За пределом. Том 2 (СИ)

— О… мы… э-э-э… вроде знали его до этого, верно? Были ещё детьми, когда он только-только начал этим заниматься.
— Он берёт на работу детей? — немного не понял я.
— Нет, — вздохнул Пуля. — Он просто знал нас, причём достаточно, чтоб доверить товар, когда мы подросли. Начинали работать кладменами… это такие…
— Я знаю, кто это, — кивнул я.
— А, ну вот, мы работали одно время на него, а потом он предложил, как и тебе, вступить к нему в команду. А там убийство с каждого как экзамен.
— И кого убивал? — спросил я с интересом.
— Девчонка какая-то. Проворовалась и попыталась скрыться. Была очень осторожной. Ну я её и убил.
— А я убила дилера! — хвастливо выпятила грудь Гильза. — Вышибила ему мозги, а потом ещё и его сыну, и…
— Заткнись, — бросил Пуля, перебивая её.
— Но я…
— Рот закрыла, — зарычал он на неё. Вздохнул и посмотрел на меня, словно извиняясь. — Не стоит углубляться в это. Она немного перестаралась, так как туговата.
— Я так и понял, — кивнул я.
И тут неожиданно Пуля сменился в лице.
— В смысле, ты хочешь сказать, что моя сестра тупая? — неожиданно спросил он. Прямо ни с того, ни с сего, слегка озадачив меня. Я, честно говоря, от такой резкой смены интонации слегка растерялся. Слишком не в тему это было сказано, от чего на мгновение я даже не знал, что ответить на это.
— Прости, что? — переспросил я.
— Ты хотел назвать мою сестру тупой? — повторил он с неожиданной злостью.
— Что… ты о чём? Вообще, как ты дошёл до этого? — вскинул я бровь.
Я редко меняюсь в лице, очень редко, но если меняюсь, то, значит, что-то меня сильно так удивило. Как, например, неожиданная претензия и агрессия, хотя сейчас я, кажется, понимаю, с чего он вдруг взбеленился так. Видимо, Пуля тоже понял, что явно перегнул палку, и лишь тряхнул головой.
— Ничего, забудь.
Ни прости, ни какого-либо другого извинения.
Чем больше я провожу с ними времени, тем меньше они мне нравятся. Если пересчитать, то адекватных людей здесь ну очень мало. Если только Француз, Ряба или Гребня, хотя у последнего тоже что-то не всё в порядке, если присмотреться. Создаётся ощущение, что Бурый собирает людей не самых обычных. Возможно, рассчитывает на то, что их особенности помогут лучше справляться с работой. Или чтоб характер не позволял сходиться с другими более тесно, таким образом предотвращая сговор и предательство.
Как, например, Пуля: такое ощущение, что у него комплекс старшего брата — стоило ему привидиться, что кто-то что-то имеет против его сестры, как он, едва не разрывая на себе рубаху, бросается разбираться. Так, по крайней мере, сейчас он выглядел, пусть и не делал ничего подобного.
Его же сестра, она не просто дура, она больна на голову. Вот уж точно идеальные люди для убийства без каких-либо тормозов.
— Кстати, Шрамик, а у тебя девушка есть? — неожиданно спросила меня Гильза.
— Девушка? А что такое? Хочешь ей стать? — нейтрально поинтересовался я.
— Тише будь, — тут же встрял Пуля. — Ещё тут в парни к ней не набивался.
Сейчас это можно было бы воспринять как прямое оскорбление меня. Но я лишь пропустил его слова мимо ушей, так как не был заинтересован в разборках. Особенно с таким человеком. Моё мнение о Пуле упало едва ли не до плинтуса, пусть он этого и не понимал.
— Так есть или нет? — продолжила доставать Гильза. — Вот у меня никого нет!
— Ты тоже умолкни, — оборвал её брат. — Думай, что говоришь.
Это был довольно толстый подкат. И у меня действительно создалось впечатление, что здесь что-то не так. Пуля так рьяно её защищает сейчас, как очень и очень ревнивый брат, который даже представить не может, что в его дорогую сестру кто-то будет тыкаться членом, хотя сам наверняка имеет отношения с девушками. А может быть и так, что он сам с ней и трахается. Учитывая моральное разложение этой части города, я бы не удивился, будь это правдой.
— Получается, с ним уже… сколько?
— Да года четыре, — пожал он плечами. — Как ствол начали нормально держать, наверное.
— То есть вы с ним не с самого начала?
 
