Проклятье, с*ка! 3 (СИ)
— Как котят. — подтвердил я, вспомнив нашу с ним битву.
— Именно…
— Загнать сюда гвардию и военных, пусть они разбираются. Гвардия сейчас под твоим контролем?
— И потерять сотни людей с обеих сторон? Хороша из меня Императрица, которая разбрасывается человеческими ресурсами направо и налево. Кто после этого пойдёт за мной?
— Ладно, я человек маленький, дело твоё. — вздохнул я. — Так, ради интереса спрашиваю.
— Поехали дальше. — вздохнула Ясмин.
— А дальше у нас кто по плану?
— Кацу Мори, главы клана Мори. С ним будет непросто.
— Кацу… — задумчиво протянул я. — Этот тот старик с седой бородкой?
— Он самый.
— А я ведь обещал, что найду его. Ты хочешь его убить или снова пожурить и погрозить пальчиком?
— Вот давай только без этого! — скривилась Императрица. — Не могу я сейчас убивать аристократов налево и направо. Пока не могу. — добавила она. — Расстановка сил в этой стране совсем не в мою пользу. Я могу угрожать, запугивать, блефовать. И если кто-то почувствует фальшь или мою слабость, мне придётся несладко.
— Понятно. Яс, а давай попробуем сделать так…
* * *
В родовой особняк клана Мори мы прибыли через час. Прошли сквозь охрану, смотревшую на нас как бедных родственников из села, испачкавших говном со своих калош дорогой персидский ковёр хозяина дома, и очутились в большой светлой гостиной, где нас уже ждали.
Кацу Мори в традиционном японском кимоно сидел на полу за столиком, гордо выпрямив спину и сложив руки на колени перед собой. Справа от него на столе стоял глиняный чайник на подставке и две маленькие чашечки, словно хозяин дома давно ожидал нас. За спиной старика замерли статуями два молчаливых самурая, смотря в пустоту перед собой и держа ладони на рукоятях заткнутых за пояс катан.
— Присаживайся, Ясмин. — коротко бросил хозяин дома, кивнув перед собой.
Ясмин покорно села напротив, дождалась пока хозяин разольёт чай по чашкам, сделала глоток и выжидающе посмотрела в лицо Мори, давая хозяину дома право первым начать разговор.
Старик нахмурился, посмотрел на меня, стоящего позади Ясмин и подражающего его охране, и задумчиво произнёс:
— Я тебя знаю? У тебя знакомая аура.
Я молча пожал плечами.
— Я обещал прийти за тобой, старик. Я здесь, я пришёл. Сначала, поговори с моей хозяйкой, потом я поговорю с тобой.
Кацу вздрогнул, словно от пощёчины, я заметил как подобрались его охранники, только и ожидающие команду от своего господина, и как хозяин дома сумел удержать на своём лице подобающее его положению равнодушное выражение. А он не промах!
— Ясмин, деточка. — снова перевёл взгляд на свою гостью старый японец, словно не слышал моих слов секунду назад. — Как ты выросла и расцвела за эти годы! Налилась в нужных местах, повзрослела, стала настоящей, красивой женщиной! Был бы я лет на 50 моложе…
— Давай без этих облизываний. — равнодушно перебила Кацу Ясмин.
— Это чистая правда! Я ни капли не льщу тебе, моя Императрица. — Не важно. Поговорим о деле. — Ясмин сделал ещё один глоток из чашки. — Ты хотел взять меня под контроль и выкрасть. Догадываюсь, не сам, додумался до этого, а по заказу. Хотел меня убить?
— Ни в коем случае. — поморщился Мори. — Я взял с них слово, что тебя не тронут. Ты же знаешь, как я к тебе отношусь.
— Знаю. И я к тебе отношусь так же, поэтому ты всё ещё жив, старик, а не болтаешься в петле. Кто тебя нанял? Мне нужны имена.
— Я не могу сказать. — хозяин покачал головой. — Ты же знаешь, я никому и никогда не разглашал имена заказчиков. Это дело чести!
— Ты ставишь свою госпожу ниже своей чести? — удивлённо приподняла бровь Ясмин.
Кацу Мори недовольно посопел, наморщил лоб и помотал головой.
— Ты не моя госпожа, Ясмин. Прости, но я присягал твоему отцу, не тебе.
— Покажи ему. — коротко бросила мне Ясмин, не оборачиваясь.
