Второй шаг (СИ)

— Дамы и господа, приготовьтесь! Сейчас вы увидите то, что мало кто видел…
— …Женский оргазм? — прошептал гном и весело заржал, закрывая рот рукой.
— …Щепку от креста Господнего! — ликующе закончил голос из динамиков.
Тотчас свет софитов метнулся к красным бархатным портьерам, которые скрывали один из выходов зала. Занавес театрально дрогнул и разошёлся в стороны, показав блестящую тележку. На ней стоял золотой поднос, накрытый прозрачным куполом, и под ним лежала небольшая, с ладонь размером, иссохшая деревяшка. Она вся потрескалась и побелела от времени. Но народ при виде неё ахнул в едином порыве, а потом в подвале повисла гробовая тишина. Я даже услышал стук собственного сердца.
И в этой оглушительной тишине эльф во фраке подкатил тележку к клетке и оставил её на песке в метре от входа на арену. Наверное, чтобы участники турнира обязательно проходили мимо неё и могли видеть щепку.
У меня мелькнуло самоубийственное желание метнуться к реликвии, схватить её и попробовать вместе с ней выбраться из подвала. Но я тут же отмёл эту бредовую идею. И даже потряс головой, словно выбрасывал из неё данную мысль. Я же не лютый Чак Норрис, чтобы проделывать такие трюки.
Между тем зрители отмерли — и помещение снова огласили звуки. А распорядитель призвал всех с нетерпением ждать жеребьёвку.
Гном же неожиданно проговорил немного охрипшим голосом, по-свойски ткнув меня локтем в рёбра:
— Самоубийца, тебе зачем щепка?
— Геморрой вылечить, — саркастично проронил я, отстранившись от него. Хрен его знает, что этот дракон задумал. Мутный он какой-то.
— Ладно, шут с тобой, — не расстроился тщедушный коротышка, поправив чёлку, упавшую на глаза. — А ты знаешь кто такие грайи?
— Нет, — честно ответил я и весь подобрался. Кажись, гном готов выложить что-то интересное.
— Это три мерзкие одноглазые старухи. Меня к ним водил папаша.
— Не повезло тебе. Меня батя отправлял к молодым и красивым проституткам, — глуповато сострил я, не выходя из роли.
— Не зубоскаль минутку. Мне надо кое-что тебе сказать, — серьёзно пробубнил дракон, наградив меня недовольным взглядом. — Грайи способны видеть будущее.
— Занятно, — промычал я, мысленно прикинув: а возможность видеть будущее и моё шестое чувство никак не связаны? Вдруг мы родственники?
— И грайи не обманщицы. Они правда могут зреть то, что случится, — взволнованно сказал Рыжик, таинственно понизив голос до свистящего шёпота. У меня такой же получался после гороховой каши. — Грайи сказали мне, что однажды я встречу щенка среди волков, который окажется сильнее медведя.
— И чего? Ты с тех пор не ходишь по зоопаркам? Или наоборот — ходишь?
— По словам прорицательниц, от этой встречи зависит моя жизнь, — продолжил вещать дракон, странно посматривая на меня. — Они сказали, что если я пройду мимо него, то моя жизнь оборвётся. А ежели я подружусь с ним, то проживу долгую жизнь.
— К чему ты клонишь? — спросил я, вспомнив слова инквизитора. Да, драконы реально говорили прямо, не скрывая своих истинных побуждений.
— Мне кажется, что ты тот самый щенок.
— И многим ты уже так говорил? — усмехнулся я, покосившись на табло. Обратный отсчёт уже почти подошёл к концу.
— Ну, было несколько раз. Но сейчас я уверен процентов на девяносто. А если ты пройдёшь и второй раунд, то поверю безоговорочно, — без тени шутки заявил гном.
— Не, братан, я явно не тот, кто тебе нужен. Тебе надо было стребовать с грайи менее размытое предсказание. А то напустили, понимаешь ли, тумана. И вот теперь ты ходишь и ищешь щенков, которые сильнее медведей.
— Старухи всегда выдают такие предсказания, — пожал он плечами и посмотрел на табло. Там замер секундомер, достигнув четырёх нулей, разделённых двоеточием. — Ну, сейчас узнаем встретимся мы в клетке или нет.
  
Глава 23
 
Вскоре великий рандом выдал пять квинтетов. Я едва не сгрыз ногти, наблюдая за ходом жеребьёвки. Хотя, как и в предыдущий раз, на табло появлялись лишь прозвища, которые ни о чём мне не говорили. Ну, кроме одной клички. Дракон оказался в пятой пятёрке, а я в третьей. И вместе со мной в клетку войдут: Вильгельм, Раздиратель, Зубастый и Лакимэн. Эх жаль, что я в прошлый раз не остался до конца первого раунда. Тогда бы мне, наверное, стали известны виды монстров, которые скрывались под этими прозвищами. Возможно, гном знает, кто они такие. Но он куда-то свалил. А больше я никого не знал из местной публики. Чёрт!
 
Я тихонько выругался, проклиная свою недальновидность. Но сейчас уже поздно было пить боржоми. Придётся по ходу боя выяснять, кто мне достался. А сражения между тем уже не за горами. Первая пятёрка участников показалась из-под трибуны и цепочкой подошла к клетке. Они нырнули внутрь неё и за ними закрыли дверь. Следом распорядитель звенящим голосом назвал каждого бойца по прозвищу. И они получили по порции аплодисментов, сотрясших подвал. Зрители не жалели своих ладоней. А кто-то из них даже возбуждённо топал ногами и свистел.
Я же лишь хмурился и во все глаза наблюдал за участниками. Они рассредоточились по клетке, встав к прутьям спиной, и замерли в ожидании гонга. Народ затих. В помещении повисло напряжение. По-моему, даже воздух сгустился. Он с неохотой втягивался в лёгкие, а выходил с глухим сипением.
Но как только прозвучал глухой звон гонга, всё изменилось. Публика в едином порыве кровожадно заорала, вскочив на ноги. А монстры приняли свои истинные обличия и бросились друг на друга. Время же будто понеслось вскачь. Даже я со своим острым зрением и реакцией не мог уследить за всеми перипетиями жесточайшего боя.
В клетке начал твориться форменный хаос. Во все стороны полетели клочья шерсти, капли крови и выбитые клыки. И всё это происходило под аккомпанемент воплей зрителей, хруст ломающихся костей, болезненные стоны и хрипы умирающих. Песок в клетке мигом потемнел от впитавшейся от него бордовой жидкости. А сам бой продлился не больше пяти минут.
В итоге в первой схватке победил косматый нелюдь, похожий на двухметрового минотавра. Его шерсть свалялась от своей и вражеской крови, один рог оказался отломан, а из ноги, чуть выше копыта, торчал чей-то длинный коготь. Но монстр ликующе ревел, вторя толпе, которая буквально неистовствовала, поддерживая его.
Вскоре минотавр свалил из клетки, прихрамывая на одну ногу. И буквально через десять минут начался второй бой. Он был не менее яростным, чем первый. Но я не смог досмотреть его до конца, так как мне пришлось идти в подтрибунное помещение. Там я, еле сдерживая рвущееся изо всех щелей волнение, надел кожаные шорты и взял в руку нож. Лезвие хищно блеснуло в свете лампы, но не наполнило моё сердце уверенностью.
Я вышел из раздевалки, чувствуя, как меня пытается затоптать толпа мурашек, бегающих по коже. Мой лихорадочный взгляд метался по сторонам. И я заметил своих противников. Они стояли возле пустой клетки, из которой уже вытащили тела предыдущих участников.
Мне предстояло сразиться с гномом, эльфом, орком и человеком. Хм, какое разнообразие. Хреново, что я не знаю, кто скрывается под этими личинами. Хотя можно предположить, что остроухий, скорее всего, вампир. А орк — оборотень. Гном? Шут его знает. Да и человек тоже не пойми кто. Он сейчас мягкой походкой первым вошёл в клетку. И его движения оказались столь плавными, будто он перетекал из одной позы в другую. Мне сразу вспомнился Пышкин. Тот был настолько же грациозен.
Остальные участники грядущей схватки, включая меня, вошли в клетку следом за человеком. И распорядитель стал называть наши прозвища. Первым он выкрикнул кличку Вильгельм. Эльф отреагировал на это тем, что начал махать зрителям рукой. А те принялись восторженно орать.
 
Я же внимательно посмотрел на остроухого. Он стоял по правую руку от меня. И его физиономия носила печать былых битв. Тонкий нос эльфа оказался пересечён белёсым шрамом, который уходил к середине впалой щеки. А на остром подбородке зияла звёздочка ожога. При этом Вильгельм носил короткие волосы, а его худощавое тело оказалось столь рельефным, что об мышцы можно было порезаться.