Таверна «Ведьма». Инквизиторам вход воспрещен! (СИ)

— Ошибка одних стоила свободы всем! Как по мне, так это несправедливо! Неужели теперь мы всегда будем угнетённым народом?
— Хотите поднять бунт? — усмехнулся Николас. — Смотрите, как бы вас за такие мысли действительно ни упекли за решётку.
— Почему сразу за решётку? Я думаю…
— Давайте не будем о плохом, — Хейг перебил меня. — Расскажите лучше о своём мире. Как он выглядит. В нём и правда нет магии и ведьм?
— Ведьм в нашем мире сжигали на кострах. Однако в большинстве случаев это были никакие не ведьмы, а ни в чём не повинные женщины.
— Печально это слышать.
— Очень. Магии у нас и правда нет. Хотя, есть машины, самолёты, мы можем полететь в космос на огромных кораблях, спуститься на дно океана. Все гонятся за временем и деньгами. И нам всегда и всего мало.
— Напоминает столицу, — Николас поднял голову к небу, взглянув на яркие точки просыпающихся звёзд. — Там тоже царит суматоха, все куда-то спешат, торопятся. Ни на кого нет времени. Думаю, наши миры в этом похожи. Это общая болезнь больших городов. В Глубоких озёрах не так, как в Славгороде. Здесь по-своему уютно.
— После того, как моя душа переселилась в этот мир, я тоже это заметила.
— А вы ведь были замужем, — Хейг внезапно перевёл тему нашего разговора с суматохи больших городов на мою личную жизнь.
— Была, — я вздохнула. — Ничего не вышло. Мы с мужем развелись.
— Развелись? — Хейг причмокнул, будто хотел испробовать непонятное слово на вкус.
— Да, это означает расторжение брака. После мы больше не муж и жена.
— Как интересно.
— А у вас тут разве нет разводов?
— Нет. Узы брака нерушимы.
— А что делать, если мужчина и женщина больше не любят друг друга? Жить и страдать?
Николас задумался. Я даже увидела, как вена на его виске чуть вздулась от протекающих в голове мыслительных процессов.
— Думаю, — наконец, произнёс он, — если брак заключался по любви, то должно остаться простое уважение. Вы не уважали мужа?
Я развела руками. Как мне уважать мужа, если он завёл на стороне любовницу, и после нашего развода довольно быстро снова женился. Что с ним произошло дальше, я даже не знаю.
— Мне кажется, это личное. Тем более, я стараюсь забыть прошлую жизнь. Теперь я Элизабет Коуэлл. Сирота. Держу таверну “Ведьма”,  воспитываю младшего брата.
— И вы никогда не думали о замужестве?
Этот вопрос мне показался странным. По крайней мере, от Хейга я его не ожидала услышать.
— А вам-то какое дело? — я прищурилась.
— Если вы выйдете замуж, у вас будут преимущества. Всё же, девушка одна, держащая таверну, не вызывает доверия.
Я фыркнула.
— Я справляюсь! И доверие местных я уже заслужила.
— Глубокие Озёра — маленький, ничем не примечательный городок. Вот если бы вы были в столице.
— Но я не в столице! — разговор начал меня утомлять. Мне уже захотелось вернуться обратно, и ужин в дорогом ресторане не нужен. — Давайте закончим этот разговор!
— Как скажете, к тому же мы пришли.
Мы остановились возле высокого здания, облицованного мраморными плитами. Оно сверкало в свете десятков фонарей, переливалось разными красками, здесь даже как-то пахло по-другому. Это заведение предназначалось лишь для высокородных гостей. Поэтому я очень боялась, что меня не впустят. Но с инквизитором, похоже, можно было попасть в любое место. Как только лакей в нарядной ливрее узнал Николаса, то тут же распахнул перед ним двери и учтиво поклонился.
Нас усадили ближе к окнам. Официант подал меню и положил на мои колени белоснежную салфетку. Мне было некомфортно здесь находиться. А вот Николас у себя в столице, похоже, завтракал, обедал и ужинал только в таких местах. Казалось, что он был здесь своим — очень уж гармонично смотрелся на фоне разодетых дам и их кавалеров. Я, по сравнению с ним, была похожа на белую ворону.
— Не нужно так смущаться, — отозвался Хейг, почувствовав моё настроение. — Вы вполне прилично выглядите. Похожи на учительницу.
Я фыркнула. Если Хейг хотел меня таким образом успокоить… Что ж, у него ничего не вышло.
— Что будете есть?
