Игра не по правилам (СИ)

Совершенно некстати представляю картину, как его рот смыкается на моей груди! И жаром обдает все тело. Где Вера или хотя бы консультант? Это ведь запрещено?! Чтобы в одной примерочной были двое. Сама я его не смогу выгнать.
— Мне все равно, что ты там хочешь, — слова приходится выдавливать из себя. Перед глазами картины более чем пошлого содержания со мной и Князевым в главной роли.
Мои слова не произвели никакого эффекта на него, он лишь делает шаг вперед, вынуждая меня прислонится почти голой спиной к зеркалу. Стараюсь не смотреть на него, но это почти невозможно. Он везде, в легких осел его запах, смешанный с туалетной водой, в голове образы и сны с ним в главной роли. Сердце гоняет по венам кровь с бешеной скоростью, чувствую слабость, хоть бы не упасть тут замертво.
— Ох, и врушка ты, кренделек, — последнее слово он тянет так долго, как это возможно, ласкает взглядом, — надо бы все-таки наказать тебя за вранье.
Он делает последний шаг вперед, мне же отступать некуда. Поднимаю на него глаза, в них страсть, злость и что-то еще. Не успеваю даже задуматься над тем, что надо бы его отпихнуть, как его губы накрывают мои.
Если это наказание, то я люблю, когда меня наказывают. Его губы мягко накрывают мои, язык врывается в мой рот и исследует каждый миллиметр моего рта. Он нежен настолько, насколько это возможно для него в целом. Что я чувствую? Нежность, возбуждение, кайф от любого действия этого мужчины… Нужно ли продолжать дальше?
Это ужасно! Но мне все больше кажется, что чувствую я подобное только тогда, когда рядом с ним. От переизбытка чувств ноги подкашиваются, хватаюсь за зеркало позади себя. Я в плену, и готова оставаться в нем навеки. Но вся проблема в том, что он пришел в этот магазин не меня одеть, чтобы потом раздеть, а девушку, которая стоит в соседней примерочной и подбирает белье. Для него. А тут он, рядом со мной, вспоминает молодость, или просто от скуки зашел.
Выбираюсь из водоворота чувств и все-таки прерываю поцелуй. Князев не сразу понимает, что случилось, ведь его руки уже вовсю ласкают мою грудь, спустив чашечки лифчика. От его потерянного лица, я окончательно прихожу в себя.
Начинаю без слов отталкивать его. От того, что он немного дезориентирован, мне удается это сделать. Поправляю лифчик смотрю на него зло, но слов нет.
— У нас запрещено находится в примерочной более одного человека, — слышу спасительную речь консультанта. — Я вхожу, — предупреждает она, на случай если мы тут в пикантной позе, что думаю они не раз лицезрели. Все же это магазин белья.
Ширма отодвигается и на нас смотрят три пары глаз. Вера еще и рот от удивления открыла, консультант смотрит с пониманием. И, еще не отводя от меня растерянного взгляда, смотрит длинноногая девушка, которая пришла сюда с Князевым. Князев же выглядит как всегда неотразимо и абсолютно спокойно.
— Держите своего мужчину при себе, — отмираю, и с усмешкой смотрю на девушку. — Здесь, кажется, продаются красивые ошейники. Советую прикупить.
Еще раз смотрю на молчаливого как никогда бывшего, который, кажется, немного не понимает, куда ему смотреть: на мои сиськи или все-таки на девушку свою. Закрываю ширму и выдыхаю.
Переодеваюсь зная, что Вера теперь не отойдет от меня ни на шаг. Она пытается меня отвлечь каким-то разговором, но я не слушаю. Мне немного не по себе от слов, которые я сказала девушке, ведь она не при чем. Это мои проблемы, что я ревную бывшего. Должно быть жалко я выглядела сейчас.
— Что он делал у тебя в примерочной? — спрашивает осторожно на кассе Вера.
— Оценивал меня, — бубню. Пылу поубавилось, и теперь мне стало еще более стыдно.
— Не из-за этого ли ты решила все-таки прикупить его? — Вера показывает на тот самый комплект, который был на мне недавно.
Ну, конечно из-за этого! Этот комплект очень непрактичный, но красивый и одному мужчине определенно понравился! Но он никогда меня в нем не увидит, и дело не во мне. Он же бросил меня, а сейчас я даже не знаю, почему он так ведет себя. В его глазах была страсть, я может ему и не нравлюсь, но он определенно все еще правильно на меня реагирует. Да и неправильно все это. Каждый должен идти своей дорогой. У нас не получилось ничего тогда, сейчас на это шансов ещё меньше.
 
