Моя жена – ведьма. Дилогия (СИ)

Нападающие остановились. Может быть, никогда не видели голых психов, может быть, моя речь их вправду чем-то заинтересовала… Ну, раз слушают, я продолжил:
— В огне постоянной борьбы за общечеловеческие ценности, за равные права для всех рас и национальных меньшинств, за повсеместное уважение каждого индивидуума, самоценности и исключительности каждой конкретной личности закаляется душа народа. Да, жертвы были и будут! Да, нас всячески пытаются замолчать, остановить, уничтожить, но никто… вы слышите, никто не в состоянии изменить неумолимый путь эволюции человеческого разума! А те, кто пытается жалкими потугами остановить раскрученный маховик истории, — обречены на бесславную кончину, ибо нет в мире сил, способных остановить то, что мы именуем реалиями сегодняшнего дня!
Вампир в милицейской форме одобрительно захлопал, остальные, подумав, тоже поддержали меня сдержанными аплодисментами. Я перевел дух…
— Серега, по-моему, они приняли тебя за своего. Ты рубишь международную обстановку на ходу, сечешь политграмоту, как семечки. Вроде ничего определенного не сказал, а какое впечатление… Где так настропалился?
— Студентом состоял в комитете комсомола…
— М-минуточку, молодой человек… — обратился ко мне мужчина в очках, пряча за спину руки с ухоженными когтями. — Боюсь показаться навязчивым, но развейте некоторые сомнения присутствующих, вы ведь не из наших?
— Да, я не местный. Приехал только вчера, впервые в вашем Городе, однако это ведь не причина…
— Он не это имеет в виду, — встрял в разговор представитель охраны правопорядка. — Гражданин, ваши документы, попрошу.
— Ага, сейчас достану! — огрызнулся я.
— Понятненько… Попрошу пройти в отделение.
— Еще чего?! Никуда он не пойдет. Знаем мы ваши отделения, один себе всю кровь заграбастать хочешь! Фигу! Здесь на месте и разделаем, — возмущенно загомонил народ, но высокий опять перебил всех:
— Молодой человек, а как вы, собственно, сюда попали?
— Есть не будете? — устало вздохнул я.
— Будем, но позднее. Нам все-таки интересно, откуда вы такой взялись и зачем разгуливаете в обнаженном виде по нашему Городу?
— Ладно, в двух словах… Меня привела сюда жена, она ведьма, живет… не очень далеко, на… не знаю какой улице. Утром мы повыясняли отношения, в результате чего я оказался под балконом не совсем… одетый.
— Вы — муж ведьмы? — почему-то удивились все. — Но ведьмы не выходят замуж. Они могут иметь кучу любовников, но законного мужа — никогда!
— Тем не менее… Наташа моя жена, а я ее муж. И это правда.
— Это не может быть правдой. — Мужчина поправил очки и понизил голос, словно выдавая страшную тайну. — Все предания утверждают, что муж ведьмы, если таковой действительно существует в природе, должен быть самым могущественным колдуном нашего века. С его разрушительной мощью не сравнится никто! Уж не хотите ли вы убедить нас, что вы и есть тот самый колдун?
— Да, — честно соврал я.
Мужчина жестом утихомирил разволновавшуюся толпу, снял очки, протер стекла платочком и, вновь водрузив их на нос, обратился ко мне:
— Докажите.
— Это небезопасно.
— Понимаем. Но если вы и вправду муж ведьмы, то возможные жертвы эксперимента вас не остановят, если же нет…
Тут он улыбнулся. На мгновение мне показалось, что у него вместо зубов заточенные полосы стали… Дыхание исчезло, я почувствовал, как вновь сдаю позиции животному страху. Первые строчки дались с трудом, но потом голос вернулся, и я дочитал так, словно от этого зависела моя жизнь. В критической ситуации каждый открывает в себе такие возможности…
 
 
Падает небо ажурным дождем,
 
Бывшее некогда синим.
 
Мы умираем, творим и живем
 
В мире изломанных линий.
 
