Моя жена – ведьма. Дилогия (СИ)

— Любимый, пойдем. — Наташа решительно взяла меня за рукав. — Если они нападут все одновременно, я не сумею тебя защитить.
— Сергей Александрович, умоляю, ради всего святого, возьмитесь за нас с Фармазоном и бежим в другой мир!
— Ни за что! Им и здесь хорошо. Они славно пожили, познали любовь и разлуку, горечь потери и счастье встречи… Зажились, одним словом. Пора, пора… Возвышенная смерть вдвоем, рука в руке, с последним поцелуем под копытами разгоряченных коней… Что может быть романтичнее?
Я схватился за голову. Три голоса, перекрикивая друг друга, обрушились на меня одновременно. Каждый убеждал, грозил, возмущался, увещевал, требовал… Я начинал неторопливо сходить с ума, а всадники неумолимо приближались.
— Мол-ча-а-ать!!!
Близнецы заткнулись мгновенно, один от удивления, другой от восхищения моим командирским воплем. Наташа все восприняла иначе.
— Это ты… мне?! — В глазах моей жены зажглись недобрые огоньки, но, прежде чем она успела произнести еще хоть слово, я запечатал ее губы долгим поцелуем. Во-первых, давно хотелось, а во-вторых, так безопаснее. Если ваша жена ведьма, то стоит научиться останавливать ее гнев до того, как он сформируется в заклинание, превращающее вас, например, в тумбочку.
— Сереженька, а нельзя ли…
— Ну, не лезь, не лезь, зануда! Солдатам еще целых пять минут сюда скакать. Дай людям поцеловаться напоследок. Ля мур — такое дело!..
Я зыркнул на них, вздернув бровь, оба отвернулись, но продолжали перешептываться.
— Любимый… я… уже почти забыла, как ты это делаешь. Я… люблю тебя! Поцелуй меня еще раз…
До нас уже долетали возбужденные крики солдат. Наташа вновь нахмурила брови, а потом неожиданно встряхнула меня, взявшись за лацканы пиджака:
— Сережка, ты же у меня колдун — прочти что-нибудь!
— Точно! — поддержал Фармазон. — А ну-ка, братан, колдани им промеж ушей так, чтоб одуванчики из глаз посыпались. Давай-давай хотя бы в порядке эксперимента…
— Ну же, милый мой, прочти какое-нибудь подходящее стихотворение, иначе они действительно нас растопчут.
— Любимая, сколько раз можно повторять — я не колдун!
— Укушу за ухо, — честно предупредила она.
Я вздохнул и мельком взглянул на Анцифера, ангел невнятно пожал плечами, кивком головы выражая молчаливое согласие.
— Ладно, если вы все настаиваете. Только я не знаю, что бы такое выбрать… Все стихи в основном о любви.
— Маэстро, не кокетничайте, — поторопил черт. — Читайте первое, что взбредет в голову, или нам тут всем обеспечат бесплатный проезд с красивой музыкой… до ближайшего кладбища!
Я откашлялся и с выражением начал:
 
 
Для графини травили волка.
 
Его поступь была легка…
 
Полированная двустволка —
 
Как восторженная строка!
 
 
 
Он был вольный и одинокий.
 
На виду или на слуху.
 
Стрекотали про смерть сороки
 
Беспардонную чепуху.
 
 
 
Упоенно рычала свора,
 
Егеря поднимали плеть —
 
Все искали, где тот, который
 
Призван выйти и умереть?
 
 
 
Нет, любимая… Даже в мыслях
 
Я не буду ничей холоп.
 
Я уже не подам под выстрел
 
Свой упрямый звериный лоб.
 
 
 
И моя негустая шкура
 
Не украсит ничей камин.
 
Пуля — дура? Конечно, дура…
 
Только в поле и я — один…
 
 
 
Все бело, и борзые стелют
 
Над равниной беззвучный бег.
 
Эх, дожить бы хоть до апреля —
 
Поглядеть, как растает снег,
 
 
 
Как по небу скользят беспечно
 
Облака до краев земли…
 
И влюбиться в тебя навечно,
 
За секунду
 
до крика:
 
«Пли!»
 
