Рейд, дающий надежду 2.2 (СИ)
— С Соколовым хреново вышло, — поморщился Мясников: — Главное, чтобы он никого не сагитировал выступить. Лишние жертвы не нужны. Что с Центральным гарнизоном?
— Пробовали колонну выгнать, но Батины танкисты их с пулеметов причесали немного. Спрятались обратно. На связь не выходят. Такое впечатление, что ждут чего-то.
— Хреново.
— А сам как съездил? — задал вопрос Самойлов.
— Да, нормально все. Перетер с Мельниковым. Менты дергаться не будут, — отмахнулся Мясников.
— Хорошо. Кстати пошли доклады по применению детекторов. Работают. Уже 8 агентов выловили. Правда, двое умерли от применения прибора, — похвастался Самойлов.
— Да уж, живодеры, — Мясникова передернуло. Приехав несколько часов назад в Институт, он застал там суету. Спешно прибывали инженеры и техники, выдернутые из уютных кроваток неугомонным директором. Сам Михельсон возбужденно носился по лаборатории, периодически подбегая к столу и наливая осоловевшему подполковнику Чугуну очередную рюмку коньяка. В кресле сидел слегка опухший Самойлов и задумчиво поглядывал на Егора. Он то и прояснил недоумевающему генералу смысл творившегося безобразия, виновником которого нечаянно стал подполковник Чугун. Устав от написания доклада, он взял да и спросил у ломавшего голову над проблемой выявления агентов Чужих Михельсона, нельзя ли просто вывести из строя устройство в голове каким-нибудь мощным источником излучения. Например, микроволновкой. Директор Института сперва хотел послать его вместе с идиотскими вопросами куда подальше, но, внезапно замерев на целых две минуты, вдруг метнулся в угол своей лаборатории, достал бутылку и стопки. Молча подошел к подполковнику, крепко обнял и налил коньяка. И лишь когда офигевший подполковник выпил, объяснил ему всю гениальность его идеи. Оказывается, обычная микроволновка устройству Чужих сделать ничего бы не могла, не те частоты. Да и зажарить устройство вряд ли получится. Уж слишком хорошо органика впитывает сверхвысокочастотные излучения. Дело, конечно в мощности. Если переборщить, то можно и мозги вскипятить. Но вот, если взять магнетрон от старых армейских радаров, то ситуация будет выглядеть совсем иной. На частотах кратных используемой Чужими частоте в 2.8 терагерц, возможно повлиять на приемные контуры устройства. Вывести из строя или заглушить. Все дело в подаваемой мощности. И расстоянии.
Вывалив на Егора кучу цифр, терминов и единиц измерения, Михельсон куда-то унесся, не забыв перед уходом налить Егору еще рюмку. Вернулся он спустя полчаса крайне возбуждённый, бросился к компьютеру и принялся возиться с какой-то программой, рисуя в ней непонятные значки и цифры. Через некоторое время два небритых инженера в местами прожженных комбинезонах втащили в лабораторию непонятную кучу железок с проводами, которую Михельсон приказал разместить на столе. Собрав воедино монструозно выглядящий девайс, инженеры подключили его к компьютеру, после чего подали питание и бочком ретировались из комнаты. Суетившийся Михельсон даже и не заметил их исчезновения. Он бы всецело занят устройством. После пары неудачных включений, в ходе которых что-то сгорало, и даже выстреливало искрами в потолок, а после оперативно восстанавливалось вновь привлеченными к работе тихо матерящимися инженерами, устройство все же тихо загудело. Потыкав в компьютер, Михельсон сел за телефон, и спустя пятнадцать минут двое спецназовцев втолкнули в двери задержанного пленника. Следом за ними приперлись и отчаянно зевающий Самойлов с тенью следовавшим за ним Николаем. Пленник был усажен на стул и крепко к нему привязан. Директор Института самолично приступил к испытаниям. Он направил блестящую цилиндрическую штуковину на пленника, приспособив для точного позиционирования стопку книжек. Включил свое устройство и принялся играться с компьютером. Пленник молча сидел изредка, что-то пытаясь говорить, но через плотно сидящий на голове мешок сделать это не получалось. Спустя несколько минут издевательств над пленником и зрителями, по выражению Самойлова, результат был получен. После