Сжечь врагу сердце (СИ)
— Фу-х, — я облегчённо выдохнула, — это прекрасно! А то я боялась, что руссичка будет принимать.
— Ее там не будет, не волнуйся. — подбадривающе сообщил Эдгар. — Вообще не понимаю, зачем она тебя на комиссию отправила…
— Никто не понимает. — тихо произнесла я.
По громкоговорителю сообщили, что осталось десять минут. Проводница у вагона принимала торопящихся пассажиров, а мы продолжали стоять и друг на друга смотреть, будто виделись последний раз.
— Саша, — Эдгар печально вздохнул. — Я, конечно, понимаю…как тебе сложно…но я не могу ждать…мне надоело…ты не представляешь, какого жить с мыслями, что ты опять выберешь его… — тоска сдавливала ему голос и не давала громко сказать эти слова.
Сердце в груди болезненно сжалось от этого опечаленного взгляда мрачных синих глаз.
— Дай мне ещё время. — промолвила я.
— Что тебе мешает быть со мной? — не понимал Эдгар.
Я молчала…сама не знала ответа на этот вопрос. Совсем нечего было сказать.
— Неделю хватит? — не унимался Эдгар. Произнес это таким мучительным голосом, будто не хотел этого говорить и даже думать.
Я подняла на него взгляд и кивнула. Но не по себе было видеть его таким грустным, и причиной такой грусти была именно я.
— Просто…блин…как это объяснить. — начала говорить, пытаясь немного приободрить его. — Вы оба своим приездом меня удивили. Я планировала вообще отдохнуть от всего и спокойно подготовиться…
Парень слабо улыбнулся:
— Если я приехал бы один, то ты сразу же бы сделала свой выбор.
— А так я ещё больше запуталась… — я опустила взгляд вниз.
— Надеюсь, что ты его всё-таки сделаешь. — внезапно его теплая ладонь легла мне на щеку, и он приподнял мою голову и притянул к себе.
Наши губы встретились в поцелуе. Его губы, мягкие и наполненные жаром, обжигали мои. Целовал решительно и мстительно, буду хотел через этот поцелуй показать, как же его сильно достала моя нерешительность. По голове будто чем-то тяжелым стукнули от такого чувственного поцелуя…Он с силой закусил мою губу. Слетевший из горла стон устремился ему в рот. Прижалась к нему и не хотела отпускать.
Обида больно сжала сердце. Мы целуемся, но мы не пара. Мне стало неприятно ощущать, как его губы поглощали мои в ненасытном поцелуе, но в то же время от пяток до ушей промчалась приятная волна наслаждения. Я упивалась этим поцелуем.
Ненавижу эти смешанные чувства…ненавижу!
Донесся до ушей голос громкоговорителя, что поезд тронется через пять минут.
Эдгар оторвался от моих губ. Держа мое лицо в плену своих теплых рук и заглядывая в глаза, он выдохнул:
— Хочу быть с тобой.
Я нервно прикусила губу, чувствуя, как растворялась почва под ногами от его глубокого пристального взгляда.
Эдгар проговорил:
— Если еще раз укусишь себя за губу, то я это сделаю за тебя.
Неосознанно сжала нижнюю губу зубами, и Эдгар яростно впился мне в губы, целуя с такой страшной силой…аж потеряла равновесие и повисла в его руках, как тряпочная кукла.
— Провожающие, на выход! — крикнула проводница.
Эти слова прогремели подобно грому. Эдгар, учащенно дыша, оторвался от моих губ и сказал:
— До следующей встречи.
А она будет только в двадцатых числах января…если я выберу его…
Парень быстро зашел в вагон. Увидела, как он подошел к окну и помахал мне на прощание. Робко улыбнувшись, помахала рукой в ответ, и поезд потихоньку тронулся на север, отдаляясь с каждой секундой все дальше и дальше…
А губы продолжали гореть от поцелуя и молить его продолжить.
***
Когда на часах стрелка близилась к семи вечера, встретилась со Стасом возле его вагона. Алена решила подождать меня внутри железнодорожного вокзала, после мы пойдем на каток. Но я уже передумала туда идти. На улице сильно похолодало, ветер злобно несся по местности, разбрасывая хлопья снега.
Стояли с парнем возле вагона. От мороза у нас щеки залились красными пятнами. Продрогла от холода и мечтала нырнуть всем телом в горячую ванну.