Я выхватил кинжал из-за пояса, заметил как снова напряглись самураи Кацу, и полоснул острым лезвием по своим венам. Чёрная аура, клубящаяся мрачным, тёмным густым туманом, полыхнула и заволокла комнату, почти потушив свечи и лампы. Чёрные щупальца схватили за горло старика и пробили грудь его охранникам насквозь, потянув из всех троих молодость, здоровье и силу.
— Тамаши… Пожиратель душ! — выдохнул Кацу Мори, побледнев, схватившись за горло и почувствовав, как жизнь по капле покидает его тело, пальцы скрючивает подагра, а кожа увядает с каждой секундой всё сильнее, покрываясь старческими пятнами. — Останови его, моя госпожа! Я сделаю всё, что ты прикажешь…
Глава 17
Ясмин театрально подняла руку, и я успокоил свою ауру, перестав выкачивать из Кацу и его охранников жизненную энергию. Мне их сила была не нужна, рана на руке давно затянулась и от обычной регенерации, но со стороны это наверняка выглядело впечатляюще. Хозяин дома перевел дух и внимательно посмотрел через плечо Императрицы в мою сторону.
— Как? Как ты подчинила его, моя Госпожа?
— Ты не можешь задавать вопросы, старый Кацу! Ты потерял это право, когда пошёл против меня.
Да уж, пафоса японцам не занимать, любят они вот такое, а мне ещё к этому привыкать и привыкать.
— Простите, госпожа… — склонил старик голову, пряча от нас свои хитрые глаза, наверняка раздумывая над произошедшим в этой комнате секунду назад.
— Ты знал, что мой отец мёртв, а на его месте сидит сраный кицунэ?
— Догадывался. — поморщился Кацу Мори.
— Догадывался… — повторила Ясмин. — Так ты присягал на верность своему Императору? Догадывался, но ничего не сделал?
Глава клана Мори промолчал, поднял на Ясмин свои глаза и тяжело вздохнул.
— Я задам тебе несколько простых вопросов, и от твоих ответов будет зависеть, останешься ты жить или уйдёшь вслед за тем, кого предал.
— Я не предавал вашего отца, госпожа. — в который уже раз вздохнул старик и самураи за его спиной снова напряглись, поглядывая на меня то ли с угрозой, то ли с опаской. — Но я отвечу на ваши вопросы честно.
— Ты…
— Вы верите ему, госпожа? — перебил я Ясмин.
— Нет, конечно. — хмыкнула азиатка. — Я никому не верю.
— Хорошо. — кивнул я. — Дед, сними защиту.
— В каком смысле? — нахмурился хозяин дома.
— Просто не сопротивляйся и не расширяй свою ауру. — на всякий случай предупредил я и немного приврал: — Так будет менее болезненно.
Я сделал шаг в сторону Кацу, его охрана моментально шагнула мне навстречу, перегораживая мне путь. Хозяин дома поднял руку, останавливая своих парней, внимательно посмотрел на меня, и едва заметно кивнул. Я подошёл к нему, положил ладонь на его плечо и вбухал прорву силы в Проклятие Правды. Да, телесный контакт для этого мне вовсе не нужен, но почему бы не сделать наше представление ещё более зрелищным, раз японцы так падки на всякую мистику и театральщину.
— Можете спрашивать, госпожа. Он не сможет солгать.
Я снова отступил за спину Ясмин и притих, наблюдая за самураями, сверлящими меня злыми взглядами и просравшими сегодня всё, что только можно. Наверное, для них это позор — быть здесь только для антуража и не иметь возможность защитить своего хозяина. Видеть, как твоего господина унижают, и ничего не суметь сделать с этим.
— Ты хотел занять место Императора? — принялась задавать вопросы Ясмин.
— Нет.
— Хотел поставить своего человека?
— Нет.
— Зачем ты ввязался в это?
С каждым ответом, глаза старика лезли на лоб всё сильнее.
— Я наёмник, Ясмин. Ты знаешь, чем занимался мой отец и мой дед. Мы просто исполняем свою работу, всегда доводя её до конца и выполняя всё, за что бы мы ни брались. За это нас уважают, за это и боятся. Против Акайо Горо я бы никогда не пошёл, я не нарушаю клятв. Но твой отец давно мёртв.
— Он не лжёт? — переспросила Ясмин, лишь слегка повернув голову в мою сторону.