"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
В мешке громко и с недовольством чихнули, поскреблись. Послушник хлопнул себя по лбу, развязал бечевки. Колючка спрыгнул на пол. С укором глянул на хозяина, заворчал — озверел, гулять не отпускаешь. Понюхал воздух и шмыгнул куда-то в угол, пробрался в узкую щель между тканью…
Лохматый погрел озябшие пальцы над жаровней. Нашел на столе кувшин с вином. Сделал большой глоток, крякнул с удовольствием и тихо рассмеялся.
— Что смешного? — окрысился Ирн.
— Судьба возжелала, чтобы мы прошли рядом еще немного, — хмыкнул нищий, сделав еще глоток. — Успокойся… сэр Птиц.
— Стараюсь, — с напряжением в голосе ответил послушник, понизив тон. — Ты понимаешь, что происходит?
— Нет, — беззаботно ответил бродяга. Посмотрел на Ирна поверх горлышка. — Нам нужно немного времени. Не вздумай бежать.
— Предлагаешь драться на турнире? — мрачно поинтересовался парень.
— Почему бы и нет, — парировал Лохматый. Задумчиво покатал вино на языке. Скривился, поставил кувшин обратно. — Кислятина… Да, будем драться. И думать, как поступить. Видел, что творится в городе?
— Угу, — кивнул Птиц. Вспомнил горожанина, зябко передернул плечами. — Жители больны… Но стражники сказали, что едят какую-то травку, наркотик.
— Поголовно? — саркастически фыркнул бродяга. — Не знаю, как ты, а я насмотрелся предостаточно. Местные перепуганы. Меня чуть не закидали камнями, когда начал расспрашивать.
— Ты прав, — пробормотал парень. — Прав… Но я должен уйти. К тому же не умею сражаться.
— Ага, спасение мира, — с иронией сказал бродяга. — Помню-помню. Но вынужден огорчить, нам придется доиграть пьесу до конца. И хорошо, если фарс останется просто фарсом.
— Дурость какая-то, — прошептал Птиц. Присел на корточки, спрятал лицо в ладонях. — Такое ощущение, что мир накрепко сошел с ума. Король…
— Монарх тоже играет роль, — ответил Лохматый. — И прекрасно понимает, как выглядят со стороны его действия и слова.
— Но зачем? — спросил послушник.
— Предстоит узнать, — бодро произнес нищий. — Смелее, сэр Птиц! Подвиги и рука принцессы ждут вас! А драться научим. К тому же турнир — не поле брани. Максимум, что вам грозит, — синяки и ушибы.
Тон Лохматого показался чрезвычайно пафосным и наигранным. Послушник скривился, хотел проворчать нечто нелицеприятное. Но тут заметил опасный блеск в глазах бродяги, насторожился. Уловил смутное шуршание, треск ткани и сопение. Колючка вернулся?.. Нищий приложил палец к губам: мол, не дергайся. А сам на цыпочках приблизился к стенке, резко выбросил руку. Раздался душераздирающий визг, полотно колыхнулось. Безумец заворчал, как голодный волк. Резко присел и занес кулак.
— Не бей! — послышался пронзительный хрипловатый голос. — Не бей, человек! Я боюсь боли…
Лохматый остановил замах. Пристально посмотрел во мрак. Поднял левую руку и слизнул кровь с пальцев. Поколебался, но медленно разжал кулак.
— А ты не кусайся.
— Сам дурак, — по-стариковски сварливо проворчали из тени. — Тоже небось не нравится, когда за шею хватают.
— Подглядывать нехорошо, — парировал Лохматый. — И вообще, шпионов убивают на месте.
— А я не подглядывал, — проскрипели в ответ. — Гулял, птичек слушал.
— Каких птичек? — ухмыльнулся нищий, быстро глянув на ошеломленного Ирна.
— Ворон, — отрубил неизвестный. — По зиме чудо как голосят…
— Ага, верю, — милостиво кивнул бродяга. — Ты выходить собираешься? Или так и будешь изображать тень?..
— Руку с меча убери.
Лохматый улыбнулся шире, медленно снял ладонь с рукояти клинка. В тени тяжело вздохнули и покряхтели. Раздались шаркающие шаги, жалобный звон бубенчиков. Из мрака показалась приплюснутая зеленоватая мордочка. Уши — словно рваные тряпки, на голове жидкие клочки седых волос. Нос — две вертикальные щели, рот — как у лягушки. И глаза… огромные, умные и удивительно печальные. Гоблин!
Королевский шут пугливо съежился, принялся нервно теребить колпак. Одет он был в цветастый жилет, украшенный монетками и камешками, такие же штаны. На ногах — мягкие туфли с длинными загнутыми носками.
