Высокие горы и бегущая вода* (СИ)

Чо Сынён смотрит на него, будто ожидает продолжения. Поняв, что Ибо закончил, он вскидывает брови:
-Это все? Все новости?
-Ну да… - растерянно отвечает юноша.
На лице Сынёна читается явное облегчение, он выдыхает и смеется:
-Какая ерунда! Я уж подумал, что вы мне сейчас скажете, что отказываетесь от нашей дружбы и идеи когда-нибудь нам с вами поработать вместе. Я так испугался! А тендер - это такие мелочи!
Ван Ибо смотрит на него пораженно, а Чо Сынён в следующую минуту заглядывает альфе в глаза:
-Вы ведь не отказываетесь? Вы ведь приехали сюда не только потому, что хотели сообщить мне про тендер? Такое можно было бы сказать и по телефону. Если вы приехали-значит, хотите работать с нами? Вы ведь хотите?
Ван Ибо тронут тем, что в глазах этого человека он важнее, чем тендер, чем будущее его компании. Он не знает, чем заслужил такое уважение и трепетное отношение, это немного пугало и немного настораживало, но больше всего хотелось поверить в это как в искренние, теплые чувства, хотелось поддаться этому искушению и сказать: “Хорошие, бескорыстные люди есть! Вот один стоит передо мной”.
-Я хочу, - выдыхает Ибо, сам не веря в то, что он произносит, - Я не знаю, получится ли у меня, но я хотел бы, правда.
Чо Сынён весь будто бы вспыхивает от счастья, он делает шаг к Ибо и касается его руки:
-Это ведь самое важное. Главное, что вы хотите. У нас все получится, у меня много друзей, они помогут, если понадобится.
Омега ниже его на несколько сантиметров и смотрит снизу вверх. Он стоит достаточно близко, чтобы Ван Ибо учуял его запах. Он и раньше знал, как пахнет омега, но в эту минуту обратил внимание, потому что, скорее всего, у Чо Сынёна скоро должна была начаться течка. Он пах ванилью и жасмином - странное сочетание, и он чувствовал этот запах от тех феромонов, которые продавала его компания. Вдыхая в себя тонкий сладкий аромат, Ван Ибо вдруг понял, что Чо Сынён отчаянно флиртует с ним. Его голос, блеск глаз, робкое прикосновение к его руке, его усилившийся запах и надежда во взоре - как он не замечал это раньше? Это открытие смущает Ибо, и он не знает, как реагировать, но Чо Сынён первый отстраняется от него:
-Мне пора, иначе я опоздаю на регистрацию, - мужчина взваливает на плечо свой рюкзак и еще раз кидает на Ван Ибо счастливый взгляд, - Я позвоню вам, когда прилечу в Корею, хорошо?
-Ладно, - неуверенно кивает Ибо.
-Вы, главное, не падайте духом, - говорит Сынён, пятясь к выходу, не желая отрывать от Ибо взгляд, - Мы обязательно что-нибудь придумаем и вызволим вас, обещаю!
Ван Ибо становится неудобно от того, что Чо Сынён думает, будто он живет в каком-то ужасном рабстве. Но объяснить корейцу за оставшиеся секунды, что все совсем не так, как он себе вообразил, проще, но и сложнее одновременно - не реально, поэтому он просто машет ему рукой и улыбается, а потом возвращается к машине, смущенный всем, что с ним произошло.
Сяо Чжань мечется по дому, не находя себе места. Образы смеющихся и общающихся Ибо и Сынёна перед глазами постоянно. Он хочет верить Ибо, но пообещать и сделать это - совсем не одно и то же, тем более он совершенно не доверяет Чо Сынёну, и даже тот факт, что кореец сегодня улетает домой - не облегчает его сердце.
Он понимает, он почти осознает как факт - Ван Ибо ускользает. Прошедшей ночью он понял это, глядя на безмятежно спящего альфу.
Не обманывай себя, Сяо Чжань, ты знал, что этот день придет. Ты знал, когда еще впервые увидел его тест по китайскому. Ты понял, что имеешь дело с волевым человеком, просто он еще сам не знает, что является таким. Посади его на цепь в своем подвале - и он умрет. Отпусти - умрешь сам. Что ты выбираешь?