очередной манипуляции с кнопками компьютера пленника затрясло. От бивших его конвульсий он свалился на пол вместе со стулом и, выйдя из зоны действия прибора затих. — Мертв, — сообщил оперативно метнувшийся к нему Николай. Действительно, пленник был мертвее дерева, из которого был изготовлен стол, на котором располагалась погубившая его штуковина. Для чистоты эксперимента была оперативно добыта крыса, которую пришлось из клетки пересадить в стеклянную банку. От погубившего пленника невидимого излечения крыса хоть и беспокойно металась, но умирать не спешила. После опытов над крысой, вошедший в раж Михельсон недобро посмотрел на наблюдавших за экспериментом зрителей. Столкнулся взглядом с угрожающим взглядом Николая и задумался. К счастью ему на помощь вновь пришел Егор, всё прекрасно понявший и вызвавшийся стать добровольцем. Приняв еще одну рюмку коньяка для храбрости, он уселся перед прибором. Михельсон перекрестился и включил. Егор продолжал сидеть, как ни в чем не бывало. Лишь пожаловался, что лоб печет. На этом, испытания были признаны успешными, а прибор действующим. Егор получил ещё одну рюмку коньяка и шоколадку на закуску от запасливого генерала Самойлова, инженеры — команду срочно собрать компактный прототип устройства, работающий на фиксированной частоте в 701 ГГц. Как оказалось, именно на этой частоте устройство в голове агента не выдержало издевательств и крякнуло. Так же мощность устройства следовало снизить в 10 раз, но предусмотреть возможность регулировки. Инженеры почесали головы, заверили руководство, что родить компактный вариант вполне можно и утопали рожать.
В этот момент и нагрянул в грозивший стать кузницей победы над Чужими Институт генерал Мясников. Вдоволь повосхищавшись и поматерившись, он хряпнул с героем сегодняшнего дня Егором стопочку коньяка и утопал встречать прибывших на зов генерала Самойлова полковников Ворошилова и Брюханова. Тут же, не отходя далеко от кассы, устроили военный совет, на котором важно развалившийся в мягком кресле генерал Самойлов поведал всем о своем видении ситуации с учетом последних данных. До хрипоты поспорив, все же утвердили изменения в план операции. Резко уставший после победного мозгового штурма Михельсон выдал военным ведущего инженера по производству и утопал спать, напоследок накатив с уже почти не вяжущим лыка Егором рюмашку. Инженер заверил, что штук десять устройств в течение трех часов собрать вполне реально. Проверить в действии, правда, будет затруднительно за неимением подопытных агентов, но точно выдержать заданные Михельсоном параметры они смогут. За сим, он был отпущен рожать и обеспечивать, генералы принялись строчить послания командирам задействованных в операции частей, а вскоре и сами отправились в штаб операции, чтобы оттуда руководить процессом. Мясников же убыл на встречу с руководителем Управления общественной безопасности, в просторечии милиции генералом Мельниковым. «Менты» явно не примкнули ни к одной из сторон, и необходимо было лично проконтролировать, чтобы никаких неожиданных телодвижений от них в эту ночь не последовало.
— Сколько задержали уже? — очнулся от воспоминаний Мясников.
— Около тысячи человек. Всех разместили в бывшем СИЗО на Караваева. Медики следят, чтобы никто не очнулся. Недавно завезли еще лекарств. Я туда отправил техников с двумя приборами. Пусть начинают проверять задержанных, — доложил Самойлов.
— Добро, — сказал Мясников и повернулся к зависшим над картой полковникам: — А вы там чего задумались?
— Не нравится мне ситуация с гарнизоном. Наблюдатели докладывают, что внутри какое-то шевеление идет. Технику выгоняют. Если они дружно с двух сторон на прорыв пойдут, то можем не удержать, — мрачно ответил полковник Брюханов.
— Придется, тогда ракетами гасить, — поддержал Ворошилов.
— Не хотелось бы, — задумался Мясников: — А если поговорить с ними?
— Они на связь не выходят. На запросы не отвечают, — ответил Батя: — Мы посовещались с товарищем Ворошиловым и предлагаем два батальона мотострелков дополнительно подтянуть к гарнизону, усилить моих танкистов.