Проклятье, с*ка! 3 (СИ)
Узор я начертил за пару часов, довольно оглядел результат своей работы, активировал его, ощутил пробежавшую по линиям силу и только после этого принялся за уборку комнаты. Труп ночного визитёра закутал в простыни и вынес во двор — пусть слуги потом с ним разбираются. Выкинул испорченные кровью подушки и вздохнул над запятнанным пятнами матрасом. Махнул на него рукой и пошёл к себе. Проверил Ясмин, перебравшуюся в мою кровать и тихонько посапывающую во сне, принял душ и вышел на свежий воздух, наблюдая за полной луной. Спустился по ступеням и ненадолго затерялся среди цветущих деревьев.
Прогулка была недолгой. Сад, пруд, мостик… Снова прошёлся мимо домика Императора и снова услышал доносившиеся оттуда характерные женские стоны. А отец Ясмин у нас тот ещё шалун, оказывает!
Обогнул дом по тропинке слева, не сдержался, и заглянул в широко распахнутые на японский манер окна, или сёдзи, как принято их здесь называть. То ли стена, то ли раздвижная дверь в полстены.
На высокой широкой кровати лежал голый Император, придерживая скачущую на нём сверху обнажённую девушку одной рукой за грудь, второй за талию. С длинными белокурыми волосами, без лисьего хвоста и ушей — самая обычная девушка, с красивым стройным телом, правильными чертами лица и небольшой, но красивой грудью. Девушка ускорилась, тяжело задышала, соски на её небольшой, аккуратной груди набухли, и азиатская блондинка глухо застонала, запрокинув голову назад. Через несколько секунд она распахнула свои затуманенные удовольствием глаза, встретилась со мной взглядом и недовольно нахмурилась…
Да уж. Пора прекращать подглядывать за императорскими спальнями. Хотя, я ведь не специально — огромные окна нараспашку, стоны, освещённая ночником кровать. Они и сами не сильно скрывались. Я развернулся в противоположную сторону и неторопливо пошёл к своему домику. Кажется, с прогулками пора завязывать, пока не нарвался на какие-то местные традиции или запреты…
Воспоминание о прошлой ночи промелькнуло в моей голове и тут же погасло, и я снова вернулся к своим прямым обязанностям. Сейчас я откровенно скучал на этом важном и унылом празднике, стоя возле стенки и приглядывая за своей подопечной. Несмотря на её стервозный и упрямый характер, мне было искренне жаль девчонку. Там её не любят, здесь пытаются использовать. Она действительно как кость в горле и для своих, и для чужих.
К Ясмин подошёл молодой симпатичный парень в строгом дорогом костюме и чёрных кожаных перчатках, и такая же симпатичная, можно даже сказать, красивая девушка в шикарном золотом вечернем платье. Они приветливо обнялись и принялись беззаботно болтать о чём-то. Друзья? Первые нормальные друзья, увиденные мною за всё время. Ну и хорошо, я рад за неё…
— Привет! — произнесла девушка, незаметно подошедшая ко мне сбоку и бесцеремонно разглядывающая мой профиль.
— Добрый вечер, госпожа! — поздоровался я, вежливо обозначив лёгкий поклон головы.
— Как официально! — хмыкнула она, потягивая через соломинку какой-то красный коктейль из своего бокала. — А ночью ты не был так деликатен.
Я бросил на собеседницу беглый взгляд и снова вернулся к своему скучному занятию.
Девушка… Знакомое лицо… Так похожа на Ясмин. Это её я видел сегодня ночью скачущей на члене Императора. Странные у них тут нравы. Не мне, конечно, это осуждать, но это реально перебор.
— Ночью все кошки серые — не понять, где госпожа, а где служанка. Особенно, если…
— Ну не скажи. — не дала она договорить мне. — Породу видно по лицу, по осанке, по изгибу спинки…
— Я не сильно приглядывался.
— Я надеюсь, ты никому ничего не скажешь, любитель позаглядывать по чужим окнам?
— Да кто мне поверит? — пожал я плечами. — Знал бы, хоть пару фотографий сделал на память.
— А ты смешной. Ясмин не говорила. — незнакомка протянула мне руку для рукопожатия и представилась: — Я её сестра — Мико.
— Приятно познакомиться, Мико. — задумчиво пробормотал я, ещё раз внимательно оглядев практически точную копию Ясмин. Лишь два отличия подсказывали, что передо мной не Яс — длинные белые волосы, ещё больше подчеркивающие азиатскую внешность девушки, и заметно уступающая сестре по размеру, небольшая, но аккуратная подтянутая грудь. — Старшая? — предположил я.
— Да. — подтвердила она мою догадку. — Но всего на пару минут.
— В смысле?
