"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Теперь Птиц знал, что тот доспех в одной из Теней — единственное, что осталось после Эскера. Серый маг долго колебался, бросался из крайности в крайность. В конце концов осознал важные истины и встал на защиту родных людей. Но та судьба, которую создал для чародея Древний, не смогла увести Гара в Преисподнюю. Маг долго скитался по лесам, прятался от людей. Ночью — жуткое полумертвое создание, Мститель крови. Днем — обыкновенный человек. Измученный и голодный, убитый горем, Эскер выискивал способы стать самим собой, отринуть темную половину. И не находил. Но последние строки говорили о чрезвычайно опасном и сложном заклятии Разделения. Что имел в виду маг? Ирн не знал. Но, судя по тому, что доспехи оказались пустыми, — получилось. Выжил ли Эскер? Сомнительно. В противном случае о Сером маге уже ходили бы легенды…
Впрочем, история Гара и Свободных Земель являлась следствием того, что началось тысячелетия назад. Древние с помощью Магии Крови взошли на Престолы Силы. Стали бессмертными хозяевами и повелителями мира. Но один по каким-то причинам отринул путь братьев. Терн, племянник Остролиста. Тот, кого величали Темным властелином… Мрон стремился дать народам знание. Вернуть или воссоздать великую цивилизацию прошлого. Но каждая попытка терпела крах по вине самих же людей. Да и боги вставляли палки в колеса. Зачем учить, когда можно править? Зачем быть равным кому-то, если ты сидишь на пьедестале и поплевываешь на толпу?!
Последним успехом Терна стали Свободные Земли и Серый Орден. Но и тут постигла неудача. Чересчур богатый край, слишком непонятный и ужасный для соседей. Интриги эльфов и гномов вкупе со скифрцами погубили Серых магов. А внутренние противоречия добили остатки тех, кто мог сравниться с Древними. Последнее же сражение произошло десять лет назад. Именно тогда ныне покойный принц Александр при поддержке служителей Алара и эльфов напал на Свободные Земли. Лишь неожиданная смерть предводителя и поражение при Генте позволили краю существовать дальше. Однако интуиция подсказывала Птицу, что те события — начало чего-то нового. Фактов и диких совпадений слишком много: усиление влияния служителей Алара, Войны за веру, первые «прорывы» Тьмы. С миром творилось нечто нехорошее. И уж тут послушник просто терялся в догадках.
Новые знания не объясняли того, что происходило сейчас. Да и положение Алара в сложившихся условиях оставалось загадкой. Цели бога Света, желания и устремления? Благодетель или спаситель? Ведет борьбу с Тьмой или стремится захапать побольше власти?.. Последние вопросы вызывали в послушнике отрицание. И хотя упорно повторял про себя, что просто создает мысленные модели, но все равно ощущал себя еретиком. То и дело вздрагивал, посматривал в небеса — вдруг грянет кара, солнечный свет испепелит отступника. Но небо хранило молчание, сыпало снегом. Серые тучи медленно плыли на восток, словно указывая путь.
После отдыха и скудного завтрака путники загасили пламя. По молчаливому соглашению направились к чернеющей вдалеке стене города. Птиц надеялся немного передохнуть, купить коня. А бродяга просто следовал за послушником. И непонятно, что творилось в мыслях нищего. Ранее Ирн подумывал о том, чтобы взять безумца с собой. Но в свете новых событий спутник обременял. Слишком приметный. А теперь нужна скрытность.
Собравшись с духом, Ирн решительно шагнул в арку. Мельком глянул на мокрую стену, отметил про себя — почти новая, без следов ремонта. Да и бревна створок идеально ровные, хоть и потемневшие от непогоды. Возможно, город никогда не осаждали, потому жители такие беспечные… Темный коридор показался практически бесконечным. Под ногами хлюпало. Черные окошки бойниц излучали концентрированную угрозу. Ветер бил в лицо, колол мелкими каплями. В какой-то момент послушник поддался панике. Но в спину уперлась рука бродяги, хрипловатый голос подстегнул:
— Что встал? Топай. Холодно тут…
Ирн подавил раздражение. Ускорился и преодолел последний отрезок тоннеля, огляделся с кислой миной на лице… Туман за городской стеной значительно поредел, позволил рассмотреть небольшую площадь в окружении двухэтажных домов. Узкие извилистые улочки, убегающие вдаль. Чахлые деревья, какие-то склады невдалеке. Повсюду горы мусора и битых кирпичей. Глубокие лужи, присыпанные сеном и пищевыми отходами. Серость, грязь, тоска. В воздухе витала гремучая смесь запахов гнили и лошадиного навоза, прогорклого масла.
