Личные дела

– Честно говоря, я уже не понимаю, что мне делать. – Сиара глубоко вздохнула, отчего ее нижняя губа задрожала. – По-моему, я с ума схожу.
На этот раз Парт придал лицу обеспокоенное выражение и наклонился к Сиаре:
– Скажи мне, что тебя беспокоит.
– Все это так сложно – быть хорошей матерью, хорошей женой, следить за домом и давать Джерри личное пространство и свободу, в которых он нуждается. У меня складывается ощущение, что я воспитываю детей в одиночестве.
– Современные матери очень на себя давят.
– Мишти так с тобой повезло. Как хорошо, когда рядом кто-то, кто тебя понимает.
– Мне так неприятно допускать мысль о том, что ты себя недооцениваешь. Ты – замечательная мать. Разве не все так считают?
– А еще кажется, что на меня слишком много всего навалилось. Я словно соревнуюсь сама с собой.
Она взглянула на его руки, снова любуясь ими. Ногти Парта были гладкими и выглядели ухоженными. Сиара потянулась к нему, соприкоснувшись с ним пальцами, но затем они снова друг от друга отпрянули.
– А ты не пробовала с кем-нибудь поговорить? С профессионалом?
– Я сейчас с ним говорю, разве нет?
– Я бы посоветовал тебе отнестись к этому серьезно. Подумай о продолжительной терапии. Я могу тебе кого-нибудь порекомендовать.
– Мы не можем видеться почаще? Может, я могла бы записаться к тебе на прием?
Терапевт прописал ей снотворное, но его уже было недостаточно. Она слишком запуталась. Ей нужны были лекарства посильнее и как можно быстрее. У нее не было времени на то, чтобы ей ставили диагноз перед тем, как выписывать новые таблетки. Не факт, что врач вообще перенаправил бы ее к психиатру.
– Это будет непрофессионально, потому что мы лично знакомы, а тебе надо иметь возможность говорить откровенно.
– Спасибо, Парт, благодарю тебя. Это такой хороший совет.
Он быстрым движением дотронулся до ее колена, а потом расчесал пальцами свои волосы. Казалось, словно он пытался перенести это прикосновение на собственное тело.
– Я хочу тебе помочь, Сиара.
– Тогда помоги мне прямо сейчас. Я же знаю, что ты на это способен. Вот бы найти что-нибудь, что помогло бы мне нормально засыпать. Все бы изменилось.
Она не врала.
– Сиара, я…
Впервые в жизни она заметила, какими длинными и густыми были его ресницы. Он был таким импозантным мужчиной. Если бы все было иначе и Мишти бы не существовало, то она пригласила бы его сегодня к себе в коттедж.
– Пожалуйста, Парт, не отказывай мне. Я бы не сидела тут и не изливала тебе душу, если бы не считала, что ты – единственный, кто может не помочь.
– Тебе нужна правильная помощь. Я могу связать тебя с…
Сиара покачала головой, ощущая боль отвержения, что было для нее редкостью. От этого она чуть не заплакала. Если она могла удерживать это ощущение чуть дольше, то у нее по щекам потекли бы слезы. Это бы помогло.
Парт замолчал, заметив, что у нее мокрые ресницы.
– Не знаю, сколько я еще выдержу, – произнесла Сиара дрожащим голосом. – Не знаю, могу ли я быть той мамой, в которой нуждаются мои дети, когда так себя ощущаю. Я словно неудачница.
Парт ни разу не взглянул на часы. Он забыл о клиенте, с которым должен был встретиться через двадцать минут.
– Хочу, чтобы ты мне пообещала, что примешь помощь, которую я хочу тебе дать. Все, что от тебя требуется, – сделать один звонок и договориться о встрече.
Сиара кивнула. Она выглядела, словно малыш, протянувший ладонь в ожидании, что туда положат конфету.
– А пока я могу тебе дать кое-что, что поможет тебе немного продержаться.
  