Вдруг низ его живота пронзает ужасная боль. Сяо Чжань скручивается на полу у окна, весь покрываясь холодным потом. Все как тогда, неужели снова? Полгода все было в порядке - и снова оно? Дрожащими руками он лезет в телефон и смотрит на свой календарь - все верно, на неделю раньше. Проклятая течка, снова сбой. Сяо Чжань уверен, что все это нервы, он может вколоть себе подавители, он уже знает, что делать. В конце концов, он дома, в безопасности, он может позвать Оскара или вызвать врача, но он не делает ничего из этого.
 
Шальная, дикая мысль приходит ему в голову, может быть, впервые он рад неожиданному приходу течки и тому, что является омегой.
Он переживает второй спазм на постели, закусив губу, а потом тяжело поднимается с кровати, раздевается и заходит в душ.
Ван Ибо размышляет о Сынёне, возвращаясь домой. Черт его знает, может, ему просто показалось… Может, он со всеми так мил, ты же не знаешь. Но даже если и так, даже если ты нравишься Чо Сынёну как альфа, что это меняет для тебя? Ничего. Ты по-прежнему любишь Сяо Чжаня и по-прежнему просто хочешь работать с Сынёном. Тебе нужен этот кореец, чтобы состояться как личности, помочь обрести свое имя и свой голос отдельно от Сяо Чжаня, чтобы потом иметь возможность стоять с любимым плечом к плечу на равных, не в его тени и не у него на шее.
Он заходит в дом, удивляясь тишине, потом вспоминает, что сегодня воскресенье, и вся прислуга взяла выходной, даже Оскара не видно. Ван Ибо заглядывает в кабинет, но тот пуст. Тогда он поднимается наверх и еще на лестнице начинает слышать до боли знакомый аромат. Чувство тревоги наполняет его, ведь течка должна была начаться не раньше, чем через неделю. Широкими прыжками юноша преодолевает остаток лестницы, пересекает коридор и широко раскрывает дверь спальни:
-Чжань!
Омега лежит полностью обнаженный поверх своей постели. Его тело вздрагивает от спазм, в комнате стоит густой запах течки, он возбужден, глаза - одуревшие от похоти, а на шее… чокер.
Ван Ибо застывает от этой картины, но быстро спохватывается и лезет за телефоном:
-Сяо Чжань, подожди секунду, я сейчас вызову скорую!
-Нет, Ибо, не надо… - стонет он и протягивает к нему руку, - Иди сюда.
-Тогда дай я хотя бы позвоню твоему врачу…
-Не надо, Ван Ибо! - он тянет руку активнее, альфа подходит к постели и сцепляет с ним свои пальцы, - Чем они могут мне помочь? Вколят лошадиную дозу подавителей. Я и сам могу это сделать. Я уже все знаю, Ибо, я не хочу, чтобы меня снова выворачивало. Лучше ты. Помоги мне. А потом я снова пропью тот курс таблеток. Ибо, помоги мне…
Только зайдя в эту комнату, Ван Ибо моментально возбудился. За все эти месяцы тело альфы приучилось реагировать на этот запах как по команде. Перед ним лежал голый течный омега, который предлагал себя - его разум медленно, но верно отключался, а инстинкты все громче долбились в голову.
-Подождешь немного? Я закапаю капли, всего минут пятнадцать, не больше…
-Нет! - капризно тянул его на себя Сяо Чжань, - Я уже столько мучился, я так долго ждал, пока ты приедешь… Я не могу ждать еще дольше, Ван Ибо, ты нужен мне… прямо сейчас!
Ван Ибо будто со стороны наблюдал, как пальцы омеги расстегивают его джинсы, ему до жути хотелось отдаться инстинктам, и он простонал мучительно, в последних попытках сохранить самоконтроль:
-Сяо Чжань, я впаду в гон! Я впаду в гон и напугаю тебя, я могу даже сделать тебе больно, ты же знаешь!
-Я доверяю тебе! - сказал он, высвобождая его член и опускаясь ртом на головку.
Это было последней каплей для юноши, он зарычал и стал спешно раздеваться, скидывая с себя одежду. Сяо Чжань победно улыбался, похотливо вылизывая его ствол и яички, пока не поднял глаза и не увидел светящийся янтарно-желтым взгляд Ван Ибо. Он вздохнул порывисто, в испуге, но альфа откинул его на постель и навис сверху, и тут в Сяо Чжаня проник тот самый страх, казалось, совсем забытый.
Он понимал, что сам спровоцировал Ибо, что теперь ему не выбраться, и лишь заскулил жалобно, зажмурившись, чтобы не видеть этих страшных глаз.
Ван Ибо схватил его за щиколотку и потянул на себя, как куклу, словно он вообще ничего не весил, а потом резко перевернул того на живот: