Стрекоза в янтаре и клоп в канифоли (СИ)
На макушке чадушка восседал бронзовый семихвостый мерзавец. Он лениво покручивал хвостиками и поводил головёнкой. Будто выискивал новых претендентов на роль зомби. Юлька обернулась: второй гадёныш оседлал макушку прикрывающего тылы Даяна.
— Твоя там, — ткнул он пальцем в небо.
Юлька задрала голову: беленькая вертихвостка кружила над отступающими смертниками. Беспечненько так, словно танцевала незамысловатый танец. Ничуточки не расстроилась поганка, что очередной шанс прикончить клиента пропал даром. Дескать, народу на Земле много — кому-то да повезёт претворить в жизнь её планы.
— Смотри под ноги! — приказал Даян, неподобающе случаю весело хмыкнув.
Споткнувшись, Юлька чуть не полетела носом вперёд. Но — как говорится в сказках — неведомая сила подхватила её. Выровняла тело, водрузив его на подкосившиеся ноги.
— То есть самостоятельно убиться нам нельзя, — остановившись и обернувшись, глубокомысленно изрёк Севка. — Получается: только от рук зомби. Интересно, — резюмировал он и потребовал у замершей в воздухе беленькой: — Могла бы и потрудиться, раз мы так важны для твоего жертвоприношения!
Ящерка спикировала, зависнув перед его лицом. Принялась кривляться, показывая язык и кокетливо поигрывая хвостиками.
— По щучьему велению! — проигнорировав её кривляния, деловито продолжил эксперимент Севка. — По моему хотению! Перенеси нас обратно к машине!
— Точно, — похвалил отпрыска отец за соображалку и своевременное её применение.
Юлька прыснула, а ящерка замерла. Вылупилась на провокатора, не понимая: чего от неё хотят? И причём тут какая-то щука? Тем более хотение всяких там оболтусов-переростков.
— По воздуху перенеси, — показал рукой Севка весь процесс от взлёта до приземления.
Беленькая что-то немо пролязгала челюстями и свистанула ввысь.
— Ничего не сказала золотая рыбка, — поздравил сынулю отец и скомандовал: — Вперёд! И прибавить шагу. Ю-ю, кончай ворон считать. Темнеет. Неизвестно, что ещё на голову свалится. Нужно выбираться и валить отсюда обратно.
— Домой? — развернувшись и послушно «прибавив», уточнила Юлька.
— Сначала да, — сухо отрезал Даян, показав, что болтовня отменяется.
На месте прежнего привала передохнуть им не дали. Ни минуточки. Едва Юлька опустилась на бревно, как на ближайшем кусту нарисовался недобурундук. Белесоватый дух отлично усматривался даже в надвигающихся потёмках.
Он многозначительно зыркнул на неё своим глазом и обнажил зуб. Дескать, вы не поняли: это не прогулка. Это выдворение прочь нежелательных персон. Если понадобится, то и насильственное.
Ящерки — дружно пропав с глаз — подтвердили весомость ультиматума.
— Уходим, — отхлебнув из фляжки, досадливо проскрипел Даян. — Ю-ю, ты как?
— Не развалюсь, — подскочив, пообещала она. — Добегу, как миленькая. Не хватало мне тут ещё войны света и тьмы. Прямо над беззащитной маковкой.
Накаркала! Местные духи решили, что «пошли вон» — это немедленно и беспрекословно. А эти гостенёчки развели волокиту: болтают, поправляют рюкзаки, тестируют физическое состояние своей бабы. Вот и набросились на непонятливых туристов. Прямо так и накатили тремя призрачными шарами. Прокатились прямиком сквозь них и вновь обернулись псами.
— Туман и туман, — прислушавшись к организму, констатировал Севка и первым стартовал из негостеприимного местечка.
— Возможно, специфические страшилки на нас не действуют? — предположила Юлька, пристроившись за ним. — Мы же не буряты. Не их потомки.
— Смотри под ноги! — раздражённо буркнул за спиной Даян.
И она мобилизовалась, героически гоня прочь всякие липнущие посторонние мыслишки. Шагала быстро, но осторожно. Очень кстати — как на заказ — тучи развеяло. Луна обеспечивала вполне сносную видимость. Свою белую липучку глазами не искала: сама явится, как приспичит. Когда сочтёт, что местные духи теперь не наваляют наглым хвостатым партизанам.
