Таверна «Ведьма». Инквизиторам вход воспрещен! (СИ)

— Искры из вас точно не посыпятся, — проговорил он, улыбаясь. — Думаю, несмотря на ваш настоящий возраст, вы новорождённая ведьма. Но сила в вас очень быстро растёт. Например, ситуация с книгой. То, как вы её не понимали сначала, так же, как и кота. Сила растёт, она будто стремится нагнать ваш истинный возраст. А после, когда она достигнет пика, ведьмы и колдуны должны пройти ритуал инициации. Тогда, и только тогда, вы будете считаться настоящей ведьмой. Но многие сознательно от него отказываются, чтобы не привлекать к себе внимание.
— Ритуал инициации? И в чём же он заключается? Нужно найти цветок папоротника? Достать слёзы русалки?
Хейг отвел от меня взгляд и кашлянул. Мне даже показалось, что он покраснел.
— Боюсь, всё куда проще и… скажем так, приземлённее.
— Ну, сказали “а”, скажите и “б”. Зачем делать из этого секрет?
— Это очень интимный вопрос, и я не имею права на него отвечать. Лучше спросите у своего фамильяра, он вам всё расскажет…
— Тебя нужно откупорить, как бутылку с вином, — донеслось из-под стола, после чего ноги коснулась мохнатая лапа.
— Что-что нужно сделать? Откупорить?
Услышав слово "откупорить", Хейг снова кашлянул и залился краской настолько, что этого уже невозможно было не заметить. Когда до меня дошло, что именно означало это слово,  к моим щекам прилил густой румянец, а по телу прокатились волны жара.
— Ах, ты, извращенец мохнатый! — я полезла под стол, чтобы достать Баюна, но тот, сверкая лапками, пулей залетал на потолочные балки.
— Ну, ты же сама спросила, — жалобно запищал кот. — К чему это рукоприкладство?
Я рухнула на стул и принялась пальцами растирать виски.
— Говорите, — голос у меня был хриплым от пересохшего горла, — от инициации можно отказаться?
— Можно, — утвердительно кивнул Хейг. — Магия останется с вами.
— Но ты ведь хочешь стать сильнее и жить долго? — отозвался кот. Спускаться Баюн не решился, так и сидел наверху, теребя хвостом, словно маятником.
— О чём это он? — я кивнула на потолок.
Хейг обернулся и пожал плечами.
— Не знаю. Я не понимаю его.
— Баюн сказал, что я буду жить долго.
— Да, если ведьма прошла инициацию, она может жить намного дольше обычного человека. Двести-триста лет.
— Ого!
— Только время на обряд ограничено. Три дня. Если вы упустите его, то уже навсегда останетесь простой неинициированной ведьмой.
— Вот как, — я хмыкнула. — Тогда… Если мы затеяли сей разговор, когда приходит это время?
— Для каждой ведьмы оно разное. Вы его почувствуете. Но я бы посоветовал вам отказаться от данной идеи. Мы вычисляем таких ведьм на раз. Если вас увидит кто-то, кроме меня… — Хейг развёл руками.
— Я поняла. Из меня сделают рабочий скот, — я поднялась из-за стола. Внутри меня родилось какое-то нехорошее чувство тревоги. Законы для ведьм были суровы, но как насчёт инквизиторов? — Откуда вы всё это знаете? Да ещё в таких подробностях. Неужели об этом рассказывают на службе?
— Орден Инквизиции существует очень давно. Мы собирали информацию, — Хейг заёрзал на стуле.
— Кто такие инквизиторы? — я решила пойти ва-банк. — Простые люди или…
— Он тебе не скажет, — фыркнул кот. — Совести не хватит!
Я смотрела на Хейга, Хейг — на меня. Мы оба были на нервах.
Поставив руки в боки, произнесла:
— Будете говорить правду?
— Моя правда вам не понравится, — вздохнул Николас.
— Ну, всё же рискните.
— А сами, как думаете? — мужчина прищурился. — Раз вы спрашиваете, то что-то подозреваете.
— Как простой человек может быть охотником на беглых ведьм.
— Никак, — он пожал плечами и встал. — Простой человек не справится. А поэтому…
— Вы колдун, — прошептала я, не сводя пристального взгляда с инквизитора.
— Никакой он не колдун! — презрительно фыркнул Баюн. — Если бы он был колдуном… — шёрстка кота встала дыбом. — Спроси, где его фамильяр? Где магическая книга? На что он пошёл, чтобы стать тем, кто он сейчас. Никакой он не колдун!
— Предполагаю, ваш кот недоволен, — усмехнулся Николас, а после я увидела в глазах инквизитора грустинку. Неужели он страдает? — В самом деле, — продолжил Хейг, — я отличаюсь от вас. У меня нет ни фамильяра, ни книги. Потому что я уничтожил их.
 
