Война жреца. Том I (СИ)

— Портного?..
— Ну не в таком же виде нам показываться на глаза королеве, в самом деле, — упрекнул я растерянную девушку.
Лу все это время только тихо давила лыбу где-то у меня за спиной.
— Все, не теряйся. Риса, ты слышишь меня? — я привлек внимание расфокусированной волшебницы, которой все происходящее было, мягко говоря, в новинку, — мы в соседних апартаментах. В крайнем случае, если потеряешься — просто громко думай в мою сторону. Или в сторону Лу. Поняла?
Огневичка кивнула и я почувствовал, как к ней возвращается самообладание и смелость. Ее не бросали, спутники-учителя рядом, так что все будет хорошо. А перед встречей с королевой на самом деле стоило бы привести себя в порядок.
Примерно тот же план был и у нас с Лу. Конечно, чистые до скрипа и распаренные после горячей ванны, мы нехорошо покосились в сторону спальни, но с сожалением решили, что всему свое время. Пока — дела. Даже если Сания не явится в посольство прямо сегодня, нас ожидала встреча с Арваном и Айрин.
Зашел портной, у которого очень удачно нашлись подходящие даже на меня костюмы, не говоря уже о стройных и вполне стандартных по габаритам Лу и Рисе. Так что когда через несколько часов в дверь постучался смуглый вышколенный слуга и пригласил нас в кабинет арха, мы трое были абсолютно готовы.
Еще до того, как мы вошли внутрь, я почувствовал, что Сания все же вырвалась к брату. Королева была внутри и находилась в возбужденном ожидании.
Арван и Айрин разместились на небольшом диванчике, Сания же расположилась в просторном гостевом кресле.
— Антон! Ну к чему это! — вместо приветствия сказал Арван, указывая мне на берет.
Я как-то по привычке маскировался даже в посольстве Ламхитана.
— Не теряю бдительности, мой друг, — ответил я ему и тут же поклонился Сании.
— Ваше Величество.
Я уважительно поклонился, сопровождавшие меня женщины — сделали небольшой реверанс.
Королева Клерии молча встала со своего места и подошла ближе, заглядывая мне в лицо.
— Знаешь, я Арвану не верила, но ты и в самом деле ни капли не изменился, барон Тинт. Я так рада тебя видеть! — сказала молодая женщина и легко приобняла меня за плечи.
От физического контакта меня захлестнуло волной эмоций и воспоминаний королевы. Все было очень, очень плохо и Сания на самом деле радовалась тому, что я внезапно появился на горизонте. Ведь из той жопы, в которую загнал себя и жену Кай Фотен, достать их мог только такой изворотливый кудесник, как я.
  
Глава 8. Жребий
 
Пусть королева и была ограничена во времени визита, разговор получился долгим и очень тяжелым. Но началось все с вопросов ко мне.
— Антон, не представишь своих спутниц? — спросила королева.
— Конечно. Это моя жена — Лу и ученица, последний архивариус Академии и маг огня, Рисанриэль.
— Жена? — вырвалось у Айрин.
— Вижу, ты в изгнании время не терял, — улыбнулась Сания.
— Как сказать. Мы вместе уже больше десяти лет, — подколол я королеву.
В комнате повисла тишина. Пять лет назад ни Айрин, ни Сания, ни слова не слышали от меня о существовании Лу, да и при дворе считалось, что я — холостяк. А тут изгнанный барон заявляет, что еще со времен войны с Паринией женат.
По глазам и мыслям Сании я понял, что она вспомнила что-то из рассказов короля о событиях той войны. Что со мной была девушка, с которой мы вместе вели дела по лото и вообще, сражались бок о бок.
— Ясно, — к королеве вернулось самообладание, — давай перейдем к делам.
В первую очередь королева уверила меня, что Орвист жив-здоров и с ним все в порядке. Просто сидит в камере и ожидает суда, дата которого назначена еще не была. Потом Сания стала рассказывать о том, что происходило при дворе после моего изгнания, как страна провела войну с Бренном и какая череда событий привела к аресту Орвиста де Гранжа. Спустя примерно час королевского монолога, который я изредка перебивал уточняющими вопросами, Сания тяжело откинулась на спинку кресла и спросила:
 
— Что будем делать?
Ситуация была не аховая, ситуация была отвратительная. Предпосылки к текущему кризису власти — а это был именно он — появились в тот же год, когда меня выгнали из Клерии. А началось все с того, что Кай почувствовал в себе изворотливого политика.
Вот только король долгие годы находился в политическом вакууме, а потом еще пять лет действовал на свое усмотрение. Единственный вельможа, с которым король реально договаривался о каких-то серьезных уступках и услугах — был я. Все прочее проводилось в рамках стандартной придворной возни и решалось на уровне канцелярии. Но вот когда менталист был устранен, крупнейшие герцоги страны взяли молодого монарха, который только-только женился, в оборот.
Кай принес меня в жертву, чтобы вовремя начать войну с Бренном, но не зря в одном знаменитом фильме говорилось: «утром деньги — вечером стулья». Оказалось, что у высшей знати Клерии есть еще ряд условий для того, чтобы предоставить королю своих солдат.
Основная проблема — интеграция финансовой системы Республики в финансовую систему королевства. Многие сделки проводились через купеческие гильдии Бренна, а знать охотно хранила в республиканских представительствах свои сбережения под процент, либо просто с целью быстрого обнала по требованию. И чем больше была сумма, тем меньше был процент «за обслуживание», типичная банковская система.
Так что когда король на радостях, что все сложилось как нельзя лучше, и он выкрутился из непростой ситуации с бароном Тинтом, начал собирать войско, выяснился пренеприятный факт: вельможи требуют гарантий возврата своих средств за счет полученных трофеев. Нет, множество аристократов сняли максимально возможные суммы со своих векселей, вся наличность из клерийских и паринийских представительств бреннского купечества была буквально сметена. Вот только на руках у крупнейших землевладельцев королевства осталось векселей на общую сумму в почти миллион золотых кло. Я когда услышал цифру, чуть не подавился.
— Это ты сейчас серьезно? — переспросил я королеву.
— Абсолютно.
— И откуда у них столько?
Сания только пожала плечами, все остальные же, затаив дыхание, внимательно слушали. Риса вообще боялась сделать лишний вдох, только чтобы не выгнали.
— Без понятия, Антон. Как и Кай был без понятия. Но гарантии пришлось дать.
— Дай угадаю. А когда вы стали пилить Бренн на части, денег в Республике не оказалось?
— Ни медяка, — подтвердила Сания. — Общая сумма трофеев клерийской армии за год кампании составила тридцать пять тысяч кло, в эквиваленте. С учетом издержек, конечно. Единственное, что мы нашли и изъяли, как и должны были — долговые обязательства паринийцев.
В этот момент я крепко задумался.
Жили ли купцы на широкую ногу или вывезли золотой запас в неизвестном направлении? Для того чтобы перевести такую сумму в золоте и серебре требовалось бы нанимать отдельный корабль, а может и два. Или этих денег в Бренне никогда и не было? Республика постоянно давала ссуды государствам или крупным землевладельцам, которые возвращались временами со скрипом.
— И я правильно понял, что Кай подписался вернуть все эти деньги своим аристократам?
Сания только печально кивнула.
— Он выступил гарантом и выписал вексели на указанные суммы, получив взамен долговые документы своих аристократов. Больше всего теряли герцоги — Вилсы, Мофоросы и Варнары. На их долю приходится большая часть долга.
— Сколько?
— Семьсот тысяч золотых кло, — ответила королева.
Деньги, деньги, проклятые деньги! Все крутится вокруг бабла. Я был практически уверен, что радостного Кая провели, как мальчишку. Вексели могли быть липовыми, а если вклады и существовали, то не в таких же объемах! Я был владельцем высокомаржинального бизнеса в Таллерии и знал, что доход герцогства в лучшем случае мог составить тысяч сорок в год, ну пятьдесят. Но ведь есть же еще и убытки, расходы на хозяйство! Хорошо, если чистыми в сундук может лечь тысяч двадцать ежегодно. На троих — тысяч пятьдесят. Это что, получается, они ничего на себя толком не тратили и все клали под бреннский матрац? Не верю! Пятнадцать лет аскетизма от крупнейших герцогов, которые тоже во время войны с Паринией поиздержались, кстати говоря — это что-то из разряда фантастики.