 
Раздались шаги, из-за поворота вышел человек. Сухонький мужчина, почти старик. Лицо как печеное яблоко, седые волосы слиплись от влаги. Глаза бегающие, настороженные. Одет словно ремесленник или, скорее, мелкий купец.
— Милейший, постойте! — окликнул бродяга, махнул рукой. — Что за город?..
Мужчина повел себя весьма странно. Подпрыгнул от испуга, схватился за грудь. Но через секунду разглядел путников, отшатнулся. На лице проступило непонятное выражение, в глазах мелькнул страх.
— Дорберг, — пробормотал горожанин и, словно мышь, юркнул в подворотню.
— Столица, значит, — хмыкнул Лохматый. Поскреб подборок, презрительно сплюнул. — Дрянь городишко. Я думал, тут чище. Ну да ладно, грех жаловаться.
— Как раз по тебе, — буркнул послушник.
— Вообще-то я имел в виду другое, — ничуть не смутившись, ответил нищий. — Чистота свидетельствует о богатстве. А в таком городе нашему брату хорошо и привольно. На милостыню не скупятся, подработку найти можно. Правда, конкуренция изрядная. Но где видано, чтоб мед, да еще и ложкой…
Птиц скривился, снова принялся изучать площадь. Уши ловили хлюпанье, шаги, далекие голоса. В тумане мелькали темные силуэты. Люди появлялись то тут, то там. Дюжие мужики с вязанками дров за плечами. Пожилая женщина, парочка стариков… В движениях настороженность, опаска. Лица бледные и изможденные. Что могло тут произойти? Хотя объяснений масса: от наличия разбойников до злобного правителя.
— Ладно, — проворчал бродяга. Махнул рукой и шагнул на ближайшую улочку. — Будь здоров.
— Ты куда? — воскликнул Ирн.
Лохматый остановился, повернул голову. В глазах мелькнули веселые искорки, губы чуть дрогнули. И в то же мгновение Птиц понял: его сомнения для нищего не были тайной. Безумец прекрасно видел, какие мысли обуревают послушника. Знал о намерении распрощаться. И уходил специально, чтобы Ирн не чувствовал себя виноватым…
— Пойду искать прибежище, знакомиться с достопримечательностями, — спокойно ответил бродяга. — Может, найду хлебное местечко. А если нет, двинусь дальше.
— Но… — попытался возразить Птиц.
— Мы ничего друг другу не должны, — твердо сказал Лохматый и выгнул бровь дугой. — Ведь так?..
— Да, — сдался послушник.
— Прощай.
Бродяга отвернулся, неспешно удалился. Минута — и фигуру нищего пожрал туман. Хлюпнула вода, и тишина стерла последнее напоминание о безумце. Птиц дрожащей рукой убрал прядь со лба. Нахмурился, пнул случайный булыжник и выругался.
«Да какого демона? — мелькнуло в мозгу послушника. — Бродяга прав. Обязательств нет. Шли вместе, потому что так сложились обстоятельства. А когда нужда исчезла, разошлись… Такова жизнь, и не нужно себя винить. Лучше подумать, как поступить дальше. Заняться поиском ночлега и пропитания, найти коня. А завтра отправиться в путь».
Не мудрствуя лукаво, Птиц выбрал самую широкую улицу. Такие обычно являются сквозными, ведут к центру. А чем ближе к обиталищу правителя, тем больше попадается достойных заведений. Хотя, судя по внешнему виду домов и обстановке в общем, парень сильно сомневался в наличии этих самых, достойных…
Лишь через добрую сотню шагов на улицах появилось некое подобие оживленного движения. Отовсюду слышались голоса, хлюпанье и чавканье грязи, стуки дверей. Народ вяло работал, занимался делами… У какой-то лавки суетились грузчики, таскали мешки с мукой. Чуть поодаль, у колодца, образовалась очередь из пожилых женщин с ведрами. Две набирали воду, разливали товаркам. Остальные терпеливо ждали, с тоской и унынием поглядывали в небо.
Пожалуй, впервые в жизни Птиц испытал непреодолимое желание напиться. Вино могло хотя бы ненадолго притупить сомнения. Да и согреться не мешало. Забыться на вечер, очистить мозг от шелухи. И решить, что следует делать. Но Ирн также понимал — слабость. Хмель не устранит проблем, даст временную иллюзию облегчения…