровавленный меч. Лик гордый и возвышенный. На заднем фоне виднелось поле боя: дымящиеся остатки телег, множество трупов. Птиц равнодушно отвернулся. Но тут заметил какую-то мелочь, вздрогнул. Столбы дыма чуть заметно колыхались. Лицо воина медленно и почти незаметно менялось: щеки побледнели, под глазами появились темные круги. Рыцарь смотрел с тоской и болью. Но что самое ужасное, Ирну показалось, что воин видит коридор и двух человек. Пытается дотянуться, но не может. Потому что раз и навсегда влился в картину, стал частью неживого пейзажа.
— Что-то не так? — вежливо поинтересовался барон.
— Все… хорошо, — непослушными губами выговорил Птиц. Отвернулся, последовал за вельможей. — Картина интересная.
— Портрет сэра Ланэ, одного из первых хозяев Дорберга, — хмыкнул Лекс. — Хороший воин, но… не повезло. По легенде, отличался страстью к ратным подвигам. Ходил воевать с соседями, успешно сражался со скифрцами. Но в одной из захваченных деревень наткнулся на местную ведьму, убил и изнасиловал дочь старухи. За что и был проклят. По возвращении в замок преисполнился тщеславия, решил заказать портрет у одного из лучших художников того времени. До утра стойко позировал перед мастером. Живописец вышел лишь на минуту, дабы выпить воды и немного проветриться. Когда вернулся, картина оказалась готова, а правитель исчез. Сэра Ланэ с тех пор никто не видел…
Лекс показывал дорогу. А парня не оставляло ощущение, что его банально заманивают в ловушку. Но Птиц только сильнее стиснул зубы, ускорил шаги. И пожалел о том, что нет оружия. Меч пригодился бы. Плевать, что владеть им послушник не умеет. Тут главное — успокоить нервы, получить ощущение защищенности…
Еще несколько пустующих коридоров осталось за спиной. Ирис и Птиц вошли в просторные покои, приемную. Барон распахнул широкие двери перед послушником, поклонился. А когда парень вошел, поспешно пробормотал:
— Ожидайте, сэр Птиц. Принцесса Жосслин скоро явится.
— Но вы говорили, что ждет! — возмутился Ирн и резко развернулся. Однако створка захлопнулась перед самым носом, послышались торопливые шаги. Минута — и звуки затихли.
Послушнику отчаянно хотелось выругаться. Дверь оказалась заперта с той стороны. Да и общее состояние дел коренным образом не понравилось парню. С приходом ночи дворец обрел призрачные черты. Словно один из тех проклятых замков, которыми любят стращать обыватели-рассказчики тихими вечерами. Но суть в том, что деваться оказалось некуда. Надо было искать выход, затем Лохматого…
Пару минут Птиц простоял у дверей. Напряженно размышлял, боролся с подступающим ужасом. Пытался предугадать варианты развития событий. Но интуиция говорила о тщетности усилий. Слишком непонятные дела творились вокруг. Чересчур много имелось неучтенных факторов.
Решительно развернувшись, Ирн изумленно присвистнул. Ну и дела, покои больше походили на галерею искусств!.. Небольшой зал, обставленный уютно и со вкусом. Стены обиты пушистыми коврами. Тут же висели десяток-полтора древних картин, старинные щиты и клинки. На полу — звериные шкуры, в углу камин с жарко полыхающими поленьями. Повсюду расставлены мраморные статуи древних богов и героев, кувшины, какие-то непонятные безделушки и поделки… Правда, несколько мелочей свидетельствовали о том, что комната является опочивальней или приемной. Возле камина застыли два глубоких кожаных кресла. Рядом маленький столик, заставленный кувшинами и кубками, блюдами с фруктами. А у дальней стены располагалась большая кровать с балдахином, множеством перин и подушек. Атмосфера оказалась уютной, по-домашнему теплой. В воздухе витали запахи вина и духов. Птиц потянул носом, поморщился. Хорек на плече оглушительно чихнул, обиженно засопел и поскреб лапами нос.
— Ты прав, Колючка, — хмыкнул послушник. — Я никогда не понимал страсти женщин к каким-то вонючим каплям. Что может быть лучше запаха чистых волос? Хотя да, Лохматый бы поспорил. Для нищего лучше аромат прожаренного мяса, что тоже неплохо.
Парень простучал стены на предмет потайных ходов. Но вскоре понял, что если тут и есть нечто подобное, то хорошо спрятано. В мозгу мелькнула шальная идея. Птиц закусил губу, подошел к кровати. Ссадил Колючку на простыни. Снял мешок и вывалил на перины книги. Быстро отобрал нужную, остальные засунул обратно и принялся поспешно листать. Где заклятие?.. Видел же еще вчера. Ага, вот… «Астральный следопыт». Демоны, чересчур сложное! Мало того, что древнескифрским можно сломать язык, так еще и личную Силу надо вложить. А энергетического ядра у него нет, потому придется надеяться на удачу. Хотя если получится, он узрит корень того Зла, которое охватило дворец и город…
Незнакомые топорные слова норовили спрыгнуть с языка. Губы отказывались изгибаться положенным образом. Птиц трижды прочел заклинание шепотом. Поморщился, но решил рискнуть. Уселся на постели поудобнее, отрешился от окружающего. А затем изогнул пальцы, выпалил заклятие скороговоркой. Пустота… Бесполезные звуки, лишенные смысла и способности что-либо изменить. Парень приоткрыл глаза, сразу наткнулся на удивленный взгляд хорька. На мордочке Колючки отразилось презрение: мол, что такое городишь, хозяин?..
— Да, ты снова прав, — разочарованно пробормотал парень. — А так хотелось верить…
Искра злости кольнула сердце. Птиц с ненавистью уставился на ладони. Повторил заклятие еще трижды, каждый раз меняя интонацию и ударения. И вновь — пустота, молчание.
«Тщетно», — осознал парень. Энергетического ядра у него не имеется. И потому Серая Магия для Ирна под замком. Для любого управляющего импульса нужна хотя бы кроха, маленькая искорка. Но чтобы развить в себе способность к колдовству, придется учиться многие годы. А так хотелось… хотя бы на миг поверить, что ты можешь стать сильнее. Тому же Эскеру было намного легче, ибо обладал он приличной базой знаний, мог экспериментировать и вникать. В Орденах же обучению послушников посвящают чересчур мало усилий и времени. Считается, что старательный сам разберется, получит право на персонального наставника. Остальным же — путь в богословы, монахи, мелкую прислугу.