Глава тридцать первая
 
Двадцать шестое сентября
 
В саду Лорен разложила еду на одной из старых бабушкиных скатертей. Гарри опрокинул один из кувшинов с черносмородиновым компотом. Фрея почти ничего не ела. Шон засунул книгу в задний карман джинсов.
День был ясным, а погода идеально подходила для того, чтобы погулять по городу. Лорен начинала чувствовать себя виноватой, что заставила всех остаться дома, особенно после того, как Фрея и Гарри были в большем восторге от того, как Шон ходил колесом, чем от времени, проведенного с ней. У него ведь даже ничего не получалось. Он едва смог поднять ноги в воздух, прежде чем повалиться на землю, но дети хохотали и аплодировали ему за старания. Лорен пришлось отвести взгляд. Она задумалась: а вдруг ей только кажется, что другие женщины о ней сплетничают? Может, никто из них и понятия не имел, о ком говорила Сиара в видео?
 
Уиллоу указала пальцем на папу, и ее брат с сестрой рассмеялись. Лорен потрепала пушистые волосики дочери и поцеловала кончики ее ушей.
– Папа просто дурачится.
Фрея нашла обруч, наполовину засыпанный землей на грядке с хризантемами. Она показала его Гарри, и их разговор быстро скатился в ссору. Шон уже выбился из сил, поэтому, не обращая внимания на споривших детей, пошел к Лорен и Уиллоу.
– Не хочешь пойти поиграть с братиком и сестричкой, Уиллоу? – спросил он, садясь рядом.
– Ей и тут хорошо. – Лорен было стыдно за эту внезапную вспышку чувства собственничества. Она все яснее понимала, что перестает узнавать человека, в которого превратилась.
– Давай остановимся, ради детей. – Он рассеянно уставился на Уиллоу.
– Остановимся в чем? Ты перестанешь с ней спать?
Шон улыбнулся Уиллоу, собирая смятые маргаритки со своих джинсов.
– Ты не должна так разговаривать, Лорен.
– А это неправда? Ну ты же сам мне рассказал.
– Окей, если для тебя это имеет какое-то значение, то да, я с ней больше не сплю.
Лорен неожиданно рассмеялась. Не такой реакции она от себя ожидала. Шон был так близок к тому, чтобы произнести ее имя.
Она хохотала достаточно громко, чтобы привлечь внимание Фреи и Гарри. Они на мгновение перестали крутить обруч. В конце концов они все узнают, подумала Лорен. Ей уже начало надоедать участвовать в этом цирке.
– А что случилось? Она рассказала тебе, что я к ней ходила?
Шон подставил лицо солнцу и зажмурился.
– Если ты ходила к Сиаре Данфи и сделала или сказала ей что-то глупое, то ты выставила дурой только себя.
– Скажи уже, Шон. Произнеси эти слова. Она вот практически их произнесла.
Их взгляды встретились. Лицо у Шона было каменное. Он выглядел, как зверь, разрывающий жертву зубами.
– Нет, она практически ничего подобного не говорила.
Этого было все, что Лорен хотела услышать. Теперь она была уверена, что он разговаривал с Сиарой. Почему еще он был в этом так уверен?
– Конечно, зачем ей это нужно? Если бы она даже намекнула на что-то, это было бы неправдой.
Шон пошел на попятную. В панике он бросил еще один взгляд в сторону Уиллоу. Она смотрела то на одного родителя, то на другого, словно судья на теннисном матче.
– Не могу поверить, что ты выбрал ее, Шон. Сраную Сиару Данфи. Из всех женщин, которых ты мог бы трахнуть. И дай-ка угадаю: она тебя поматросила и бросила? Она теперь не хочет иметь с тобой ничего общего, да? Потому что кто этого захочет с таким мужчиной, как ты? С бездарным, никому не нужным продавцом книг? Только глупая старая я. Столько лет на тебя потратила.
– А обо мне ты не подумала? Несмотря на то, что ты не в себе, я все равно стал с тобой жить. В этом доме, в такой глуши. С выводком бегающих вокруг детей.
– Шон, я от тебя залетела. Вот что произошло. Думаешь, мы бы до сих пор были вместе, если бы у нас не было детей?
– Не глупи, Лорен. Мы разделяем жизнь. Меня бы тут не было, если бы я не хотел.
– Может, в какой-то момент ты этого и хотел. Но теперь ты хочешь Сиару. Ее муж в курсе? Это Джерри все пресек? Теперь все, что тебе остается, это снова застрять тут с нами.
– А что, похоже, что я застрял в этой жизни?
– Нет, потому что вряд ли где-то тебе будет лучше. У тебя хорошая жизнь, Шон, и все это благодаря мне.
Он снова поднялся на ноги, глядя на Уиллоу, но на этот раз уже ей не улыбался.