Второй шаг (СИ)

— День рождения оказался очень бурным, — произнёс я, посмотрев на пострадавшее ночью плечо. На нём бугрился пяток замысловатых шрамов разной длины и траектории.
— Не ври мне! — топнула ножкой Каринэль и нахмурила бровки.
— Это ты мне не ври, — вклинился кот, возмущённо спрыгнувший на пол. — А вот ей, в принципе, можешь врать. Кто она нам? Сегодня здесь, а завтра — мы её в шею погоним.
— Господа дознаватели, а давайте я продам Родину за чашечку кофе со сливками? Как вам такой расклад?
— Идёт, — быстро согласился Пышкин и приказал вампирше: — Быстро на кухню! Налей кофе со сливками и ещё плесни сливок в мою миску. Человек требует!
Та недовольно сверкнула прекрасными очами, но всё-таки выпорхнула из комнаты, едва не зацепившись халатом за дверную ручку. А я ещё раз зевнул и встал с дивана. Голова и рука вроде бы не болели. Лишь плечо немного тянуло, словно я его слегка вывихнул. Короче, мазь инквизитора можно приберечь до другого раза.
Приняв такое решение, я быстро сгонял в душ, помылся и полюбовался на свою опухшую рожу с синяками под глазами. Мдаа… красавец. Дядюшка непременно решит, что я пошёл по наклонной, сторчался и теперь мне нужны бабки. Поэтому-то я и вспомнил о своём родственники, которого обещал ненавидеть до конца жизни. Впрочем, так даже будет лучше. Разумовский точно ничего не заподозрит.
После душа я отправился на кухню. Там меня уже ждал кофе и две физиономии, на которых горела печать нетерпения. И одна физиономия была ещё чуть-чуть недовольной. Ей не налили сливок.
— Готовы? — спросил я, присев на стул и пригубив кофе. — Тогда слушайте. Сегодня ночью я участвовал в турнире Кровавая ночь…
— Ох, — ахнула вампирша, схватившись за голову.
— Какое безвкусное название, — пробурчал кот. — Хуже было бы только если б этот турнир назвали в честь жадобы Каринэль.
— Зачем? — выдохнула вампирша, не обратив никакого внимания на обидные слова Пышкина.
— Я задолжал одному чуваку услугу. И он попросил меня отбарабанить на турнире первый раунд. На этом — всё. Мне больше не надо туда переться. Так что не переживайте, — успокоил я разумных.
— Ты должен был всё рассказать мне! — выдохнула Каринэль, недовольно засопев.
— Вот как с языка сняла, чертяка клыкастая. Только ты должен был всё рассказать мне, — вторил ей кот. — Мы же с тобой как два одиноких тигра. Должны помогать друг другу.
— Я решил вас не нервировать.
— А если бы ты погиб?! — вскричала девушка, всплеснув руками.
— Тогда бы тебе по наследству перешёл мой живой клинок, пароли от банковских карточек и Пышкин.
— Что?! — вытаращил глаза кот. — Да я же с ней с голоду помру. А вот ржавчину можешь отдавать. Хоть прямо сейчас. Притащить его?
— Отставить! — по-военному рыкнул я, хлопнув ладонью по столу. На нём аж бокал с кофе подпрыгнул. Да и вампирша подпрыгнула на стуле. Только она от неожиданности. — На этом мы ставим точку в этом разговоре. Ясно?
— Ясно, — буркнули захребетники, кивнув головами.
И они действительно хорошо уяснили, что мы больше не вспоминаем об этом инциденте. До самого вечера никто даже не намекнул на него. И я смог без лишних разговоров пойти на ещё одно смертельно опасное дело. Что-то многовато их у меня в последнее время. Что не дело, так обязательно можно остаться без головы. На сей раз, как вы помните, мне предстояло встретиться с дядюшкой. Я прихватил с собой Тетсуя, амброзию и выскользнул из квартиры.
На улице снег уже растаял, а вода превратилась в тонкую корку льда, искрящуюся в свете уличных фонарей. Я осторожно посеменил по ней в сторону станции метро. Мне не хотелось ехать на машине и светить её перед салоном. Мало ли как там дело обернётся? Поэтому я воспользовался подземным поездом и быстро домчался до цели своего пути.
Spa-салон «Аривидерчи» находился в отдельно стоящем здании. Оно имело три этажа и казалось воздушным из-за множества панорамных окон, покрытых тёмной тонировочной плёнкой.
Возле стеклянных дверей с пакетом в руках уже топтался Владимир Разумовский. Он был сильно похож на моего неродного отца. Тот же волевой подбородок, копна русых волос, ястребиный нос и открытые честные глаза. Но внутри, в отличие от своего благородного брата, он был гнилой, жадной сукой.
 