Как настырные потусторонние духи ада́ отцепились, Юлька не заметила. Зато уже перед самым финишем им опять повезло столкнуться с местным фольклорным персонажем. Справа по курсу из-за дерева выступила очередная не слишком материальная фигура. На этот раз девушки в традиционном халате. С распущенными волосами. Вроде бы — издалека ночью толком не разглядеть.
Девица-дух стыдливо прикрывала рукой лицо — его нижнюю половину. И так зазывно принимала всяческие бесстыдные позы, что Юлька моментально сообразила: какая-то соблазнительница. Куда-нибудь заманит и… Интересно: с какой целью?
— У неё вместо рта клюв, — авторитетно просветил шагавший впереди Севка.
— В смысле? — пропыхтела Юлька, вспомнив, что смотреть нужно под ноги, а не на всяких там… потаскух. — С чего ты взял?
— Дэма рассказывала, — пожал плечами Севка, внимательно разглядывая тропу впереди.
Оставалось лишь удивляться: как он запомнил, куда нужно идти? Его даже отец ни разу не поправил, значит, чадушко безошибочно ведёт их к машине. Юлька вновь почувствовала гордость за сынулю — чего она никогда не устанет делать.
— Название не помню, — продолжал тот лекцию. — Хоть убей. Что-то вроде му шабат. Или му шубец.
— Муу шубуун, — подсказал из-за спины Даян.
— А ты откуда знаешь? — удивилась Юлька.
И не удержавшись, обернулась на оставшегося позади духа. Никакой девицы не обнаружила и мысленно перекрестилась. На всякий случай.
— Анжур так иногда Тунгалак обзывает, — хмыкнув, пояснил Даян и сделал знак рукой, чтобы она прекратила крутить башкой: — Потихоньку, за глаза. Эти клювастые девицы заманивают мужиков и пожирают их души.
— Заманивают?! — искренне возмутилась Юлька. — Да Бонжурчик за ней три года бегал. Пока Тунгалак не согласилась выйти за этого старого циника. Заманили его. Смотри-ка!
— Они ещё могут проклевать мужику голову, — невозмутимо продолжил Даян с еле уловимой издёвкой. — И высосать мозги.
— Ух ты! — на этот раз восхитилась Юлька, невольно хихикнув. — Ну, тогда… А почему ты меня так не обзываешь? Или обзываешь? За глаза. Тоже, наверно, думаешь, что я тебе всю черепушку проклевала?
Беззлобная семейная пикировка помогла не считать минуты до финиша. Отвлекла от тягостного тестирования организма на предмет прочности: сдюжит или накроется медным тазом? До машины Юлька дошагала вполне себе качественно. Выдохлась, конечно — чай не девочка: козой скакать по буеракам. Однако свои шипованные копыта не отбросила.
Даже перекусила на ходу и мальчишек накормила: хозяйка лесной гостиницы не поскупилась на дорожные припасы. Понятно, что холодные буузы тот ещё деликатес. Однако, недаром говорится: на войне, как на войне. Захочешь жить, и не так расстараешься. Из шкуры выпрыгнешь для её же сохранности.
Джип стоял нетронутым. Что никого не удивило: сибиряки в деревнях угонами не балуются. Удивила парочка, устроившая у машины томный вечерок. Парень с девушкой толклись рядом с четырьмя пластиковыми канистрами — литров на двадцать каждая. Не тратя время даром, они поведали, что дядька Рэгзэн велел притащить их сюда. Естественно, доверху залив бензином. Дескать, хозяева джипа вернутся и заплатят.
Даян поблагодарил ребят. Щедро расплатился за бензин и канистры, накинув сверху за услугу. Проводил глазами старенькую Ниву, в которой невольные помощники потарахтели обратно в Улюкчикан. Затем осторожно пожужжал стартером, но свечи не залил: схватилось. Благо настоящим морозом пока не пристукнуло. Часть вещей из багажника пришлось переместить на заднее сиденье — и без того не радующее простором — дабы пристроить канистры.
Переодеваться не стали — из Улюкчикана убрались тотчас. Устало жевали, что под руку попадалось, запивая холодную еду холодным кофе. Уже стаскивая хаски, чтобы пристроиться сидя подремать, Юлька заметила на руле всю троицу их мучителей. Компанию беспардонных убийц, не отягощённых моральными принципами.
И, к сожалению, не умеющих объяснить: во имя чего затеяно их мистическое преследование? Какого хрена прицепились к обычной, в сущности семье? Есть ли шанс от них отвязаться?