Судьба эскаписта (СИ)

— И тебя ни разу не опознали?
— Как я потом узнала, за «Пёрышко» признали одну из наших девок, так что меня особо никто и не искал, поэтому мне удалось избежать разоблачения. Ну и наконец в какой-то момент в подземелье я наткнулась на группу эльфов-молокососов, которые, не рассчитав своих сил, сунулись туда, куда не надо было. Двое погибло, но четверых я успела спасти. Одним из них был юноша из хорошей семьи дома Холмов. А звали его Лантир.
— Вот значит, как вы познакомились.
— С тех пор мы существовали как команда «Вязы». Мы перебрались в Статеру, и в какой-то момент стали одной из сильнейших команд королевства. Всё было просто замечательно, пока не появилась эта несчастная идея с Цветником. Ребята хотели обследовать заброшенный дом Цветов без меня. Им это не удалось. Я узнала про затею и решила, что смогу справиться со своими страхами, но лучше бы мы туда не совались. А теперь история моего дома повторяется, и всё из-за этого проклятого шара. Я думаю, что и в прошлый раз враги хотели получить именно его. Только моя бабка оказалась хитрее и спрятала побрякушку.
— Пока у нас не плохо получалось отбиваться? — самоуверенно возразила Лили.
— Это они ещё даже не старались. Вторая попытка была посерьёзнее, но дальше будет хуже.
— Думаешь? — тревожно спросила Лили.
— Уверена. Этот перебежчик довольно точно описал их руководителей. «Толстый монах» довольно известен, насколько я знаю, он неприлично силён. Про безумного свирепого норда тоже ходят слухи. По одиночке я бы ещё может с ними и справилась, но, если их целая команда, нам не жить.
— Получается, что горшкоголовый был прав?
— Слушай, — Грейс глубоко вздохнула и решительно посмотрела на Лили. — Когда начнётся основная кутерьма, собирайте ваших и валите от сюда. Вы способные. Сможете прорваться. Если повезёт, может ещё кого выведете.
— Да ты что?!
— Не надо играть в геройство. Это не ваша война и не ваша битва. Скоро всё здесь превратиться в пепел. А эльфийка Флоридель воссоединится со своими предками, они и так ждали на сто тридцать лет дольше.
— Но ведь всегда нужно на что-то надеяться? Нельзя же так?!
— Ты ещё молодая. По нашим меркам совсем ребёнок. Просто живи, цепляйся за жизнь и становись сильнее. И помни про Грейс и её историю. А за меня боятся не надо, просто так я не умру. Они ещё дорого заплатят, что сунулись сюда. Тихо! Дориан идёт. И не грусти. Повеселимся сегодня вечером. Тем более, что для многих, это будет последняя радость в жизни, — конец фразы Грейс сказала почти шёпотом.
— Я смотрю, вы сдружились?
— Общая битва сближает, — сухо промямлила Грейс.
— Жарко у нас тут было. А основные ворота второй раз даже не штурмовали, — пояснил Дориан.
— Решили, что здесь будет лёгкая добыча, — усмехнулась Грейс, похлопав Лили по плечу. — Кстати, у нас ту есть отличившаяся. Благодаря ей удалось ухлопать ведьму-мистика.
— Эй, народ, — продолжила разгорячившаяся Грейс. — Кто из каких домов?
— Дом Холмов! — крикнуло несколько.
— Дом Озера! — отозвались ещё эльфы
— Дом Самоцвета, — тихо буркнул эльф, работавший ювелиром.
— Дом Цветов! — гордо прокричала Грейс.
Эльфы уставились на неё словно увидели привидение. В воздухе повисло напряжение.
— Чего это они? — натянуто спросила Лили.
— Просто я последняя, — улыбнулась Грейс. — Мой дом состоит из одного эльфа, то есть из меня. Остальных всех перебили.
— Мы не знали, — пропищала одна из эльфиек-кашеваров. — Вы ведь никогда не говорили.
— Ерунда. Прошло больше ста лет. Главное другое, за нас сражается и Огненный дом! — пропела Грейс, указывая на Лили.
Сделалось вдруг так тихо, что стало слышно пение сверчков. Лаэнре, крутившийся рядом, остолбенел, выронив свой посох. Красс замер на ветке с открытым клювом, глотая воздух.
— Вы наверно перепутали? — спросила кашеварка, опасливо косясь на Лили. — Дом Пламени, они же все стали демонами?
— Ты чего творишь?! — от неожиданности Лили чуть не выронила миску с похлёбкой.
— Спокойно, народ. А мне плевать, что было — то быльём поросло! Благодаря Огненному дому вы все сегодня переживёте эту ночь, хотите вы это признать или нет. Кто скажет, что она демон? — Грейс грозно зыркнула на собравшихся.
 
— Госпожа Лили никак не может быть демоном, — промямлил ювелир.
— Мы этот город выстроили вопреки всему, так? — продолжила Грейс.
— Так, — отозвалось несколько эльфов.
— Поэтому, кому как не нам нарушать глупые традиции стариков. Я Грейс из дома Цветов, сражалась сегодня плечом с Лили из Огненного дома. И я не вижу в ней ничего плохого. Так за что мы должны её не любить?
— А она права, — отозвался высокий эльф. — Это всё предрассудки и глупость!
— Точно! — подхватила другая эльфийка.
Несколько эльфов обступили оторопевшую Лили начали пожимать ей руку, представляясь. Бедная лучница не знала, что ей делать. Она застенчиво кивала в ответ и, наконец, покраснев, спряталась за деревом.
***
Выждав момент, когда оживление сойдёт на нет, Дориан подошел к Грейс и Лили. Вместе втроём они направились в ратушу, где сейчас находились два пленника. Их заперли в подвале и приставили караул. Лантир отказался решать судьбу пленных эльфов один.
Все советники поселения и группа Дориана в очередной раз собрались в обеденном зале ратуши. Не было только Лаэнре. Он очень сильно воспринял недавние события, и теперь ему нездоровилось. Затворница Агнолитель то же не явилась.
В помещение под конвоем ввели пленных. Это были совсем молодые эльфы, девушка и юноша. Девушка была одета в робу волшебницы, на юноше был лёгкий кожаный доспех с художественно выполненными металлическими вставками. Оба были крайне напуганы. У девушки к тому же на лице виднелись следы от слёз в виде подтёкшей туши.
Грейс молча пристально смотрела пока их усадили за стол. Поймав её взгляд, девушка-пленница снова чуть не разревелась, а юноша принялся её успокаивать. Спустя какое-то время ему это удалось.
— Начнём, пожалуй, — скомандовал Лантир, когда пленница перестала всхлипывать.
— Начнём, — оскалилась Грейс.
— И давайте поскорее, — встрял Нолен. — А то у меня важные дела, я ещё не решил, идти мне отдыхать или пьянствовать.
— Моё мнение — нечего с ними церемонится, — продолжила Грейс. — Кто они нам? Да никто!
От сказанного у пленницы градом полились слёзы. А её спутник побледнел. Он пытался унять дрожь в руках и одновременно успокоить спутницу. И то, и другое у него получалось плохо.
— Притормози-ка немного, — вступился за них кузнец. — Я, конечно, всё понимаю, но казнить детей? Ты там не чем не ударилась, пока слезала со своего дерева?
— Что?! Это ты ударился! В меланхолию! Тебе не приходило в голову, что это могут быть диверсанты?
— Это просто дети! — упёрся кузнец.
— Пожалуйста, спасите меня! Злые дяди меня обижали! — плаксиво пропела Грейс, сделав большие круглые глаза, полные страха. — Вот так это делается!
— Браво! — воскликнул Нолен. — Такой талант пропадает зазря.
Грейс уставилась на архитектора, сверля его глазами. От этого он замешкался и опустил свой взгляд, пробормотав что-то невразумительное.
— Мы тут не в игрушки играем! — оскалилась Грейс. — Если ты в теме, то должен был слышать старую лихую песенку, про «Пёрышко».
Нолен закашлялся, поперхнувшись слюной и замолчал.
— Понял, да? И не надо мне тут хвастаться, про свою шайку шалопаев, которая коз таскала у бюргеров в предместьях Столицы.
— Давайте вернёмся к вопросу, — вмешался Лантир. — Что вы можете сказать в свою защиту?
— Пожалуйста, не убивайте меня! Я не хочу умирать! — пленница окончательно потеряла контроль и у неё началась истерика.
 
— Приехали… — не выдержала Грейс. — Трели невинной пташки. А то, что здесь тоже никто не хочет умирать, вы не знали? Вы сюда не убивать пришли?
— Мы… Мы просто хотели заработать денег. В объявлении ничего не сказали, про то, что надо будет нападать на город.