Ведьма для генерала (СИ)

— Святая руда, животное масло и молитвы? — деловито спросила она и вновь склонилась над браслетом, вертя головой и так, и эдак, чтобы рассмотреть его со всех сторон.
Он едва сдержался, чтобы не присвистнуть. Кажется, колебания по поводу того, стоит ли делиться с ней этой информацией, были бесполезны.
— Неожиданно…
Она снова посмотрела на него — на этот раз почти насмешливо.
— Гадаете, откуда ведьме из южного захолустья может быть известно подобное?
— Допустим.
Она заложила руки за спину и покачалась на носках.
— У нас тут не такая глухомань, как вам кажется.
Вспомнился вдруг относительно недавний разговор с Волчонком, и Арес про себя усмехнулся.
— Читать, значит, любите?
Его вопрос вызвал странную реакцию. Вся насмешливость с её лица исчезла. Она вдруг суетливо заправила за ухо выбившуюся из толстенной косы прядь. Щёки порозовели.
Что за…
Арес нахмурился и едва не выругался вслух. Она, что ли, вообразила, он с неё спрашивать будет за чтение ярморочных книг? Откуда в народе пошла молва про то, что имперские войска едва ли не казнят за хранение, изучение и продажу старых манускриптов и трудов мейстеров, он не знал до сих пор.
— Изучать книги старых мастеров — не преступление. Волчонок говорил, что вы зачитывались ими на ярмарках.
— Вашему солдату стоило бы почаще держать язык за зубами, — проворчала ворожея, но всё-таки кивнула. — Читала об опытах с рудой из шахт в Багровых горах. Но это было давно. Немудрено, что с тех пор ваши мастера сильно продвинулись. Что он даёт? Что умеет?
Она бросила на него быстрый взгляд и добавила:
— Если это не тайна, конечно.
Даже если и тайна, возможно, ей он мог её раскрыть. В конце концов, того же однажды он может попросить и у неё. Особенно в вопросе, касавшемся их нынешней лесной добычи, на которую, очевидно, всё-таки подействовал браслет — волк скрутился клубком в своей клетке и больше не издавал ни звука.
С чего бы, интересно, в нём проснулась эта тяга с ней пооткровенничать? То ли доверчивость Волчонка к своей подруге детства настолько заразна, то ли на него действовали какие-то её чары.
— Все отряды императорской армии, за особые заслуги получившие именную сигиллу, получают дополнительную поддержку в виде таких артефактов.
Она кивнула.
— Поэтому вы — «Медведи».
Оставалось лишь в который раз подивиться её наблюдательности.
— Верно. Эти браслеты, если в правильном порядке коснуться разных засечек, дают слабую вспышку энергии. Масло — вытяжка из желёз горного грифона — позволяет концентрировать эту энергию и направлять силой мысли. Хитрая конструкция. Требует усиленных тренировок и не всегда надёжна, но это уже намного лучше, чем ничего. Умеет всякое, но до ума ещё не доведена.
Она слушала очень внимательно, время от времени кивая. И вид у неё был, как у какого-нибудь из столичных школяров, изучавших дар и магические науки в тамошних высших академиях.
— Вы пытались его утихомирить, — догадалась она.
— Вроде того.
— Что ж, — она отступила от него на шаг, бросила взгляд через плечо, — у вас неплохо получилось. Я, видимо, кгм… видимо, должна извиниться за излишнюю напористость и резкость.
И вот она, снова возвращалась та самая чопорная ведьма, которую он повстречал почти месяц назад в домишке на вересковом холме. Сама холодность и отчуждённость.
— Я вас ни в чём не виню. Вы имеете право переживать за всех горожан, раз уж они под вашей защитой. Волк — уже не ваша забота.
Ворожея вдруг снова вся напружинилась:
— То есть что значит… то есть вы его хотите что, замучить?
Да чтоб тебя… рано, слишком рано заводить об этом разговор. Он хотел попросить её о содействии, но позже. Кто тянул за язык?
А её содействие, скорее всего, таки понадобится — Арес в который раз прокрутил на запястье браслет. Ворожея настороженно проследила за его движением.
— Чем дольше я нахожусь с ним рядом, тем сильнее нагревается эта штука. Подозреваю, лесной зверь скрывает от нас какие-то тайны, и если они связаны с даром, я не имею права их игнорировать.
