Высокие горы и бегущая вода* (СИ)

Сяо Чжань смотрит на своего альфу, и какой-то невидимый тугой узел в его душе распускается. Оказывается, он все это время был там - а омега и не замечал. Он верит Ван Ибо и позволяет сжимать свои пальцы, он смотрит в глаза альфы, робко пытаясь поверить в свое счастье. Неужели все это закончилось? Неужели он и правда заслужил уже свое счастье?
Омега опускает глаза на стол и смотрит на коробочку, потом выдыхает стеснительно:
-Покажи мне кольцо.
Ван Ибо улыбается радостно, но произносит немного сконфуженно, прежде чем поднять крышку:
-Оно, конечно, не самое дорогое. Я помню, какое покупал тебе Гао. Но, если ты дашь мне время, я смогу купить тебе самое лучшее, то, которое тебе понравится.
Он открывает коробочку, и Сяо Чжань видит действительно незамысловатое широкое мужское кольцо из белого золота, наверное, самое простое, какое можно было достать.
-Какое красивое, - расплывается в улыбке Сяо Чжань, но голос его снова дрожит, и в этот момент он похож на самого омежного омежку на свете, и Ван Ибо это обожает. Он намерен “добить” своего любимого и совершенно сознательно спрашивает у него:
-Ты будешь со мной всегда, до конца моей жизни?
Но Сяо Чжань на этот раз не поддается на провокацию, а, наоборот, делает так, что Ван Ибо сам чувствует проступающие слезы:
-У меня есть только один альфа, - он легонько касается метки под своей рубашкой, - И другого не будет.
Ван Ибо тянется к Сяо Чжаню, и они, наконец-то, целуются.
КОНЕЦ.
Комментарий к Финал
Это был очень длинный и большой путь для меня. Во-первых, спасибо, что дочитали, и что все это время были рядом со мной))
Во-вторых, жанр автору однозначно зашел, так что определенно будут еще работы в омегаверсе, по Боджаням и нет.
Очень надеюсь, что две экстры про Гао и Оскара также не будут обделены вашим вниманием)
Этот фик начинался с благодарностей одним людям, а заканчивается с благодарностями всем вам! За время работы над фиком автор пережил один из самых трудных периодов своей жизни, и лишь благодаря вам, вашей любви и поддержке, я смогла вставать, бороться и двигаться вперед с верой в то, что чего-то стою)
Особенные благодарности: Lampochka914, Kaori Uemura, Maria_vs_san, Darlet_75, Lu Ann, Bhbitymrf, Emerald, leonidus77, Gasha Yanna, Yohanovna, Madame Duchess, Azazeliana, Хайбат Урусова, Анна Валентинова, Золото_, Nadiia1013, Mi__07__, la nuit sora, Морана Марена, Котёнок 94 мяу, myloeybae1127, Ироничная Зефирка, Ellie Neg, Lucy-Mom, KOHAKU_RIO, Ласковый Эсте, -Another-, Кем, Katsumi Maitsuki, Wind in her hair, Влад Семплияров, Lili12, жена ван ибо, Улыбашка для мира и другим. Кажется, из нас вышла отличная банда)))
========== Extra 1. Гао, Гуаньсюй Гао. Часть 1 ==========
Посвящается моему альтер-эго)
Гао Гуаньсюю было тридцать три года, и он думал, что знает о жизни все.
Когда ты единственный альфа-наследник огромной корпорации, то с детства как-то растешь в осознании собственной значимости и полной правоты своих мыслей и действий. Такое ужасное воспитание, прежде всего, подпитывала его мать своим обожанием к позднему и единственному отпрыску, мальчику-альфе. Это была настолько слепая любовь и всепринятие, что, даже если бы он подошел к постаменту Мао и нассал на него у всех на глазах, мать, наверное, назвала бы это “оригинальным перфомансом исторического масштаба”. С другой стороны - полное равнодушие отца, не принимающего участие в воспитании сына, и только бабушка - старая альфа, которая была главой их семьи, могла относиться к Гуаньсюю критически. Понятное дело, что ее он уважал больше всех.
Но даже бабушка (“Железная Ба”, или просто “Ба”, как звали ее в семье), не могла контролировать своего внука все время, поэтому его детство прошло во вседозволенности, юность была жгучей и бунтарской, пока распоясавшегося наследника не отправили учиться за границу, где он успел отпустить себя, глотнуть свободы, набить первые шишки, впервые влюбиться и впервые горько разочароваться, понять кое-что о ценности дружбы, принять себя и мир таким, какой он есть, и вернуться в Китай уже более-менее оформившимся молодым человеком, готовым принять из рук Ба бразды правления компанией.
 
К тридцати трем годам он успел нажить себе репутацию козла и бабника, меняющего женщин-омег как перчатки, в общении его считали самодовольным и надменным, в бизнесе - хитрым, изворотливым, расчетливым и грязным манипулятором. Все это было про него. И, одновременно, нет.
С одной стороны, он даже наслаждался своей не очень хорошей репутацией, бравировал этим, натягивал ее на себя как маску. С другой стороны, порой он сам считал себя испорченным, неуправляемым, непостоянным, недостойным чего-то большого и светлого, человеком с испорченной кармой. В его арсенале было много плохих историй, за которые он считал себя достойным гореть в аду. В какой-то степени он сам укорял себя больше остальных, ну, разумеется, кроме Ба, которая вообще заявляла:
“В следующей жизни ты станешь собакой, нерадивый Суньцзы (1) Гао!”
Да уж, бабушка умела найти с ним общий язык.
И, как любой человек, который попробовал в жизни почти все, он практически постоянно скучал. Ему отчаянно не хватало новизны в ощущениях, ничего уже не вызывало трепета и живого интереса, как в годы былой юности, мир, люди, события - все стало знакомым до тошноты. Он гнался за вкусом жизни в бесконечных оргиях, пьянках и развлечениях, но ничего не находил, разочарованно возвращаясь в свою реальность.
Гуаньсюй Гао не любил:
1. Скуку;
2. Когда трогают то, что принадлежит ему;
3. Когда из него тянут деньги и пытаются использовать;
Гуаньсюй Гао любил:
1. Проворачивать аферы с выгодой для себя и компании, главное, чтобы ему ничего за это не было;
2. Жить на полную катушку, не отказывая себе ни в чем;
3. Омег-женщин с формами (грудь не менее 3-го размера, пожалуйста);
И, невероятно, но на самом деле:
4. Когда ему перечат, противостоят, обыгрывают - от этого адреналин в крови повышался, просыпался азарт, охотничий инстинкт. Это было не скучно и, возможно, именно от этого он и обратил внимание на Сяо Чжаня.
Когда покушение в туалете (а он называл это «неудачное слияние корпораций»), не состоялось по вине какого-то мальчишки-шофера, Гуаньсюй еще долго вспоминал тот случай с хохотом. Потом - разговор с Сяо Чжанем в его кабинете, где омега просто расколол его как грецкий орех, обнажив все скрытые мотивы альфы, хотя он думал, что вел себя осторожно и грамотно, прикрываясь инстинктами.
После того случая господин Гао потерял покой. Сяо Чжань вдруг стал постоянным гостем его мыслей и влажных снов. Он даже просыпался посреди ночи и обдумывал случившееся, он думал про омегу Сяо с утра, когда чистил зубы, вспоминал о нем за обедом и когда отходил ко сну. Он проворачивал у себя в голове случившееся десятки и сотни раз, пока в конце концов не признался себе, что мужчина его заинтересовал. Так, порой, когда мы встречаем на своем пути интересную личность, нам хочется приблизиться к человеку, изучить его, прочитать его душу главу за главой. Такие встречи обогащают, а Гуаньсюй Гао любил обогащаться. Наконец, в жизни появилось что-то интересное, волнующее, и он стал размышлять о том, как бы приблизиться к Сяо Чжаню и войти в его мир. Но никаких идей, кроме совместной работы, у него не было. Директор Гао совсем издергался, впервые он столкнулся с обстоятельствами, которые были сильнее его желания. Он хотел общения с Сяо Чжанем, но не знал, как подступиться к нему, особенно после такого неудачного знакомства, которое закончилось течкой одного и гоном другого.
Но окончательно Гуаньсюй Гао понял, что пропал, когда в “Дельта-Вега” захотел себе не грудастую омегу Даяну, которую чаще всего выбирал, и не мулаточку О МиЛи, с которой баловался иногда, и даже не японку Каору, которая всегда строила из себя школьницу выпускных классов, а омегу-парня. Он осознал это мгновенно, по тому, что его альфье достоинство даже не шевельнулось ни разу заинтересованно, когда девушек выстроили перед ним в ряд, как на парад. Он оглядел омег тусклым взглядом и понял, что сегодня хочет чего-то другого. То, что он хочет именно мужчину, Гао еще не до конца осознавал. Он просто решил пойти на эксперимент и приказал Мадам привести омег-мальчиков, а заодно и проследить за реакцией своего тела. Гао давно не стеснялся Мадам, она знала его еще с юношества, но, услышав неожиданную просьбу постоянного клиента, даже она удивленно подняла бровь. Всем известно было, что Гуаньсюй Гао предпочитает женский пол, что же вдруг могло произойти? Но задавать лишние вопросы было не в правилах клуба, поэтому женщин-омег выпроводили и привели мужчин. Они тоже были разномастные: высокие и низкие, толстые и худые, молоденькие совсем и постарше, азиаты, европейцы, чернокожие - на любой вкус.