— Я бы тут жить не хотел, — добавил Стас, — очень холодно.
— Представляешь, я пол восьмого шла в школу, когда на улице было минус сорок. — с усмешкой сказала я.
— Ужас. — покачал головой Стас.
Он обнял мое лицо ладонями, скрытыми за кожаными перчатками и внимательно заглянул в глаза.
— Как ты после вчерашнего? — беспокойно оглядел мое лицо.
Я нервно глотнула:
— Да нормально…
— Я хотел спросить. Вот ты переспала с нами двумя. Это…помогло тебе определиться?
Я мрачно опустила взгляд на свои черные пушистые угги, на которых застыло несколько снежинок.
Стас поджал губы от моего молчания.
— С кем тебе больше понравилось? — не унимался парень.
Я тяжело вздохнула:
— Стас, есть одна проблема…она не даёт мне больше ни о чем думать! — резко воскликнула.
Его глаза в недоумении расширились. Я продолжила:
— Я хотела это утаить ото всех, но об этом уже все узнали…короче, я завалила экзамен по русскому, и меня отправили на комиссию.
Стас слегка смягчился и робко улыбнулся:
— Комиссия? Нашла чего бояться.
Я хмуро уставилась на парня.
— Сдавать будешь другому преподу. Подучи хорошенько и все. Бояться вообще нечего.
— Я просто не знала… — растерянно пожала плечами.
Но тут парень нахмурил брови:
— А как ты умудрилась завалить? Ты же готовилась.
— Ну вот так, препод меня завалила. Андрею поставила три, а мне да.
Стас мрачно сдвинул брови. В его глазах мелькнул злобный огонек:
— Я бы на нее пожаловался. Ибо чё это за херня? У тебя одни пятерки и комиссия! Это ненормально!
— Да ладно уже, — я быстро махнула рукой. — я сдам комиссию, все будет в порядке.
Стас покачал головой:
— Дело в том, что, если ты пришла на нее с неудовлетворительной оценкой, выше тройки тебе не поставят.
Промчавшийся сквозь мою фигуру, укутанную пуховиком, холодный ветер, не вызвал армию мурашек. Холодок пробежал по спине от услышанных слов.
— А пересдать потом можно? — не понимающе спросила.
— Да, — кивнул Стас. — Но это лишний стресс.
Я огорчённо вздохнула. Парень прижал меня к себе.
— Могла сразу рассказать. — выдохнул он, уткнувшись носом в мои волосы. — Не понимаю, чего ты боялась.
— Хотела закрыть все на пять… — расстроенным голосом промолвила я, — и тут два! — яростно воскликнула и стукнула ногой по снегу.
Стас крепче обнял к себе и произнес трогательным голосом.
— Ну произошла такая неприятная ситуация, но что поделать? Она поправимая. Ты сдашь, я в тебе не сомневаюсь.
Я благодарно улыбнулась парню. Тут крикнула проводница:
— Провожающие, на выход!
— Нужно уже идти… — начала говорить я, но тут Стас не дал мне закончить. Парень впился мне в губы и начал жадно целовать. В этом поцелуе безумно переполнилась смесь непреодолимого желания, сильной любви и ослепляющей страсти. Голодный, горячий, с нотами отчаяния, со страхом потерять меня.
Не хотела чувствовать его губы на себе, не хотела, чтобы он прижимался ко мне. Я пыталась оттолкнуть его. Горько обдали в груди воспоминания о поцелуе с Эдгаром. Я не должна сейчас захлёбываться во втором поцелуе…мне тошно от того, что парни прижимаются к моим губам с таким страшным порывом…чувствовала себя просто отвратительно…
Хотела оттолкнуть его, но не смогла. Сломалась под силой этого поцелуя. Оно выпустило на волю огромным взрывом мои чувства к парню. Прижалась к нему и ощутила, как он под курткой напрягся.
— Люблю тебя, — промолвил он и погладил пальцем мои губы.
— Ты меня встретишь на вокзале? — спросила я, ощущая, как его палец надавил на нижнюю губу, а глаза восхищенно блеснули.
— Конечно. — томно прошептал он. — Буду ждать тебя…и надеюсь ты уже определишься.
Приоткрыв пальцем мой рот, напал, обхватив своими губами мои, начал целовать со всей яростью, обводить верхнюю губу языком, направляя его в рот. Нервные окончания внутри взорвались, и я снова обмякла в руках…только в других руках.