 
Он хотел добавить, что мучить зверя никто не собирается, что как раз и хотел попросить её помощи. Возможно, в арсенале здешних ворожей есть что-то, что помогло бы выяснить, чем так примечателен этот волк, но девчонка вдруг снова схватилась за бок.
— Вам нехорошо?
Ворожея тут же отдёрнула ладонь от рёбер. Вся краска сошла с её лица.
— Вот ещё! Я в полном порядке. Со мной всё хорошо. Просто вы… вы рассуждаете как живодёр, понятно вам?
Замечательный вывод. И это невзирая на всю её наблюдательность.
— Я не собираюсь его мучить, но я должен знать, что с ним не так.
— Вы держите его в клетке, мучаете его своим браслетом.
— Предпочитаете, чтобы я его выпустил, и он откусил вам голову?
— Не смешно, — поморщилась она. — Не шутите. У вас это очень скверно получается. Просто отстаньте от бедного зверя. Ваши солдаты притащили его сюда волоком, ни с того ни с сего. Зачем? Чем он им приглянулся, если и бродил по окраине. У нас лес кругом, если вы не заметили.
Она тараторила, как заведённая. Нервничала. Жутко нервничала. Так сильно распереживалась из-за несчастного волка?
Кожа под браслетом зудела всё сильнее.
Он не собирался делать ничего из того, что всё-таки сделал. Всё случилось как-то само собой.
Арес одним шагом преодолел разделявшее их расстояние и навис над ней, внимательно рассматривая побледневшее лицо в ореоле медово-золотистых растрепавшихся волос.
— Вы так разволновались, что в пору заподозрить, будто этот волк — не единственный, кто скрывает от меня свои тайны.
Ворожея застыла с таким воинственным видом, словно ожидала атаки, словно готовилась с ним воевать, и если нужно будет, кулаками. Возможно, это и подтолкнуло его сказать то, что он сказал.
— Так что вы от меня скрываете, госпожа ворожея?
Она продолжала на него смотреть, упрямо сжав челюсти. Нет, ничего не скажет.
— Вы ведь любите читать, — Арес чуть склонил голову, продолжая рассматривать её лицо. — Читали о старом обычае северных островов? Когда мир был молод и дар ещё не покинул северные земли, наши предки верили, что у тех, кто лгал о чём-то очень важном, луна выбеливала на теле родимое пятно или выкрашивала сединой прядь в волосах. Частица дара откликалась в каждом и не позволяла лжи понапрасну ссорить людей.
Его взгляд соскользнул на её шею и ниже, потом поднялся к её волосам, будто всерьёз собирался выискать в её огненной гриве ту самую лунную прядь.
Вряд ли сейчас он смог бы заставить себя остановится. Разум будто отключился.
— В южных землях дар пылает до сих пор. А значит, луна может вас не пощадить, — он выдержал паузу. — Вам что-нибудь известно об этом волке?
На бледных щеках ворожеи разгорался румянец. Ещё мгновение, и в ней проснётся та самая лесная кошка — вторая сторона её натуры, умело прятавшаяся за чопорным фасадом хранительницы города, чьей-то там невесты и скромной ворожеи с верескового холма.
— Да как вы…
С сожалением приходилось признать, что даже вздумай она влепить ему пощёчину, Арес не стал бы уворачиваться. Возможно, он её заслужил. Возможно, она ему ни в чём не лгала. Возможно, этот импровизированный допрос грозился выйти из-под его контроля.
— Вы с-с-с-с ума сошли…
Она тяжело дышала, но продолжала стоять перед ним, будто не смела позволить себе ни пяди уступить ему в этом странном споре.
— Ничуть. На северных островах действительно в это верили.
— Мне это совершенно безразлично, — прошипела она. — Вы ни с того ни с сего обвиняете меня во вранье! Да как вы…
— Не обвиняю. Я всего лишь задаю вопросы…
— Можете засунуть все свои вопросы себе…
— Гарнэ!
Они оба вздрогнули. Девчонка так и вовсе едва не подскочила к потолку. Арес выругался сквозь зубы и отшагнул прочь от своей визави.
Продолжение следует…
Глава 17
Из-за перегородки вылетел запыхавшийся Волчонок. Увидев ворожею, он распахнул глаза: