Рейд, дающий надежду 2.2 (СИ)
— Обойдешься, — ответил ему Семён, снова порылся в аптечке и достал ампулу. — Вот тебе вместо самогона. — Зарядил содержимое ампулы в шприц и шустро поставил Деду укол.
— Щас тебе хорошо будет, — пообещал он.
Вскоре Дед и впрямь расслабился, закрыл глаза и, судя по его довольному лицу, ему стало легче. По крайней мере, страдальчески морщиться он перестал.
— Леха, держи его за руки и голову. Ворчун, за ногу берись. Вот так. Двумя руками. Держи крепко. Славка, свети, — принялся раздавать указания Семён. Парни зафиксировали Деда, Семён взялся за обоими руками за ступню.
— Держим! — скомандовал он и, осторожно принялся вправлять сломанную кость, немного оттягивая на себя ступню. Дед попытался забрыкаться, но Ворчун с Лехой держали крепко.
— Готово, — отпустил деда Семён. Нога теперь выглядела почти как новая, не считая жутких синяков и распухшей лодыжки. Семён осторожно пощупал кости, вызвав недовольный рык Деда.
— Вроде на месте, — не нащупав ничего подозрительного, Семён счел процесс завершившимся успешно.
— Суки! — простонал Дед: — Нахуй я с вами поехал. Сидел бы танки в полку ковырял…
— Отомстить ты поехал. За пацанов погибших. Тварям, эту херню устроившим, лица разбить, — не открывая глаз, зло сказал валявшийся неподалеку Славка: — Так, что, хули ты ноешь.
— Я на жизнь жалуюсь. Сема, вколи мне ещё такой хрени.
— Не, Дедуля, не положено. Попозже таблеточку выдам, — обломал его Семён.
— Эх, самогонки не дают, укол не дают. Папе на вас пожалуюсь, — обиделся Дед.
— А ведь они нас так и не догнали, — у Лехи из головы за бешеными событиями дня совсем вылетел из головы пропавший в полном составе экипаж командирского танка. Плюс укушенная в одно место девчонка.
— Не догнали, — грустно подтвердил Славка.
В повисшей тишине Семён молча обработал ногу Деда и натянул надувной бандаж. Собрал свои медицинские причиндалы, запнул в костер попавшую под ногу палку и не спеша утопал в темноту.
* * *Хмурый дождливый день давно уже перешел в прохладный сырой вечер. Темнота окутала землю, сковав в неподвижности капли воды на намокшей траве, заставив неподвижно замереть кроны деревьев и печально затихнуть в своих норах и гнездах многочисленных обитателей ночного леса.
Одинокая ворона с опаленным войной хвостом уселась на дуло замершего на поле давно уже знакомого ей гигантского железного монстра и уставилась своим блестящим черным глазом на одиноко сидящего на броне человека. Идиот, тут же холодно и сыро. Иди к костру, человек, там тепло и светло, там дают неведомое вкусно пахнущее лакомство со странным названием "ту-у-шняк". Ворона резко каркнула. Человек встрепенулся и резко поднялся. Спрыгнул с танка и не спеша пошел к своим. Ворона довольно покивала головой. — Вот умница, послушный.
Егор очнулся от раздумий от неожиданно прозвучавшего совсем рядом вороньего карканья. Уже стемнело и вырвавшая его из тоскливого самокопания ворона появилась как нельзя вовремя. Сколько он тут проторчал, осматривая подбитую технику Чужих и пытаясь понять причины их странного поведения. Почему они сразу не напали, почему сбили собственного Охотника, атаковавшего сзади? Почему мы вообще выжили? С таким численным перевесом разнести три танка для Чужих, было делом нескольких минут. Егор вспомнил ту мрачную обреченность, с которой ловил в прицел Чужих. Нет, он не надеялся тогда выжить, и даже с каким-то нетерпеливым сожалением ждал конца. Конца всему. Жизни, их затянувшемуся рейду. И потаенной мечте. Мечте о победе. Даже не мечте, а, так, робкой где-то в глубине промелькнувшей мысли, что они сделали шаг, чтобы понять Чужих. Шаг познать врага и найти его слабые стороны. И, может быть, победить. Когда-нибудь.
