По воле случая. Том 1 (СИ)

Обо всем этом Томасу рассказывали наставник. Кто же знал, что все сложится именно так и прихоть врага зашвырнет его именно сюда?
Первый год его жизни здесь был, пожалуй, самым тяжелым. Замкнувшийся на шее ошейник перекрыл доступ к источнику и лишь благодаря тренировкам Мастера он смог выжить и приспособиться. Большая часть здешних «бойцов» были всего лишь различным мусором — преступники, провинившиеся слуги кланов, бедняки. Все они переживали не больше одного-двух боев — монстры пустошей и более сильные соперники беспощадны. Каждую неделю обслуживающим персоналом Арены сжигались десятки трупов.
— Жуткая текучка кадров. — хмыкнул про себя Томас, выныривая из омута воспоминания.
Старенький клинок, вытащенный им из кучи полуржавого железа в оружейной, уроки Мастера и желание выбраться отсюда — именно эти три столпа стали основой его выживания.
Он навсегда запомнил свой первый бой, когда его, вместе с десятком других бедолаг, которым не посчастливилось оказаться тут, кинули на поле против Жнеца. Тот десяток минут будет с ним до конца жизни …
***
Медленно поднимающиеся с противоположенной стороны Арены ворота невольно заставили людей, до этого настороженно косившихся друг на друга и ожидавших бойни «все против всех», дружно повернуться к воротам, нервно стискивая в руках оружие и пытаясь унять дрожь — каждый из присутствующих уже знал, что если открываются именно эти ворота, то твоим противником будет отнюдь не человек.
Вот створки полностью раскрылись, и взглядам побелевших людей предстало существо. Ростом около двух с половиной метров, оно могло похвастать сразу двумя парами «рук» — первая располагалась на привычном для человека месте, а вот вторая росла прямо из груди, причем последние были постоянно согнуты и прижаты к телу, придавая существу сходство с одним из динозавров, изображаемых в учебниках по истории. Но если функционал этих «лапок» у вымершего миллионы лет назад динозавра был весьма условен, то этот монстр…
Дело в том, что основная пара «рук», будучи длинными и мощными, оканчивались загнутыми костяными лезвиями, больше всего напоминающими боевые косы. И соответственно, они были абсолютно не приспособлены для удержания чего-либо, используясь исключительно для убийства — неестественно острые и крепкие лезвия вспарывали зачарованную броню и перерубали кости без особого труда. Ну а то, что тварь абсолютно не заморачивалась о чистоте своего оружия, приводило к тому, что даже незначительная рана, нанесенная ими, могла занести в организм жертвы инфекцию. А вот уже после убийства выбранной добычи, полуразумная тварь пускала в ход слабые и тонкие ручки на груди, запихивая ими в зубастую безгубую пасть предварительно измельченную добычу.
— Жнец… — прошептал тогда кто-то. Да, это был именно он. Получивший свое имя за те самые косы и далеко не самый сильный и живучий среди порождений Пустошей, он занимал одно из почетных мест в списке наиболее опасных для лишенного магии человека.
Про этого урода — а назвать как-то иначе существо с четырьмя руками, высоким горбом на спине, коричневой морщинистой кожей и полностью отсутствующими глазами, Том слышал из рассказов учителей. Вроде они говорили, что у этих порождений Пустошей есть какой-то особый орган, заменяющий им привычные органы зрения и помогающий ориентироваться в пространстве. Неплохо ориентироваться, стоит отметить.
Разглядывая противника, парень удостоверился еще в одной особенности его внешности, о которой когда-то только слышал. Монстр был одет — с высокой худой фигуры свисал рваный и сильно потрепанный плащ. Жнецы были известны своей странной и довольно мерзкой привычкой нацеплять на себя одежду убитых ими путников Пустошей. До сих пор ведутся споры, отчего это пошло. Да и не интересно это, на самом деле. Факт оставался фактом — метрах в ста от группы людей сейчас стоял, слегка покачиваясь, крайне опасный монстр.
Самое забавное было то, что многие на трибунах могли бы легко справиться с этим монстром. Чрезвычайно быстрая и ловкая тварь не оставляла никаких шансов на выживание лишь обычному человеку — прочная кожа, неплохой иммунитет к магическим атакам, высокая скорость и смертоносное оружие. Но вот против хорошего опытного мага ей поставить было абсолютно нечего. Именно поэтому обычные отряды, ходившие в Пустоши, старались держать при себе хотя бы мастера, а лучше магистра — их мощи с избытком хватало для преодоления защиты Жнецов и быстрого, относительно безопасного уничтожения монстров.
 