По позвоночнику пробежали ледяные мурашки.
— Это такой своеобразный ритуал инициации в ордене. Через него проходят все инквизиторы. И этот путь мы сами выбрали, добровольно.
— Вы идёте против своих же. Заковываете в кандалы свой народ, — я презрительно скривилась.
— Эти законы придумали не мы. Наш орден всего лишь следит за их исполнением. Если наш разговор закончен, то позвольте я пойду спать! — Хейк выглядел недовольным, ему, определённо, не понравился наш разговор. Но я обязана была спросить у него обо всём.
— Так ты знал? — я посмотрела на Баюна. Кот до сих пор сидел на потолочных балках, глаза его горели, и он безостановочно теребил хвостом, словно на потолке кружил рой мух, и он таким образом отгонял их от себя. — Почему же ничего не сказал?
— Ты и сама догадалась, — буркнул он.
Я закрыла глаза. Голова гудела, виски ныли, словно их стянули невидимым обручем.
— Ладно, пойдём спать. Сил разбираться со всеми вами у меня больше нет, — я махнула рукой и поплелась в свою комнату. Следующий день, а после и неделя стали сложнее предыдущих.
Мы с Николасом поставили в моей комнате магическую ловушку, обследовали сгоревшей первый этаж. Однако там ничего обнаружить не удалось. Я ещё навестила госпожу Могель, чтобы сообщить, что Том уехал на какое-то время, и на уроках не появится. На это преподавательница лишь махнула рукой. Однако она очень тщательно пыталась меня расспросить об Артуре Кэррингтоне. Откуда я его знаю? Что нас связывает? В этом плане женщина проявила настойчивость. Но я закрыла рот на замок. Дождусь, ещё слухи пустит на весь город. Потом век не отмоешься. Единственной хорошей новостью было то, что таверна кое-как, но всё-таки начала приносить доход. Комнаты, конечно, никто не снимал, а вот на обед и ужин люди заглядывали. Вся неделя прошла у меня в рабочей суете. На деньги, что остались, закупила продуктов. Теперь, когда я могла пользоваться магией, не опасаясь инквизитора, ставила на продукты заклинание стазиса — что-то вроде заморозки. Ничего не портиться, не высыхает. Всё остаётся свежим. Очень удобно!
Хейг в моих экспериментах участия не принимал. Мы вообще с ним почти не разговаривали. Всё из-за того разговора. Видимо, его он очень задел.
— Может, попросить прощения? — спросила я у Баюна, когда посетителей в таверне не осталось.
Кот лежал на стуле возле стойки и делал вид, что не понимает человеческого языка.
— Я с тобой разговариваю! — хотела пнуть стул, но тут в таверну постучали.
— Можно? — на пороге стоял Артур.
— Вы… Вы всё-таки пришли, — я почувствовала, как к щекам приливает румянец. Странно, неужели, в глубине души я хотела, чтобы он пришел?
— Я ведь обещал, — лицо мужчины озарила улыбка.
  
Глава 17
 
Глава 17
— Здесь всё изменилось, — мужчина повертел головой туда-сюда. — Очень уютно.
— Спасибо.
— А где ваш брат?
— Уехал на время к старым друзьям. Я решила, что ребёнку не помешает смена обстановки.
— Правильное решение, — Артур подошёл к стойке и заглянул мне в глаза. У меня аж ладони вспотели, а по предплечьям и спине побежали мурашки. Сын графа был очень красив. Статный. Аристократические черты лица. А тёмно-синий двубортный сюртук на золотых пуговицах предавал ему некий шарм и элегантность. — Ты изменилась, — мужчина улыбнулся и положил свою ладонь на мою, но я довольно быстро её отдёрнула. Для меня всё это было очень неожиданно.
— В лучшую или худшую сторону? — дыхание перехватило, а в голове начали проноситься самые разнообразные мысли. Откуда он знает Элизабет? Что их объединяет? Если судить по прикосновению, связывает их не просто дружба!