"Фантастика 2024-110". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

  
Глава 17
 
Вереница событий, случившиеся после того, как они вернулись из Йерота, Роара утянула в трясину, из которой было не выбраться. Даже вздохнуть у него не получалось. Он тонул, понимал, что надо выплывать, но не получалось, ему казалось, что хуже уже быть не может…
Но Рэтар отдался спасительному для него опьянению дурманом, а Роар видел, что феран погибает, но сделать ничего не мог. Как ребёнок надеялся на непоколебимость своего тана, он всегда видел перед собой его спину, такую крепкую, несгибаемую… верил в неё. А когда увидел сломанного и прижатого болью потери, то понял, что неспособен даже осознать происходящее.
И Роар струсил… оставил всё, чтобы само как-нибудь прошло. Отдавшись работе, веря в то, что если всё сделает правильно, то Рэтар, придя в себя не разочаруется в нём. Скажет, что Роар справился.
А справляться было с чем. Изария была частью Кармии и подчинялась общим законам элата не одну сотню тиров. И вот они свободны. И Роар знал точно, что Рэтар знал бы, что с этой свободой делать, как поступить. Но митар в этом ничего не смыслил. Если бы не Элгор, то Роар бы всё испортил.
Но младший брат был в этом хорош, управление фернатом в отсутствие ферины как таковой ему давалось. Без лёгкости, но всё же получше, чем Роару. И когда они оба немного во всём разобрались, перестали ругаться из-за того, что куда когда и в первую очередь надо делать… новая тревога, а для Роара так вообще беда.
Милена сказала, что она в бремени. И он, идиот, не нашёл ничего лучше, чем спросить от кого у неё ребёнок. Это было таким помутнением — спросил и пожалел, но понятно, что слова назад не вернуть, и лицо Милены при этом… Роару умереть захотелось в этот момент.
Конечно эту обиду она простила, но он себя простить не мог, мучился, сходил с ума. Сам тонул в работе, только бы не думать о том, что натворил и не пытаться осознать последствия.
А потом вернулся Тёрк. Точнее сначала вернулся Брок. Увидел отца, понял, что нет Хэлы и таким злым Роар не видел парня никогда. Сын Рэтара в тот момент стал абсолютным отцом в моменты этой неконтролируемой всё разрушающей ярости, что находила на него так редко, но несла только смерть.
Брок было видно стиснул себя, ничего Роару и Элгору не сказал, только зыркнул на них так, словно взглядом прибил, и ушёл.
И вот через несколько дней в портале возник Тёрк. Брок был с ним. Они вдвоём без лишних слов пошли к Рэтару. Тот был в дурманном сне, и в таком состоянии Тёрк взвалил ферана себе на плечо и отправился в портал.
— Тёрк, — рыкнул Роар, преграждая тану путь. Митара искренне раздражали эти молчаливые хождения. Будто ни его, ни Элгора тут нет и давать какие-то пояснения происходящему хозяевам дома просто нет необходимости.
— Не зли меня, мальчик, — рыкнул Тёрк.
— Какого происходит? — постарался не обращать внимания на угрозу, исходящую от тана, спросил Роар. Правда получить тоже был готов.
— Какого происходит? — навис над ним старший брат Рэтара. — У тебя феран подыхает, а ты у меня спрашиваешь, какого происходит? Это мой вопрос, засранец, — какого рваша, Роар, происходит?
— Я не мог с ним справится, никто из нас не мог, — возразил Роар и глянул на стоящего тут же в коридоре Элгора.
— О, то есть вот в таком состоянии он тебе голову оторвёт? — поинтересовался Тёрк с присущим ему ядом в голосе.
— И что я с ним должен был бы сделать? Под башни посадить? За решётку? — и митар правда не понимал, что он мог поделать с этим состоянием Рэтара.
— Ну, теперь я разберусь, — ответил на это брат ферана. — А ты тут не расслабляйся — или вернётся, или станешь фераном уже по праву наследия.
И Роар хотел возразить, но запнулся. А Тёрк фыркнул презрительно, поправил тело Рэтара на плече и ушёл в портал. За ним почему-то с простынями ушёл Брок.
Ожидание было недолгим. Тёрк вернулся мирт через десять и как бы Роар не злился на него, но помощь старшего брата Рэтара была невероятно дельной и просто благословенной.
Тёрк разбирался во всём — он на деле был полноценным фераном. Если бы у Роара спросили кого вместо Рэтара можно сделать правителем Изарии, то митар чётко и без сомнения сказал бы, что Тёрка.
 