Впрочем, имелся способ борьбы с уродом и без магии — монстр имел уязвимое место в основании горба — кожа там не была столь прочной и точное попадание клинка с достаточной силой гарантированно перерубало позвоночник твари. Отряды в Пустошах, которым не посчастливилось иметь в своих рядах мага с достаточным уровнем силы, пользовались именно этим способом, загоняя или заманивая Жнеца в ловушку, которая его фиксировала на месте на несколько секунд и позволяла добраться до заветного основания горба. У охотников Пустошей подобное даже считалось развлечением, которое по зубам лишь настоящим воинам. Чертовы адреналиновые наркоманы…
Все это пронеслось в голове Тома в те долгие пару десятков секунд, пока тварь стояла, едва заметно покачиваясь и словно раздумывая. Но вот наконец Жнец дернулся и неторопливо двинулся в сторону сбившихся в группу людей. Раздался мерзкий скрежещущий звук соприкосновения кос и устланного камнем поля Арены.
Среди людей мгновенно началась паника — одно дело знать о существовании чего-то жуткого и неестественного, и совсем другое — столкнуться с этим.
— А ну заткнулись, мрази! — взял на себя инициативу совершенно спокойный невысокий поджарый мужчина, стоящий недалеко от Тома. Судя по характерным татуировкам на руках — охотник Пустошей.
— Ты не слишком раскомандовался, дружок? — угрожающе навис над ним увитый мускулами здоровяк, щеку которого пересекал отвратительный шрам. Том уже было собирался помочь человеку, обладающими жизненно необходимым опытом сейчас, но не успел: коротко свистнул клинок и громила обрушился на спину. Охотник, наступив на его грудь, вытянул из нее свой меч и вопросительно оглядел остальных: — Еще вопросы? Возражения? Тогда все слушаем меня и делаем то, что скажу. Тогда тактика следующая: разбиваемся по парам, нас теперь как раз ровно десять. Один принимает удар и защищается, другой в это время пытается пробить горб. Бейте точно в основание и со всей силы. Все понятно?
— И как выбрать кто будет жертвой? — спросил кто-то, нервно оглядываясь на неторопливо приближающегося противника.
— За это не переживай, Жнец сам выберет. — хохотнул охотник и посмотрел на Тома: — Ты со мной. Выбирайте себе партнера по танцам и вперед. Пошли.
— Куда мы? И почему он не реагирует? — спросил парень, едва они отошли от толпы, по широкой дуге обходя фигуру в плаще.
— Их тут держат под успокоительными конструктами, еще не отошел, похоже. Ну или развлекается. А идем мы к воротам, они его заинтересуют в последнюю очередь.
— Почему не напасть сейчас и почему в последнюю?
— Не стоит, поверь. У ворот будет безопаснее всего — сначала он перебьет всех, кто поближе. — терпеливо ответил на очередные вопросы охотник.
— Отлично.
— И что, никакого нытья, что это бесчеловечно и так далее? — удивленно посмотрел мужчина.
— У меня есть цель, на остальное плевать. — мотнул головой Том. Он действительно не испытывал никаких угрызений совести из-за того, что для своего выживания придется пожертвовать всеми этими людьми. Время для слабости прошло.
 
— О, дай угадаю… Месть? — ухмыльнулся временный союзник. — Молчишь, значит я прав. Чтож, достойно, могу лишь пожелать удачи.
— Спасибо.
По примеру нового знакомого присев на землю возле ворот, Томас положил меч на колени и начал наблюдать за действиями Жнеца.
— У них вообще никаких шансов?
— Шанс есть всегда. Но у этого сброда — вряд ли. — пожал плечами охотник.
И он оказался абсолютно прав. Люди пытались оказать сопротивление: пока монстр расправлялся с жертвой из первой двойки, его напарник-таки сумел обойти противника, но потом, словно забыв наставления охотника, вложил все силы в удар в ногу. Что удивительно, он даже получил результат, прорубив прочную кожу и явно повредив что-то еще. Впрочем, мелькнувшая после этого коса поставила точку во всех его начинаниях.