Сжечь врагу сердце (СИ)

— А попытка убийства к чему бы привела? Думаете, ваш «смысл жизни» после этого прибежал бы к вам?
— Он бы забыл ее. Потому что ее уже не было бы в живых.
Судья ошеломленно покачал головой.
Насильно мил не будешь.
Меня потрясла холодность на лице Леры. Олеся Леонидовна сидела вся красная от слез, ее глаза опухли, женщину трясло, ей было больно слышать, что ее ждет дальше. Лера выглядела как манекен — равнодушная, без эмоциональная и будто сознанием улетевшая в другой мир. Но когда ее глаза злобно пронзили меня и загадочно блеснули, я от испуга крепко сжала свои руки. Швы уже сняли, но покраснения возле рубцов выглядели неприятно.
— Олеся Шаркович, вы признаете свою вину по статье сто десять Уголовного кодекса Российской Федерации — доведению до самоубийства? — задал вопрос судья.
Женщина горько расплакалась и кивнула.
— Валерия Раевская, вы признаете свою вину по статье тридцать Уголовного кодекса Российской Федерации — побуждению к лишению жизни и по сто десятой статье Уголовного кодекса Российской Федерации — доведению до самоубийства? — сурово спросил судья.
Лера закатила глаза:
— По кодексу Российской Федерации я признаю свою вину. Но по собственному — нет. — стальным тоном прозвучал ее голос.
Судья объявил посадить их в тюрьму на двадцать лет и стукнул молотком по золотистой отполированной подставке.
Я вышла из зала суда в полном тумане. В коридоре меня ждал Эдгар с Гошей и Катей. Ребята выглядели ошеломленными. Резко поднялись со стульев и окружили меня.
— Ну как все прошло? — спросил Гоша.
— Посадили на двадцать лет. — ответила я.
— Ты в порядке? — поинтересовалась Катя, сжимая своими теплыми ладонями мои запястья.
Я молча кивнула.
— Ну теперь ты можешь жить спокойно. — улыбнулся Эдгар и обнял меня.
Я обняла его в ответ, но спокойствия не ощущала. Меня терзала вина за произошедшее со Стасом. Я хотела, чтобы он наконец вышел из комы.
Мы должны на хорошей ноте попрощаться.
***
Не прошли и сутки после суда, как мне позвонил Демьян и сообщил радостную новость — Стас вышел из комы. Я тут же направилась к нему больницу и очень сильно надеялась, что после этого отравления у него больше не будет плохих последствий.
Врач меня также проводил, но уже до самой палаты. Я робко зашла внутрь и увидела бледного парня, смотрящего в окно. Стас бросил на меня взгляд, когда я зашла в палату.
— Привет. — робко произнесла я.
— А ты кто? — быстро спросил он и слабо улыбнулся.
Я от удивления поперхнулась:
— Ты меня не помнишь?
— Мама, это ты? — широко округлив глаза, спросил парень.
Мама…Он когда-то говорил, что я похожа на его маму. Он говорил, что ему ее не хватало. Может быть, внутри него жила маленькая часть, которая скучала по матери, и поэтому он так сильно привязался ко мне, видя свою мать во мне? И поэтому он долго страдал по мне, чувствуя наш разрыв так же болезненно, как уход матери, который он испытал еще в детстве?
От этих мыслей мое сердце забилось еще сильней. Я не его мать. Скоро он с ней встретится.
— У него легкая амнезия. — сообщил мне врач. — Он вскоре все вспомнит. Только не нагружайте его информацией.
Врач вышел из палаты, оставив нас наедине.
Я кивнула и подошла к парню.
— Нет, я не твоя мама. Мы раньше встречались.
— Я не помню. — покачал головой Стас. — Тебя как зовут?
— Саша.
— Нет, не помню. — пожал плечами Стас. — А расскажи, что у нас было.
Я тяжело вздохнула и коротко рассказала, как мы познакомились и что заставило нас расстаться. Мой рассказ надолго не затянулся. Как просил врач, я рассказала очень коротко…Думаю, он потом все вспомнит без моей помощи.
Под конец парень был ошеломлен. Я поймала взглядом пробежавшую дрожь по его бледной руке.
— Хорошо, что я этого не помню. — он слабо улыбнулся.
Я улыбнулась ему в ответ.
— Знаешь…я хотела бы перед тобой извиниться. — я крепко сжала себе руки.
— За что? — не понял Стас.
— Из-за меня ты здесь…отравиться должна была я…но не ты…
— Ты такая милая, не надо тебе тут лежать. — покачал головой Стас. — А я вылечусь. Не надо за меня волноваться.
 
Я еще раз ему улыбнулась, чувствуя, как к глазам прильнули слезы.
— Мы с тобой расстались некрасиво. — дрожащим голосом говорила я, разглаживая большим пальцем его прохладную тыльную ладонь. — Надо было поговорить нормально и разойтись. Возможно, этого бы не было.
— А мы не можем быть…просто друзьями? — непонимающе спросил Стас.
Я медленно покачала головой:
— Боюсь, ты потом все вспомнишь и откажешься быть со мной друзьями.
Раньше мне было обидно, что Захар молча уходил из моей жизни…Но сейчас я поняла, что это лучшее решение. Если нам не суждено быть в отношениях, нам лучше не мучать ни себя, ни других.
— Мне хорошо было с тобой, Стас. Ты хороший парень. — я крепко сжала его холодные руки, накрывая их своим теплом. — И я рада, что ты был моим первым мужчиной…но мы не подходим друг другу. Я уверена, ты еще встретишь свою настоящую любовь. А я счастлива с другим.
Губы у Стаса задрожали.
— Прости, что так все получилось. Но теперь ты можешь спокойно встречаться с другими девушками — ведь чокнутая бывшая сидит за решеткой. — я слабо хихикнула. Стас продолжал непонимающе на меня смотреть.
— Я, если честно, тебя не очень понимаю. — покачал головой парень. — Но я на тебя не сержусь. Если не хочешь быть друзьями, то ладно — будешь моим приятным воспоминанием.
Я еще раз ему улыбнулась и обняла его. Он медленно и непонимающе провел рукой по моей спине. Слезы скатились по моим щекам. Но они уже не были наполнены горечью.
Они наполнены радостью.
— Выздоравливай. — сказала я ему и смахнула слезы. — И пусть у тебя все будет хорошо.
— И у тебя. — Стас до сих пор был ошеломлен, но коротко улыбнулся.
Я покинула палату и только сейчас почувствовала, как тяжелая ноша рассыпалась внутри и наконец-то меня отпустила. Боль, обида и вина оставили в покое. Мы хорошо попрощались. Теперь наши пути окончательно разошлись, и больше ничто не поставит нам подножку.
Надеюсь, он найдет себе новую девушку, и она заставит его сердце биться также ускорено, как я когда-то. Надеюсь, он не будет на подсознательном уровне видеть в ней свою потерянную мать, а будет в ней видеть свою музу, свою любовь, свой смысл жизни. И надеюсь, что им ничто не помешает жить долго и счастливо.
  
Глава 44
 
Прошло три месяца с момента выписки из больницы. Стасу стало казаться, что и небо стало ярче и красивей, и от зеленой листвы деревьев исходил приятный аромат. Лето в самом разгаре, но его душу травила пустота.
Он вспомнил, как его навестила Саша. Как она попросила у него прощение, и они попрощались. Чувства к ней до сих пор жили в нем, но уже утратили всю свою силу. Он с грустью вспоминал ее, но уже не пил от боли крепкий алкоголь и не проклинал ни ее, ни себя. Он просто с тоской ее вспоминал.
И понимал, что вряд ли еще сильней когда-то влюбится. Эта девушка никак не могла отпустить его сердце, и оставить его в покое.
Но внезапное возвращение родной матери скрасило темные дни парню. Каждый вечер они проводили время в его квартире. Мать растопила внутри лед, который сковывал прутьями его душу, и Стас на секунду почувствовал себя легче.
В один августовский день парень сидел в кафе и попивал зеленый чай. Через два часа нужно ехать обратно в свой клуб, но уже не отрываться, а на работу. Он вернул себе все, что когда-то отнял у него отец. Жизнь возвращалась в то русло, когда в его жизни еще не было Саши и обручального кольца, который жаждала надеть Лера.
Перед работой он хотел расслабиться и на мгновение отключиться.
И тут мимо него прошла одна девушка. До жути знакомая. На ее бледном лице меркла грусть. На глазах отражалась сильная обида на что-то. Русые волосы собраны в высокий хвост и казалось, потускнели.