 
 
Как силуэт, отраженный в окне
 
Долгой вагонной дороги,
 
Изморось дней в очищающем сне
 
Взвесят небрежные боги.
 
 
 
И подведут неучтенный баланс
 
С уймой ошибок на бланке,
 
Щедро отдав подвернувшийся шанс —
 
Встретиться на полустанке.
 
 
 
Там, где грохочет на стыке ветров
 
Бешеный поезд Вселенной,
 
Мы разглядим неземную любовь,
 
Ставшую гордой и тленной…
 
 
 
Мы улыбнемся, почувствовав связь
 
Судеб, как вечных истоков.
 
Злоба уйдет, и отмоется грязь,
 
Ты уже не одинока…
 
 
 
Не уходи! И тогда и теперь
 
Висну плющом на балконе
 
И обреченное время потерь
 
Пересыпаю в ладонях…
 
 
— Кажется, дождь начинается, — неуверенно протянули две девушки-вамп.
 
— И земля качается как-то подозрительно, — в тон им добавил побледневший милиционер. — Эй, колдун, а как это твое заклинание срабатывает?
— Не знаю, — пожал плечами я. — Каждый раз по-разному.
— Суду все ясно, — твердо объявил мужчина в очках, глядя на трещины, появившиеся невесть откуда в асфальте. — Этот человек — наш человек. Он действительно достоин называться мужем ведьмы. Предлагаю от лица всех присутствующих выразить ему нашу общую благодарность за такое представление. Извините, что не поверили сразу. Надеемся, никаких обид и недоразумений? Вот и замечательно. Рекомендую всем откланяться.
— Чаво?! — громко переспросила когтистая бабка.
— Бежим отсюда, вот «чаво»!!!
Дождь хлынул со страшной силой, подземные толчки взорвали тротуар, выворачивая черные плиты, тучи приобретали очертания древнегреческих или скандинавских богов и перебрасывались молниями. Неожиданно налетевший ветер сбивал с ног удирающую нечисть. Грохот грома почему-то напоминал мерный перестук вагонных колес. Прямо у моих ног разверзлась глубокая трещина, но, прежде чем я туда свалился, сверху обрушилась веревочная лестница, больно стукнув меня по голове. Где-то высоко на маленьком балкончике мне махали руками Анцифер и Фармазон. Зажмурив глаза, я отважно полез наверх. Природный катаклизм кончился в ту же минуту, как меня, пыхтя, перетащили через перила.
— Пойдемте в дом, Сереженька. Хозяев сейчас нет, так уж мы сами. Фармазон, поищи одежду!
— Циля, не гони лошадей. Пусть лучше сразу в ванную сходит, я уже и душ пустил. Давай в темпе, Серега, пока я кофе с коньяком готовлю.
На этот раз близнецы действовали так ловко и слаженно, что не возникало ни малейшего желания им противоречить. Я даже как-то совершенно не обратил внимания на обстановку квартиры, в которую меня затащили, а следовало бы…
Ванная комната не отличалась ничем особенным. На полочках разноцветные шампуни, душистое мыло, прозрачные баночки с ароматическими солями, на крючках свежие полотенца, чистота вокруг умопомрачающая, вся сантехника блестит так, что глазам больно. Я попробовал теплую воду и влез под душ. Из напряженного тела постепенно выходила усталость, успокаивались нервы, гасло раздражение. Все становилось на свои места. Я просто млел от тихого человеческого счастья. Протянув руку, взял ближайшую бутылочку и от души намылился. Шампунь оказался очень пенистым, пах фиалками и невероятно бодрил. Именно бодрил: по всему телу разлилась упоительно-здоровая легкость, словно кровь в моих жилах заменили на игривое шампанское…
Когда наконец я, распаренный и отдохнувший, завернувшись по пояс полотенцем, вышел из ванной, Анцифер и Фармазон ждали меня в гостиной комнате. Ангел держал в руках новый белый балахон, а черт — большой поднос, сервированный на три персоны. Повернувшись в мою сторону, они замерли с открытыми ртами.