 
Я взяла меню, чтобы прикрыть полыхающие щёки.
“Шагри из молодого теленка с чёрными стручками аригры”
“Аш-э реште”
“Балаж”
“Вентричина из свены”
Я искала глазами более-менее знакомые названия, но всё было тщетно.
— У меня пропал аппетит, — буркнула, отложив меню в сторону.
— Как же так? Давайте я закажу вам десерт. Уверяю, он вам понравится.
— Согласна, — разговор о десерте меня несколько воодушевил, и, когда официант подошёл к нашему столику, Хейг выдал:
— Граавилохи с ягодами ами и Дамплинги, пожалуйста.
— Прозвучало не очень аппетитно, — проворчала, когда официант удалился.
— У вас есть неплохой шанс распробовать местную кухню, — Хейг улыбнулся во все тридцать два зуба.
— К вашему сведению, я весьма неплохо разбираюсь в местной кухне!
— Готовя супы и наливая посетителям ядрёный придорожный эль?
— Я не вижу в этом ничего плохого! А вы, если что-то не нравится, можете съезжать. Плакать по вам я точно не…
— Тш-ш-ш, — внезапно шикнул Хейг.
Лицо инквизитора стало суровым и сосредоточенным.
— Что ещё?
— Сработало!
— Что сработало?
Однако ответа я не дождалась. Мужчина так резко поднялся с места, что чуть не сшиб со стола хрустальные бокалы на изящной тонкой ножке.
— Нужно идти! — Николас достал из кармана камешек, который мигал красным светом.
— А как же Граавилохи и эти… как их... Дамплинги?
— Вы можете остаться. В таверне будет опасно! — крикнул Хейг возле самого выхода из ресторана.
В таверне опасно? И этот несносный инквизитор сказал оставаться в ресторане? Чёрта с два я его послушаю!
— Вы не заплатили! — крикнула я, почти догнав Николаса.
— Я же сказал вам остаться!
— Кто-то попался в нашу с вами ловушку? Я права?
— Похоже на то!
Я бежала, как угорелая, но всё равно за Николасом не поспевала. В длинном платье-то особо не побегаешь. Жаль, что в этом мире девушкам и женщинам нельзя носить брюки — неприлично. Что в этом неприличного я, конечно, не понимала. Но в чужой монастырь, так сказать, со своим уставом не ходят.
Добежав до таверны, Хейг резко остановился и поднял руку. Я также застыла, подняв голову вверх. В окне, на мансарде, там, где находилась моя комната, мерцали красные отблески. Они то затухали, то разгорались. Можно было подумать, что комнату объяло пламя, однако дыма я не почувствовала.
— Долго так будем стоять? — шикнула я, подойдя ближе к Хейгу. — А если он сейчас сбежит?
— Не сбежит. Из сетей не выбраться.
— Тогда идём, — я сделала уверенный шаг в сторону таверны.
— И вам не страшно? — усмехнулся инквизитор.
— Ничуть!
По правде говоря, мне было страшно, но сказать об этом Хейгу я никак не могла.
Как и предполагалось, дверь таверны была открыта. Значит, у них были ключи или отмычки. А может, они вообще открыли дверь с помощью магии.
Сердце стучало, как ненормальное. Я очень волновалась и переживала, а ещё мне было интересно, кого мы поймали. Кто попал в нашу ловушку?
Ступени под нашими ногами противно поскрипывали, отчего по коже проносились миллионы мурашек. У меня даже волосы на предплечьях встали дыбом.
— Я первый, — Хейг положил свою ладонь на мою, что сейчас лежала на ручке двери. От его прикосновения по моему телу волнами пронеслись электрические разряды. Это было так неожиданно, что я тут же отдёрнула руку и отступила на шаг назад, пропустив инквизитора вперёд.
Дверь открывалась мучительно долго. За это время у меня успели вспотеть руки, и я то и дело вытирала их о платье.
— Ну, что там? — я приподнялась на цыпочки и осмотрела свою комнату через плечо Хейга. То, что я там увидела, мне совершенно не понравилось. Настоящий бардак. Кровать перевёрнута, матрас и подушки валяются на полу, сундук вывернут наизнанку, а шкаф… Вот возле шкафа я и заметила нашего домушника. Рыжие волосы, такого же цвета усы, хотя на вид я бы не дала ему и двадцати. Совсем молоденький, в веснушках. А рядом с ним шипел рыжий кот. Тот самый, что давеча забрёл сюда, и в которого я швырнула метёлку.