— Зачем шпионил? — спросил бродяга. Грозно прищурился, сложил руки на груди.
— Я говорил, — ответил гоблин, угрюмо засопев. — Таким не занимаюсь… Просто шел мимо, птичек слушал. Потом голоса. Вот и решил проверить, откуда доносятся.
— А куда направлялся? — не отставал Лохматый. Глянул на искусанную ладонь, изобразил на лице плотоядное выражение.
— Мне ж положено шастать то тут, то там, — нашелся неудачливый шпион. Растянул губы в нарочито умильной ухмылке. — Позвольте представиться — Груст, личный дурак принцессы Жосслин.
Бродяга и послушник переглянулись. Ирн беспомощно развел руками. Нищий задумчиво поскреб подбородок. Но сразу вперил взор в гостя, с хрустом сжал кулаки.
— Не похож ты на шута, — изрек Лохматый.
— То есть как? — возмутился гоблин. Недоверчиво осмотрел свой наряд, обиженно засопел. — А на кого тогда?..
— Тебе лучше знать, — с тусклой улыбкой ответил бродяга. — Но как по мне — вылитый злодей, идеальный убийца или отравитель.
— Нет-нет! — взволнованно вскрикнул Груст и замахал лапами. Потом поспешно придал лицу лукавое выражение, состроил вдохновенную рожицу. — Постойте, докажу… Я маленький шут, тра-ля-ля, веселый и беззаботный плут, ха-ха-ха! Там, где я, там шум и смех! Подтрунить надо мною не грех!..
Шатер наполнился перезвоном колокольчиков, топотом. Гоблин пустился в пляс. Неуклюже запрыгал сначала на одной ноге, потом на другой. Показал язык, принялся строить рожи. Завертелся волчком, подпрыгнул и лихо ударил пяткой о пятку. Но где-то на третьем скачке раздался отчетливый хруст. Шут согнулся в три погибели, застонал и ухватился за столешницу. Старость не радость.
— Не верите? — убитым голосом спросил у пленников.
— Нет, — отрезал Лохматый и покачал головой.
— Мрон! — ругнулся гоблин. Скривился, печально вздохнул. — Ладно-ладно, признаюсь — меня послал король, чтобы отдать верительные грамоты и поторопить с подготовкой. Турнир заканчивается, ждут только вас.
— Какие грамоты? — встрял Птиц.
— Те, что отобрали у вас стражники, — с недовольством проскрипел гоблин, страдальчески закатив глаза. — Господи, что за примитивные существа? Ну зачем такое наказание? Они же два на два не умножат, собьются…
Груст пошарил на поясе и извлек из кармана два свитка. Лохматый принял, развернул первый попавшийся и быстро пробежался взглядом по строчкам.
— Дела-а, брат… Верительная грамота с родословной и перечислением благородных предков до седьмого колена. Сэр Птиц де Лоранж, уроженец Золотой империи… Поздравляю!
В голосе нищего проскользнула едкая ирония. Лохматый осторожно указал на гоблина, мимикой дал Ирну понять: молчи, разберемся потом. Мелкий пройдоха — лазутчик короля или иных сил. Надо держать ухо востро.
Птиц едва заметно кивнул, унял дрожь в руках. Весело! Вторая грамота, несомненно, подтверждала благородное происхождение нищего. Но зачем королю понадобилась эта комедия? Для чего выставлять каких-то проходимцев рыцарями? Чтобы выступили на турнире? Глупость!.. Хотя… Быть может, он просто не замечает той логики, что правит поступками окружающих? Да и безумец обмолвился о том, что сам король играет роль. Лохматый явно понимал и видел чуть больше…
Немного успокоенный этими мыслями, послушник принял у нищего свиток и спрятал в мешке. С брезгливым интересом посмотрел на карлика, поежился. Даже в полумраке Груст выглядел уродливым и старым. Высохший, худой и жуткий нелюдь. Ходили слухи, что племена гоблинов остались в дремучих лесах да в диких степях Дорамиона. Ранее — свирепый и безжалостный народ людоедов, наводивших ужас на человеческие королевства. Сейчас — почти вымерший вид, диковина. Наемники промышляли ловлей гоблинов. Потом продавали аристократам в качестве домашних дураков за весьма неплохие деньги.
Почувствовав взгляд Птица, шут опять ощерил зубы в улыбке. Мелкие, треугольные, будто полотно ножовки. Такими хорошо разгрызать сухожилия, дробить толстые кости. Да и челюсть достаточно мощная. Интересно, чем кормят питомца во дворце… Парень представил, с усилием сглотнул твердый ком. Но переборол приступ дурноты, осторожно спросил: