Нам нельзя (СИ)

Я поворачиваюсь к нему спиной и упираюсь лбом в дверной косяк. Легонько бьюсь, всхлипываю. Зачем я вспомнила Ромку? Ну вот зачем? Всё же хорошо было, мне нравилось, как Глеб настойчиво и страстно меня целовал. Нравилось, когда прижимался своим телом к моему. А затем в голове будто что-то переключилось! Приятные ощущения сменились жуткими картинками из прошлого: как меня трогали чужие руки, как Рома злился и выплёвывал в лицо гадкие слова, которые будто намертво ко мне прилипли. Я пришла к нему, чтобы предложить себя. Продать своё тело в обмен на свободу любимого человека. И плевать, что потом я передумала. Мой статус от этого не изменился.
Глеб рывком тянет меня на себя. Обхватывает пальцами скулы, крепко сжимая и заставляя посмотреть ему в глаза. Привычная синева спрятана за радужками грозового оттенка. Жутко и в то же время притягательно.
Я облизываю пересохшие губы, касаюсь пальцами его колючей щетины и смотрю умоляюще. Хочу, чтобы он пощадил: просто обнял, отвёл меня в спальню и никогда не отпускал. Но его взгляд красноречивее любых слов. Становится ясно, что он не отпустит.
Я сдаюсь и с опаской лезу в воду. Сначала она едва прикрывает мой живот, а затем достигает груди. Согревает, расслабляет. Я обхватываю себя руками за плечи и, глотая слёзы, жду, когда всё закончится.
— Посмотри на меня, — вновь просит Глеб.
Он садится на край ванны, касается моего лица, убирает назад влажные волосы. Я поднимаю на него свой взгляд и пытаюсь улыбнуться. Получается криво и неестественно.
— Ник, ты самая красивая девушка, которую я когда-либо встречал. Ты совершенно точно чистая: кожа гладкая и светлая. Разве ты не видишь? Можешь потрогать. И пахнешь ты охренеть как…
Сердце в грудной клетке радостно трепещет и увеличивается в размерах.
— Грязных шлюх можно встретить на трассе, — продолжает Воронцов. — Мы можем прямо сейчас собраться, поехать туда и посмотреть на них.
— Н-не надо…
— Ты даже близко на них не похожа.
— Я знаю…
Вода накрывает ключицы, скоро начнёт выплескиваться за бортики, и Глеб её выключает.
Слёзы не прекращают литься из глаз, но я даже не пытаюсь их вытереть. Глеб гладит мои волосы и смотрит на меня с такой нежностью, что я ловлю себя на мысли: не заслужила. Ему тоже было плохо, но он был сильнее, за нас двоих, и не сломался.
— Я не должна была к нему приходить. Не должна...
Глеб закидывает голову к потолку и тяжело вздыхает. Я завидую его терпению и выдержке! И даже мысленно сочувствую.
— Этот мудак воспользовался ситуацией и умело тобой манипулировал. Когда ты отказала ему, он в любом случае обязан был остановиться, а не продолжать тебя насиловать.
— Ты… не обижаешься на меня?
— Ника… — Он делает короткую паузу, а я отвожу взгляд. Внутри всё ноет и болит. — Скажу так: другой бы я не простил.
Я коротко киваю и ныряю с головой под воду. Выныриваю только тогда, когда лёгкие начинает покалывать от нехватки кислорода.
Глеб протягивает мне полотенце и помогает выбраться из ванной. Обнимает меня со спины, коротко целует в шею. Становится ли мне легче? Однозначно. Я так благодарна ему за то, что он такой… Мой. Понятливый, рассудительный и родной. Я никогда в нём не буду сомневаться.
Сегодня Глеб забирает меня после работы. Он задумчив и серьёзен, и я не лезу к нему с расспросами. Жду, когда он сам мне всё расскажет.
На моей смене был завал. Грандиозная распродажа летней коллекции! Покупателей было столько, что мы с Таней едва успевали справляться.
Ноги гудят, а голова раскалывается на части. Сначала я растираю пальцами виски, а затем раздражаюсь и откидываюсь на спинку сиденья, прикрывая глаза. Посреди рабочего дня мне позвонила Яна. Я была в запаре, поэтому пропустила её первый звонок. Лишь когда смогла вырваться на обеденный перерыв, перезвонила и с набитым ртом спросила, что же произошло.
Она с восторгом в голосе рассказала о том, что отца Ромы поймали на взятке! Такой скандал поднялся! Председатель Арбитражного суда требовал от неизвестного предпринимателя баснословную сумму денег, а взамен обещал полное покровительство и решение всех его проблем. Тот не растерялся, заснял всё это на видео и обратился в правоохранительные органы. Захарова арестовали в момент получения взятки в особо крупном размере.
 
Я поблагодарила Янку за приятную новость и отключилась. Воспользовавшись моментом, залезла в сеть и нашла подтверждённую информацию. Где только не писали об этом! Такой промах даже при наличии связей закрыть будет очень и очень сложно. Почти нереально.
— Как дела на работе? — спрашивает Воронцов и, оторвав взгляд от дороги, пристально на меня смотрит.
— Всё хорошо. Устала только.
— Ты собираешься увольняться?
— Эм… А надо?
— Я не смогу здесь надолго задержаться. Максимум до следующей недели.
— И ты хочешь, чтобы я улетела с тобой?
— А у тебя другие планы? — Глеб насмешливо выгибает бровь.
Я глупо улыбаюсь, хотя пытаюсь казаться серьёзной.
— С этим не возникнет проблем. Начальница держать не будет и отрабатывать тоже не заставит. Она понятливая.
Глеб кивает и вновь возвращает взгляд на дорогу.
Оказавшись дома, он закрывается в комнате и долго разговаривает с кем-то по телефону.
Я сегодня не готовлю. Слишком устала.
Устроившись перед телевизором, открываю приложение и листаю ленту. Горячие блюда, десерты, напитки… Рот мгновенно наполняется слюной. Хвала тому, кто придумал доставку еды!
Я радуюсь, когда Глеб заходит в гостиную и садится рядом. Тут же пододвигаюсь к нему ближе и сплетаю наши пальцы в плотный замок. Его запах кружит голову, а внизу живота наливается сладкая и тягучая нега.
После откровенного разговора в ванной комнате Глеб ни разу ко мне не прикоснулся, если не считать объятий во сне. Сказал, что будет ждать, пока я сама созрею.
Я откладываю телефон, нахожу его губы и осторожно целую. Он гладит меня по спине, опускается ниже и трогает бёдра. Нетерпеливо поёрзав на месте, обнимаю его за шею, перебираю пальцами жёсткие волосы на затылке и тихо постанываю. Я хочу его. Это прямой сигнал к действию — Глеб понимает.
  
Глава 65 
 
Мы изголодались друг по другу. Полгода! Шутка ли?
Рваные поцелуи, учащённое дыхание и жаркие объятия. Действуем хаотично, нетерпеливо.
Я сижу на нём сверху и глажу напряжённые мышцы живота, забравшись под футболку. Глеб впивается губами в мои губы, крепко к себе прижимает и вышибает из лёгких весь воздух, а затем скользит руками по спине, лопаткам и бёдрам. Я никогда не видела его настолько заведённым!
Он снимает с меня рубашку и бюстгальтер, касается губами шеи, ключиц и поочередно лижет соски, оттягивая их губами и нежно щекоча горячим дыханием. Кажется, что ещё чуть-чуть, и я кончу только от этих ласк. Мне хорошо и приятно. Многого не надо. В голове ни единой лишней мысли — думаю только о нём и удовольствии, которое он мне дарит.
— Мне важно, чтобы ты этого хотела, — произносит Глеб хрипло.
Я отстраняюсь, всматриваюсь в тёмные глаза своего мужчины и хитро улыбаюсь.
— Спорю на пять косарей, что ты уже не сможешь от меня оторваться.
Приближаюсь к родному лицу, нежно касаюсь уголка тёплых губ. Дразню, раззадориваю и сгораю от того, сколько всего намешано в его взгляде!
— Ника, — угрожающе рычит Глеб, запуская в мои волосы свою ручищу и оттягивая голову немного назад.
— Я пошутила, — смеюсь и ёрзаю на нём бёдрами. — Конечно, я тебя хочу...
Он не даёт мне времени опомниться. Подхватывает на руки, ставит на четвереньки, прогибает в пояснице и заставляет упереться ладонями в мягкую обшивку дивана. Джинсы снимает вместе с бельём — резко, одним махом. Его руки гладят мои ягодицы, мнут и сжимают их. Я толкаюсь назад и мечтаю о том, чтобы он скорее в меня вошёл. Это какое-то безумие! Не похоже на то, что бывало у нас раньше.
Его пальцы утопают в моей влаге, я вскрикиваю и мелко дрожу. Это так приятно! Убедившись в том, что я достаточно сильно возбуждена, он растирает смазку по чувствительной коже между складками.