Вертел я ваши кланы! Том 1 и 2 (СИ)

— За такие деньги можешь даже прилечь, — хохотнул довольный Максим. — Кстати, дай ка сюда свой коммуникатор.
— Держи, он мне больше не нужен, — я расстегнул браслет и уронил его на пол, подставив ногу.
Он бы конечно и так не разбился, но зачем издеваться. Упавший коммуникатор я подтолкнул по направлению к Максиму.
— Соображаешь, — удовлетворённо кивнул он, подбирая и выключая браслет. — Надеюсь, твои слышали достаточно, чтобы не наделать глупостей?
— Я тоже на это надеюсь, — кивнул я, устраиваясь поудобнее на тумбочке, с Марикой на коленях.
— Никто не сунется, но все уже подтягиваются. Ждём твоей команды, — раздался в наушнике голос отца. — Впрочем, мы с твоей мамой уверены, что ты легко справишься сам.
— Что-то ты какой-то спокойный, — задумался Максим. — Почему ты так спокоен?
— А чего мне волноваться? Мы мирно беседуем в комфортной для меня обстановке, смотри какая у меня тут девушка. Ты, считай, уже труп. Вопрос лишь в том, позволишь ты мне спасти тебя, или предпочтёшь погибнуть за свои убеждения.
— Ты что-то путаешь, щенок! — взъярился Максим. — Ситуацию контролирую я!
— Да ты даже свой кошелёк не контролируешь. Сколько там у тебя было?
— В каком смысле было? И сейчас есть!
— 1273 старка, — сообщила Аврора. — Куда перевести?
— А как же те 1273 старка, которые ты перевёл Марике и остальным, за беспокойство?
— Хи-хи-хи, уже сделала! — Аврора на долю секунды замолчала, — всё, готово, на счёте по нулям!
Максим посмотрел на меня долгим взглядом, потом всё-таки открыл приложение у себя на коммуникаторе. После чего побледнел, покраснел и пошёл пятнами.
— Ах ты говна кусок! Ты как это сделал? — он вытащил нож. — Верни обратно, или я сейчас буду Марику резать!
— Чем? — я сосредоточился на ноже, нагревая его.
Пара секунд, и Максим выронил ставший вдруг нестерпимо горячим нож. Только тот не упал, а взлетел вверх и вонзился в потолок. Максим застыл с надутыми щеками. Он только собирался подуть на руку, но забыл про неё, зачарованно глядя на нож в бетонном потолке.
— Сядь, — я пододвинул Максиму ещё одну тумбочку телекинезом, подбив ноги, — в ногах правды нет. Расскажи, чего ты так упорно добиваешься? Может, проблему можно решить, не прибегая к насилию?
Максим смотрел на меня совершенно охреневшим взглядом.
— У меня была сестра, — начал он вдруг говорить. — Младшая. Любила игры, общаться с самыми разными людьми… Познакомилась с кем-то, пошла на свидание, и не вернулась. Через пару часов её коммуникатор послал сигнал сперва о тахикардии, потом об остановке сердца. У неё были проблемы с сердцем, а какой-то мудак убедил её, что одна дорожка кокса ей не повредит. Скорая не успела.
— Его нашли? — спросила Марика.
— Нет, блять, — Максим мгновенно вышел из себя, — потому что анонимность! Долбаная анонимность! Ты можешь быть в виртуальном мире кем угодно и чем угодно, и никто не сможет тебя отследить! Только если ты госпереворот задумаешь, и тебя ФСБ в оборот возьмёт! А ради какой-то девчонки никто и чесаться не станет, сдохла и сдохла, сама виновата! И никакой статистики, сколько преступлений совершается благодаря этой анонимности! На улице камеры на каждом шагу, в самих играх отслеживается каждый чих, но в тот момент, когда ты входишь в игру без браслета — ты растворяешься в системе!
— И ты хотел это исправить? — я начал понимать мотивы Максима, но конечно прощать его не собирался. Просто надо вывести на откровенность.
— Хотел! Вот только когда я начал поднимать волну — меня уволили. Кому-то очень не нужна прозрачность!
— Может, ты слишком многого хотел? Дай попробую догадаться…
— Да он хотел, чтобы у всех во всех играх были настоящие имена! — раздался в наушнике возмущённый голос Марка.
— Ты хотел убрать псевдонимы?
— Конечно! — Максим вскочил, — чтобы нельзя было никого обмануть, вход только с коммуникатором, через удостоверение личности!
— А если я хочу, допустим, сыграть за эльфийку, чтобы её трахали толпой орки? — я усмехнулся, представив себе эту картину.
 
— Ты это серьёзно? — с опаской спросил Максим.
— Нет, но представить такое несложно. У людей бывают очень странные желания.
— Да кому какое дело до извращенцев! — Максим глянул в коммуникатор. — И где мои деньги?
Последний вопрос он задал уже не столь уверенно.
— Так ты же их сам перевёл, посмотри историю транзакций! А насчёт извращенцев — в том и дело, что до них никому нет дела. А вот с преступниками…
— Да всё уже давно сделано, — Марк в ухе устало вздохнул, — просто не афишируется. Когда действительно нужно — мы можем отследить любого, просто это занимает чуть больше времени, двух часов нам было недостаточно. Но теперь с Рики и это будет возможно, если она согласится помогать.
— Обязательно, — пообещала Аврора.
— Максим, заметь, тебя же мы нашли, — я подмигнул.
— Нашли как-то… — он посмотрел на меня, и вдруг на его лице отразилось понимание. — Ты хочешь сказать…
— Да, твои усилия не пропали даром. Просто ты был слишком категоричен. Анонимность давно уже существует ровно до тех пор, пока ты ничего не натворил.
— Но… я что… а зачем тогда? Почему мне никто не сказал?
— А ты у кого-то спрашивал? — мне захотелось откинуться на спинку, но я сидел на тумбочке. — Может, уже освободишь нас? Тем или иным способом ты своего добился, пора ответить за совершённое. Захват заложников, покушение на убийство, убийство. Сколько исполнителей ты убил, заметая следы?
— Они были мерзавцами! — Максим вскинул голову.
— А кто ты такой, чтобы судить их? Ты покушался на моих людей, и я могу убить тебя прямо сейчас, мне для этого даже шевелиться не надо.
Я вытащил телекинезом нож из потолка, и тот молнией скользнул к Максиму, остановившись точно напротив его лица. Нож завис в воздухе неподвижно, только самый кончик чуть подрагивал. А глубокие борозды на клинке демонстрировали, что до этого он действительно был воткнут в бетон. Гнилой, рассыпающийся, но бетон.
— Может, так проще будет? — мой собеседник посмотрел на нож. — Я не хочу в тюрьму. За что? Я боролся за правое дело, а несколько жизней воров и убийц — разве это не справедливая цена за те жизни, которые спасёт отказ от анонимности? Ты умный парень, согласись, это допустимая жертва!
— Знаешь, я бы может с тобой и согласился, — я снял наручники с себя и Марики, — но есть одно НО, которое превращает тебя из борца за справедливость в банального убийцу.
— Какое же? — Максим даже бровью не повёл, когда я подошёл и забрал нож из воздуха. Марика вообще встала в сторонке и сделала вид, что её не существует.
— Ты забыл принести в жертву себя. Без этого не считается.
— Браво, Миша! — в голосе Авроры сквозила почти что гордость.
Максим совсем сник и повесил голову. Сказать ему больше было нечего, он проиграл, и понимал это.
— Кто сливал тебе информацию о пользователях? Как ты узнал адреса моей команды? — я решил ковать железо, не отходя от кассы. Пока клиент в соответствующем настроении.
— Мне пришло бумажное письмо по почте. Там были все данные.
— И что хотел доброжелатель за помощь?
Я сделал вид, что совсем не удивлён, сам же просто охренел. Серьёзно? Бумажная почта? Она ещё существует???
— Он написал, что полностью разделяет мои идеалы, но в силу обстоятельств у него связаны руки. Пожелал мне удачи. В письме был подробный план действий, координаты людей, которые могут помочь и компромат на каждого, чтобы заставить помогать.
— Какой компромат был на Федю?
— Он убил своего соседа из ревности к жене соседа, но та ему не дала, и он убил и её тоже.
— Какой милый дядечка! Пожалуй, сдадим его полиции потом. Уверен, он сам во всём охотно признается. Значит, тебя просто использовали втёмную?
— Я проверил и перепроверил весь план, он был идеален, — в глазах Максима отразилось восхищение. — Его разработал гений!