От тана они все так же узнали, что Рэтар отправился искать Хэлу, потому что предположение, что чёрная ведьма с Тёрком или Броком было страшно ошибочным. И теперь Роар, понимающий опасность обряда повязи, стал тонуть в тревоге за жизнь такой любимой им женщины.
До этого он отстранялся от мысли, где Хэла и как она, но теперь отрицать очевидную беду было невозможно. Без Хэлы было плохо. Её действительно не хватало. И мысль, что она не вернётся, погибнет, была невыносимо болезненной. Понимание, что она может умереть, пока Рэтар найдёт её, было для Роара не менее страшным, чем страх перед родами Милены.
Прошла кажется вечность, до того, как над ним, спящим в библиотеке, нависла фигура Рэтара Горана. Роар подскочил, всмотрелся в лицо вернувшегося тана. Митар словно пытался прочесть вернулся он с Хэлой или один, впрочем Роар знал — один бы он не вернулся.
И Роар даже понять не успел, что испытывает от всего этого вихрем налетевшего безумия, но точно стало легче…
— Что ты тут делаешь? — поинтересовалась Хэла. — Утопиться решил с радости? Или расстроен?
Женщина нахмурилась и села рядом с ним на ствол поваленного дерева, что был на берегу Нравы. Вокруг очумелые бегали её хараги, ставшие уже невероятно огромными — ему спины зверей были выше пояса, а Хэле они могли просто положить голову на плечо.
И Роар не переставал удивляться, как такие опасные страшные чудовища, ведут себя с Хэлой, словно они домашние курнаты. Но… и теперь у неё ещё был ханг.
— Нет, — ответил Роар, кажется сам не понял на какой вопрос. Ведьма тоже озадаченно нахмурилась. — Я просто сижу, — пояснил митар.
— Устал? — спросила она ласково и конечно имела в виду общую усталость.
— Да. Но всё хорошо, да, — кивнул Роар. — Теперь.
— Хотела сказать “спасибо”, — повела она головой.
— А? — не понял митар и с вопросом уставился на Хэлу.
— Это же тебе мы обязаны тем, что теперь можно рыбку кушать? — пояснила ведьма. — Ты с Ринтой договорился.
— А, да. Но не я, Войр. Он там счастлив, что можно опять в море выходить. Да и в Ринте… Рэтару надо будет туда попасть в ближайшее время. Я не мог — феран он.
— Угу… — согласно повела головой женщина.
Они помолчали какое-то время глядя на воду. Рядом с Хэлой Роару было спокойно. С её возвращением стало намного легче. Да и то, что Рэтар вернулся, тем более собой прежним…
— Прости меня, — тихо проговорила ведьма, погладив его по плечу.
— За что, Хэла? — оторвался от своих мыслей митар. — Перестань.
— Нет, — заупрямилась она. — Я бросила вас и тем самым сломала вам ферана.
— Это…
— Моя вина.
— Нет, перестань, — и Роар действительно не винил Хэлу ни в чём, он понимал, что что-то серьёзное произошло, да и как-то чувствовалось, что после того, что случилось в Йероте, ей будет сложно вернуться.
— Поферанил за него, — ухмыльнулась она своей привычной тёплой кривой улыбкой.
— Поферанил? — переспросил он странное слово, потом тоже ухмыльнулся. — Хм… да… Это было тяжело. Не знаю, как он, как у него выходит. День суда был вообще каким-то ужасом.
— Что случилось? — спросила Хэла.
— Мальчишка забил отца из — за того, что тот на ним издевался, — нахмурился Роар, вспоминая весьма болезненную для него ситуацию. — У него не было матери, а отец… уродом был. И надо было этого паренька судить. И…
— Что ты сделал?
— Хм, я готовился. Заранее же всё знаешь. И я сон из-за этого мальчишки потерял. Думал, что… да понятия не имел, что делать, Хэла. А потом посмотрел на него. Они дети ферната, дети ферана. Мальчик как бы его сын. А в тот момент мой сын. И я… я бы сам его отца порвал, но раз так.
И Роар повёл плечами, шеей. До сих пор чувствовал себя странно.