Глядя на него, мне с трудом удалось подавить лютое желание засадить ему кулак промеж рогов. Вместо этого я раздвинул непослушные губы в неживой улыбке и направился к родственнику. Тот заметил меня и помахал рукой в тонкой кожаной перчатке. Сам он приплясывал в длинном, чёрном пальто из кашемира.
— Здравствуй, дядя, — вежливо поздоровался я, протягивая руку.
Он пожал её и мягко произнёс, изучая взглядом моё помятое лицо:
— Привет, племянник.
— А что там у тебя в пакете? — сразу взял я быка за рога.
— Деньги, — проронил Разумовский и нехотя протянул мне пакет. — Будешь пересчитывать?
Я сперва промолчал, вытащив из пакета пачку денег. Вроде бы настоящие. А потом я вернул бабки назад и приподнято проговорил:
— Нет, не буду. Я же тебе доверяю.
Тот улыбнулся, ласково глядя на меня. Но в глубине его глаз царило тщательно скрываемое злорадство. Дядя уже видел, как он вручает мою жизнь феям, забирает пакет с деньгами и едет праздновать в дорогой ресторан. Возможно, он даже выпьет за упокой моей души. Вот же тварь лицемерная.
Между тем он произнёс, указав рукой на дверь:
— Пойдём? Весь салон сегодня работает только для нас. Я снял его на целый вечер. Мы отлично проведём время.
— А куда я дену такие деньжищи-то? — решил я поиграть на нервах дядюшки. — Боязно оставлять их в раздевалке.
— Не переживай из-за таких мелочей. Ты можешь везде с собой брать этот пакет, — пылко заверил меня родственник и легонько подтолкнул рукой к дверям. Те автоматически разошлись передо мной. И я проник внутрь.
В салоне играла приглушённая ненавязчивая музыка, пахло ароматическими маслами, а за стойкой ресепшена стояла удивительно миловидная девушка. У неё на лице оказалось минимум макияжа. И она была вся такая свеженькая, подтянутая.
Девица радушно поздоровалась с нами, а затем предложила снять верхнюю одежду. Дядя воспользовался её предложением. Да и мне пришлось избавиться от куртки. А потом ещё вместо кроссовок нацепить одноразовые тапочки.
После этого я посмотрел на прелестницу и спросил:
— Куда нам дальше? С чего лучше начать?
Та стрельнула васильковыми глазками на Разумовского. А тот чуть-чуть склонил голову в почти незаметном кивке.
— Идёмте за мной, — пропела девушка, очаровательно улыбаясь пухлыми, сочными губами, похожими на бутон розы.
Она поманила нас холеной ручкой и вошла в блестящий лифт. Мы тоже забрались в него. И девушка ткнула пальцем в кнопку с цифрой три.
Я стоял рядом с красоткой, вдыхал её чарующий аромат, но голову не терял. В ней сейчас шло собрание всех моих извилин. Часть из них голосовала за немедленный побег. А более храбрая и безрассудная группировка всеми силами требовали завершения спектакля. И я пошёл на поводу у второй банды.
Между тем лифт остановился на третьем этаже. И его двери плавно разошлись в стороны. Мы вышли из него, оказавшись в небольшом коридоре. Девушка снова поманила нас и двинулась к двустворчатым красным дверям.
Дядя жестом предложил мне первому проследовать за красоткой. А сам пошёл за мной. И я всей кожей чувствовал его волнение. Он начинал нервничать. Да и я тоже. Мне уже не казалось хорошей затеей то, что я собственными ножками пришёл в логово фей. Но уже поздно было пить боржоми.
Девушка открыла дверь и посторонилась, пропуская меня и дядю в небольшой кабинет. Мы вошли. Она прикрыла за нами дверь, которая сухо щёлкнула. Всё, ловушка захлопнулась.
 
Я сглотнул вязкую слюну и осмотрелся. В кабине обнаружился рабочий стол, диван, кресло и шкаф. Это из мебели. А что касается живых его обитателей, то на меня уставилась троица женщин. Они были похожи на ту девушку, которая привела нас сюда, но оказались постарше, где-то под сорок лет. И у всех у них были васильковые глаза. Похоже, это отличительная особенность фей. Две дамы расположились на диване, обтянутом белой кожей, а одна сидела за столом.