Этот комплект будет служить мне памятью о том, каким взглядом смотрел на меня бывший. У Веры пакет более полный. Ей определенно есть, кому все это добро демонстрировать.
— На сегодня, думаю, программу максимум мы выполнили, — на выходе говорю я подруге. — Тебя подвезти? Или ты к таинственному мужчине, про которого не хочешь мне рассказывать?
— Да нет никакого таинственного мужчины, — отмахивается Вера. А я даже не делаю вид, что верю, усмехаюсь, целую подругу в щеку и иду к машине.
  
10 Глава Часть 3
 
Я уже почти и забыла про то, что у меня хотели отнять мое по праву. Это было похоже на сон какой-то. О том, что это все же не сон, мне напоминал охранник, к которому я никак не могла привыкнуть. Ну, и электрошокер в сумке.
Сегодня у меня так много работы, которую я давно должна была выполнить, что я сама не замечаю, как остаюсь почти одна на работе.
Поднимаю глаза, и замечаю, что за окном уже давно стемнело, да и нет никого. Меня отвлек какой-то посторонний шум. Кто же еще такой трудоголик кроме меня. Все тело затекло от одной позы, в которой я сижу уже не один час. Встаю, медленно и иду к двери. Мне становится интересно, кто же еще не покинул офис. Охранник точно не стал бы скитаться по помещениям. Слышу определено несколько голосов и решаю выяснить, кто кроме меня еще тут есть.
На мысочках иду на голос, чувствую себя детективом в каком-нибудь романе. Настроение поднимается и становится все любопытнее, ведь определенно один голос принадлежит женщине, а второй мужчине. Чем дальше, тем интереснее!
Сама того не подозревая, оказываюсь у кабинета своего зама, из-за двери струится приглушенный свет, и голоса. Разговаривают тихо и эмоционально, но разобрать невозможно, о чем там речь.
Какое-то время стою прислушиваясь, узнаю только голос Степана, а женский очень тихий. Придумываю повод открыть эту дверь. В моей голове возникает идея. Так же тихо возвращаюсь в свой кабинет, беру первую попавшуюся папку, и крадусь обратно. Конечно, можно было и просто зайти, имею право. Но это не штатный сотрудник, а мой друг, так что решаю все же зайти под каким-то предлогом.
Папка в руке, любопытство на максимуме, и я на выдохе стучу три раза в дверь и захожу во внутрь.
— У меня тут пару вопросов… — слова застревают, и не знаю, смогу ли я когда-нибудь заговорить, ибо немею от увиденного.
На рабочем месте у моего зама сидит никто иной, как моя подруга Вера. И не просто сидит рядом — она у него на коленях почти лежит. Застала я их в очень интересном положении. Моя подруга, которая, как мне казалось, не может терпеть Степана, сидит у него на коленях, явно что-то рассказывая. Сейчас она, конечно, смотрит на меня с таким же охреневшим видом, как и у меня. Степан, который пару секунд назад улыбался, тоже стал более чем серьезным.
У меня нет сил, и я плюхаюсь на стул. Вера пытается встать с колен Степана, но он ее удерживает, понимая, что это теперь не поможет.
— Значит, Степан тот счастливчик, для которого ты сегодня покупала белье, — и все же голос вернулся ко мне, — Ну, дела!
Я, грешным делом, даже ущипнула себя, чтобы быть уверенной, что это не сон. Я ожидала чего угодно, но не этого! Удивили!
— Да, Света, — говорит Степан, когда все-таки отпустил свою добычу в лице Веры, — мы вместе и хотели тебе сказать, но Вера никак не могла найти время для этого, — говорит с некоторым укором глядя на Веру.
Они научились ругаться взглядом, потому что именно сейчас у них молчаливая перепалка.
— Могли бы просто сказать. Когда это у вас началось?
Вера подходит ко мне и обнимает за плечи. Ей стыдно, а мне ее ни капли не жаль, нашла что скрывать.