Плюнув на бегущие уже черт знает, по какому кругу мысли, Егор ускорил шаг. Вышел в затихшему лагерю. Сидевший в тени под деревом, укрытый куском сливавшегося с ночью брезента Мохер, махнул ему рукой и принялся дальше бдить. У костра сидели Славка с Лехой и, тихонько переговариваясь, пили чай. Все остальные разлеглись поближе к костру и спали. Егор кинул взгляд на по-прежнему не пришедшую в себя Диану и подсел к парням. Порылся в рядом стоящем рюкзаке, достал банку тушенки, открыл и принялся уничтожать содержимое.
— Как успехи, — спросил Леха.
— Непонятно. Всё облазил. Всё как обычно. Никаких трупов Чужих не видно. Никаких отсеков для перевозки пленников. Хотя, большая часть Чужих выгорела под ноль, — доложил Егор о результатах своего расследования.
— Так может, действительно, у них просто что-то поглючило, и они не атаковали? — спросил Славка.
— А зачем тогда своего сбили? Не, они действовали по четкому плану, а когда тот Охотник начал нас мочить, они его тут же снесли. Я осмотрел всё на поле боя. Мои выводы — они хотели нас остановить и взять в плен. Смотри, они били, в основном, по двигателям. Славке сбили гусеницу. Но ведь они же обычно глушили ракетами экипаж, жгли лазерами башни. А тут, словно специально, стреляли в железо. Нам все танки вынесли, а двухсотых ни одного.
— Ну да, странно как-то, — согласился Леха: — Значит, тот Охотник не получил приказ и был сбит. А почему тогда сюда еще не притопала толпа Чужих, чтобы нас захватить? Мы ж сейчас даже сопротивляться не сможем?
— Может, кончились Чужие в округе? — предположил Славка.
— Может, и кончились, а может прямо сейчас нас Охотники окружают, — сказал Егор.
Леха задумчиво посмотрел по сторонам, потянулся к карману и достал исковерканную пачку сигарет. Задумчиво заглянул внутрь и кинул её в костёр.
— Славка, дай сигарету? — попросил он. Славка молча протянул ему открытую пачку.
Закурив, Леха глянул на уставившегося на огонь Егора и сказал: — Знаешь, мне похуй. Что там Чужие задумали, что они с нами делать хотят. Завтра мы погрузимся в единственный танк и рванем до базы. Там заберем технику и доберемся до Новосибирска. Доложим, как есть, и пускай умники думают. Я заебался. Единственное, что меня беспокоит — это Диана. И оставшиеся в Поречье. Почему они нас не догнали. Даже если Пашку не нашли, они же должны были рвануть за нами. Может быть, их тоже Чужие там намотали? Тогда — жопа. У них там не было бы шанса даже от взвода Охотников отбиться.
— Это моя вина, — сказал Егор, не поднимая головы: — Я настоял, чтобы срываться в Город, и, причем по кратчайшему маршруту. И в результате мы угодили прямо в засаду.
— Ерунды не говори, — перебил его Леха: — Всё мы правильно делали. Ты же сам говоришь, что Чужие ведут себя неправильно. И вот кто мог предугадать, что они нас захотят поймать? Никто. Так что не вини себя, Егор.
— Пашку мы бросили, — упрямо сказал Егор.
— Ну и что? — спросил Славка: — Он немаленький уже. Решил с бомбами наперевес побегать, кто ему мешать будет? А если бы мы все там остались и продолжали поиски, кто знает, может и туда бы толпа Чужих по наши души нагрянула. А так, даже больше шансов. Может, они вообще по другому маршруту двинули и уже к Городу подъезжают.
— Ладно, хорошо херней страдать, — Леха поднялся и потянулся: — Давайте спать, завтра, чую, день веселый предстоит.
Глава 7. Возвращение
— Рота, подъем, — ворвался в тяжелый мутный сон негромкий голос Лехи. Олег резко открыл глаза, непонимающе глядя на чью-то спину перед носом. Спина резко поднялась, открывая нерадостный вид на стоящий меж темнеющих деревьев утренний туман. Еще не рассвело, и поднявшаяся в разбуженном лагере суета разгоняла безмолвие затихшего леса.
— Как она? — послышался вопрос Мохера.
— Все так же, — усталым голосом ответил Леха. Он так и не смог уснуть вчера и просидел почти всю ночь, дежуря возле Дианы. На все попытки отправить его спать, он спокойно и твердо посылал всех куда подальше. И теперь он сидел рядом с ней, задумчиво глядя в еле тлеющие угли прогоревшего костра.
— Олега, ты кому дрыхнешь? — поинтересовался подозрительно бодрый Ворчун, нависая заслоняющей свет глыбой над головой.