— Не тупи, мальчик. — широко улыбнулась Мико. — Она моя близняшка. Разве не заметно?
— Теперь заметно. — хмыкнул я, ещё раз посмотрев на собеседницу.
— Ты Ясмин ничего не говорил о том, что видел ночью? — осторожно, как бы невзначай, обронила блондинка.
— Нет.
— Хорошо. — довольно улыбнулась она. — И не говори. Я буду у тебя в долгу.
— И как же госпожа отдаст этот долг простому охраннику? — нагло поинтересовался я.
— Информацией и приятной компанией. — улыбнулась мне девушка. — По рукам?
— По рукам. — согласился я. С паршивой овцы…
— Ну и хорошо. — сестра Ясмин подошла ближе, встала рядом, подражая мне, облокотилась о стену, повернувшись к наполненному гостями залу, и ткнула пальцем в полноватого азиата с двумя красотками позади. — Семья Канэко — в их семье только женщины обладают Даром. Но зато каким! Они видят будущее. Не конкретно каждого человека и не конкретный промежуток времени, хотя кто их знает, это всё же их семейные тайны, но по информации, могут видеть варианты будущего в глобальном плане.
— Эпидемии, войны, катастрофы? — перечислил я.
— Почти. Скорее, цены на продукты, неурожаи, стихийные бедствия, биржевые котировки и рост акций. Но эпидемии и войны тоже, без этого никак. — кивнула Мико. — Их семья самая богатая в Японии.
— Хорошо уметь видеть будущее.
— Угу. — кивнула девушка и ткнула пальчиком в следующую жертву, в группу молодых спортивных ребят, чем-то напоминающих мне знаменитую японскую мафию. — Семья Сугияма. Пуленепробиваемая кожа, скорость, сила. Это настоящие воины. Самый знаменитый клан бойцов в Японии — и они здесь, пришли выразить уважение императору.
— А отравить их можно? — задумчиво поинтересовался я.
— Ого! Да ты не промах! — удивлённо хмыкнула моя собеседница, пытаясь польстить мне. — Сейчас или вообще?
— Вообще, в перспективе, так сказать.
— Можно отравить, утопить, сжечь или убить выстрелом в глаз. Слабые места есть у всех.
— А если содрать кожу? Она будет обладать теми же свойствами?
— Э-э-э… — на секунду подвисла блондинка, удивлённо приоткрыв ротик и размышляя, правда меня интересует такое или я шучу.
— Шучу. — подсказал я.
— Ясно. — покачала она головой. — А вот те, — Мико кивнула в сторону здорового японца, похожего на тяжелоатлета и стоящих рядом с ним таких же здоровых парней, но лет на двадцать помладше, — Ивао Ямамото с сыновьями. Ямамото управляют металлом силой мысли — способны менять его агрегатное состояние, делая жидким или твёрдым, чувствуют на расстоянии, могут найти золотую жилу чуть ли не по запаху. Были преценденты. Ямамото владеют крупнейшим в Японии металлургическим заводом. Забавно, да? — хмыкнула платиновая блондинка. — Каждый находит себе дело, к которому близок его Дар. Канэко никогда не будут булочниками, например, а Сугияма не пойдут выращивать рис. Они словно делают то, ради чего созданы. Или наоборот.
— Наоборот?
— Угу. Будто их Дар возник из того, чем на протяжении веков занимались их предки. Ямамото переводится как гора. Значит, их деды были горняками и имели дело с металлами. Канэко — золото. Их предки были банкирами или ростовщиками, и сейчас они продолжают традиции семьи — делают золото практически из воздуха, просто играя на прогнозах.
— А Сугияма?
— Тут сложнее провести параллели, — хмыкнула девушка. — Но Сугияма переводится как японский кедр. Его древесина в разы прочнее, чем у остальных деревьев. Скорее всего их предки были лесорубами. Так что, тоже сходится.
— Забавно. — согласился я.
— Клан Такахаси. Ментальщики. — поморщилась Мико, остановившись взглядом на высоком мужчине, посматривающем на людей вокруг себя с каким-то презрением или надменностью. — Не люблю их. Читают мысли, чувствуют правду и ложь, могут стирать память и копаться у тебя в голове. Сто лет назад они правили Японией, пока дед нынешнего императора не захватил власть и не изничтожил их род почти под корень. Им оставили жизнь, но их Дар под жёстким контролем. Постоянные унизительные проверки, ошейники, блокирующие способности, словно у дворовых псов. Но ты посмотри на его лицо, — хмыкнула девушка, — он до сих пор считает себя наследником трона. Ну как? Моя информация достаточно ценная, чтобы заплатить за твоё молчание? — лукаво улыбнулась мне сестра Ясмин.