 
На последней строфе буквально из-под земли вырвался огромный серый волк и, перепугав половину лошадей, ушел влево. Всадники, как по команде, развернулись в погоню, совершенно не обращая на нас никакого внимания. Наташа прижалась к моей груди, задумчиво мурлыкнув:
 
— Это даже еще эффектнее, чем я предполагала. Любимый, ты уверен, что не хочешь заняться магией профессионально? Я познакомлю тебя кое с кем в Городе.
Фармазон и Анцифер снова пустились выяснять, в чье ведомство отнести совершенный мною поступок. Вроде бы на первый взгляд колдовство — великий грех, и значит, победил черт. Но ведь никто не пострадал, и вообще я сам отношусь к себе как к поэту, а не как к чародею. Опять же, спасти Богом данную жену — явно хороший поступок. Я махнул на них рукой. Пока мою голову забивала лишь одна мысль о том, что с этим волком мы уже где-то встречались…
* * *
Я опомнился, лишь ощутив себя в новом мире. Видимо, пока я считал ворон, моя жена успела втолкнуть меня в проем. Вокруг была ночь. Неизвестный город переливался разноцветными огнями неоновых реклам. Мы находились на широкой улице перед старинным русским кремлем. Несмотря на позднее время, в воротах топтались лоточники, вовсю торговали сластями и мороженым, везде сновали празднично одетые люди. Созвездия над головой были совершенно незнакомыми, но невероятно яркими, а воздух дышал теплом и запахом акаций. Не знаю, уж что там напридумал Анцифер, лично мне сразу стало так легко и уютно… Казалось, я жил здесь много лет назад, знаю каждую улочку, каждый дом, каждое дерево и город тоже помнит меня. Наташа ласково потерлась щекой о мое плечо:
— Мы пришли. Тебе здесь нравится?
— Да. Такое впечатление, что я вернулся домой. Если верить в теорию множественности жизней, то наверняка это и есть мой родной город.
— Я так счастлива, любимый… — Она смотрела на меня самыми влюбленными глазами. — Пойдем, наш дом совсем рядом, через две улицы.
Мы шли по тротуару, неспешно разговаривая о чем-то не слишком важном, мимо проносились автомобили, в соседнем парке прогуливались мамы с колясками, фонари светили вовсю, и я уже почти забыл, что попал сюда из несуразного средневековья. Боже мой, да ведь меня там чуть-чуть не затоптали религиозные фанатики, едва не загрыз зверь-оборотень, а потом еще и сжечь собирались… Ну хорошо хоть это все кончилось без эксцессов. Мы с супругой нашли друг друга, я жив-здоров и не намерен больше лезть в экстремальные ситуации, а значит, мы тут немного отдохнем — и назад в Петербург. Можно вздохнуть поспокойнее.
— Хотелось бы погулять подольше, но, честно говоря, я уже столько набегалась за сегодня. Да и ты, бродяга, когда брился в последний раз?
Я провел пальцами по трехдневной щетине, невольно перевел взгляд на жену и ахнул. Крестьянское платье и накидка с капюшоном бесследно исчезли, Наташа красовалась в короткой черной юбке, черном пиджачке с резными пуговичками, черных же туфельках на каблуке, да еще очки на носу в эффектной золоченой оправе. В ответ на мой удивленный взгляд она счастливо рассмеялась.
— Глупый мой, как же мало ты знаешь о настоящей магии. Любая ведьма мгновенно меняет свой облик в соответствии со временем и местом. Не веришь? Вот послезавтра я свожу тебя в Древний Китай эпохи Мин. Там у меня такое роскошное зеленое платье! Ты просто…
Неведомая сила страшно толкнула меня в бок. Я покатился по асфальту в обнимку со своей элегантной ведьмой, а на том месте, где мы только что стояли, визгливо взвыли шины пролетающего автомобиля. Серебристо-серый «мерседес» вывернулся из-за поворота на зеленый свет и мгновенно скрылся в ночи.