— Панк с ним с самого начала, — сказала Гильза. — Раньше он на Панка работал, а потом тот на него.
— Бурый вообще сам поднимался, — кивнул Пуля. — Я помню, что он начинал с низов, но быстро дошёл сам до этого положения. Всегда хотел большего.
— А долго поднимаются на такой пост?
— Да как сказать… он же…
— Без знакомств очень долго! — настоятельно произнесла Гильза, перебив брата.
— И что случилось с теми, кого он сместил? — спросил я.
Хотя вопрос не совсем правильно поставлен, так как вполне логично, что с ними случилось. Такие посты просто так не покидают. Куда важнее, участвовал ли он в том, из-за чего их сместили? Такое дело не должно быть частым, так как подобные места явно пригретые и прибыльные, что порождает слабую текучку. Но он поднялся, как я понял, от кладмена до лейтенанта.
— Это всего лишь слухи, но говорят, что он всех подставил и убил, — гордо заговорческим голосом ответила Гильза, будто то было её заслугой. Но почти тут же получила локтем в бок от брата, который тихо и угрожающе произнёс:
— Заткнись, это лишь слухи. Он никого не подставлял, они сами проворовались. Хочешь обосрать того, кто дал тебе вообще шанс выбраться из этого дерьма? — после чего посмотрел на меня. — Не поднимай эту тему, Шрам. Нехуй переть на босса. К тому же, он поднялся сам.
Да вот только слухи на пустом месте не берутся, хотя и без них мне кажется это довольно странным и наталкивающим на определённые мысли.
— Да я и слова против не сказал, — поднял я миролюбиво руки. — К тому же, как бы он ни поднялся, сделал же сам в любом случае, так что вообще плевать.
— Ну и не лезь, — грубо ответил он, а я не стал отвечать.
Ругань из-за подобного — это наибольшая тупость, которую можно сделать. К тому же, когда выясняется столько всего нового и интересного, просто глупо отталкивать такие источники информации.
Получается, Бурый сместил всех до себя? Подстава на подставе и подставой погоняет? Если учитывать то, что сказала Гильза насчёт подставы и убийств, то так оно и есть, иначе объяснить, как он пробился в свои двадцать восемь лет до лейтенанта со своей территорией, невозможно. Ему было двадцать четыре в тот момент, верно? А им… ну, лет шестнадцать, скорее всего, или в районе этого, возраст их я не узнавал.
Ещё, как я понимаю, Бурый собирает вокруг себя верную команду. Так, по крайней мере, я могу судить по тому, как защищает его Пуля. Но оно и ясно — у брата и сестры ничего не было, а тут приходит Бурый и даёт им не то что возможность выжить, а именно жить. При этом, как я понимаю, ни разу не пытался их кинуть и всегда стоял на их стороне. В городе, где тебе максимум что светит — какая-нибудь работёнка на грани нищеты, получить работу и стать доверенным лицом такого человека едва ли не подарок судьбы. Для Пули Бурый был едва ли не мессией.
Вот мы и имеем человека с большими амбициями, который окружает себя теми, кто ему должен едва ли не жизнью и порвёт за него глотку любому. Человек со своей личной преданной гвардией. А верность в этом бизнесе — страшная сила, которая способна свернуть горы.
  
Глава 78
 
Война всегда где-то там. Так можно было описать столкновения наркокартеля и южных банд моими глазами. Даже после того, как она действительно началась, я так толком и не увидел изменений как в своей жизни, так и в жизни города, в котором это происходило.
Не буду врать, я стал куда чаще слышать ту же стрельбу, иногда целые перестрелки, но опять же, они были всё так же далеко, как и раньше. А своими глазами наблюдать хотя бы последствия, я уже не говорю о конкретных столкновениях, мне не приходилось. Возможно, это было связано с тем, что наша территория не граничила с южными бандами, в отличие от территории той женщины, что появлялась в элегантном костюме на собраниях.
Зато по разговорам, которые велись внутри картеля и которые я чаще слушал, чем участвовал сам, можно было понять, что убивают как наших, так и вражеских членов группировок каждый день по несколько человек.