"Фантастика 2024-110". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Праздник цветения в Каянте всегда был связан с брачными обрядами обвязания. В последующие две мирты после праздника эйолы только и делали, что обвязывали знатных и не только. Чьи-то браки уже были сговорены и даже выплачены дани за будущих супруг, но были и те, кто надеялся сговорится непосредственно во время пира и вот этого пышного действа в главной зале — музыка, песни, выпивка, невообразимо красивые цветущие деревья в саду Тасцэлии.
Рэтар столько раз видел это. Судьбу его собственного брака великий эла решил во время точно такого же действа. Феран прекрасно помнил бледное, испуганное лицо Тейты, которую ему представили как его будущую супругу и растерянное лицо Рейнара, который не смог сказать ничего поперёк воли правителя.
И вот он стоит здесь снова. И теперь сам он вынужден быть на месте Рейнара. Сам не имеет возможности возражать, хорошо хоть не против уже подобранной невесты, а всего лишь против самого факта обязательности брака. Но в итоге его самого вынуждают выбирать…
— Нет, не выбрал, — ответил феран Изарии на вопрос правителя.
— Рэтар, — отозвался великий с недовольством. — Не заставляй меня делать выбор за тебя.
Немного раньше к изарийскому ферану подошёл его митар.
Выбор девиц был весьма скудный. Ничего особо полезного для их ферната, да и понимая тяжесть положения тана, Рэтар дал возможность выбрать девицу без оглядки на какие-то важные для Изарии моменты.
— Я выбрал, — сказал Роар тихо. Феран вопросительно повёл бровью. — Лета Анпа.
Видимо, пройдясь по предлагаемому выбору и покопавшись в своём бурном прошлом, митар выбрал одну из самых невостребованных здесь девиц.
Для начала фернат был мал и беден. Отвечал за него феран — старик, выживший из ума, ещё задолго то того, как потерял всех наследников. Он воспитывал дочь своего сына в жестокости и суровости, которые видавшие многое вояки предпочли бы избежать. Поэтому не находилось даже захудалого дома, захотевшего бы связать себя браком пусть и со знатными высших регалий. Чего уж говорить о равных девице претендентах. Да и возраст у неё был уже не девичий, что дело только усугубляло.
Но Лета была умна и практична. У Роара была когда-то связь с ней, и даже после расставания, отношения не испортились. Так что теперь их союз был бы спасением для обоих. Роар нашёл бы супругу благодарную и дружественно настроенную, потому как он был бы для неё спасением от тирании её данэ.
— Неплохо, — одобрил выбор митара феран.
— На случай, если всё пойдёт не так, как мы планировали, я дал ей в залог своего слова триф Горанов, — предупредил Роар, — чтобы могла воспользоваться порталами Изарии.
— Хочет сбежать? — нахмурился Рэтар.
— А ты бы не хотел?
— Хорошо. Пусть так.
— Я же правильно понимаю, — спросил тан как можно тише, — что мы по уши в трясине и тонем так быстро, что спасения скорее всего нет?
— Это моя забота, Роар, — ответил Рэтар спокойно.
— Ты хочешь, чтобы я был фераном, — резонно заметил на это митар.
— Но феран всё ещё я, — ответил он.
— Рэтар, — нахмурился тан.
— От тебя требуется только одно — будь благоразумен, Роар.
— И смирен? Только смирением войну не выиграть.
— Наши головы на плахе, Роар. Без головы никакой тебе войны, и защитить ты никого не сможешь. Поэтому благоразумие, парень… Больше я от тебя ничего не хочу, — феран кивнул, давая понять, что разговор окончен.
И вот рядом стоял великий и ждал. Ему необходимо найти возможность, но для чего? Чего правитель на самом деле хочет от Изарии, Горанов и Рэтара?
— Пройдись со мной? — предложил эла небрежно, но было понятно, что это приказ, не предполагающий отказа.
— Как тебе будет угодно, великий.
— Твой митар сделал выбор, или так же упрям как ты? — спросил правитель, когда они шли по залу, в сторону той части здания, где были комнаты принадлежащие непосредственно ему.
— Сделал, — ответил феран Изарии.
— Прекрасная новость, — улыбнулся великий. — Кто?
— Лета Анпа, — ответил Рэтар.
— Ты шутишь? Ты отказал при мне одним беднякам, но соглашаешься на других? Ещё более бедных. К тому же безумных.
 
— Когда выгоды нет, приходится смотреть в сторону других качеств, — пожал плечами изарийский феран.
— И какие же у неё есть качества, — скривился правитель. Они дошли до рабочей комнаты великого эла. Зашли внутрь. — Рэтар?
— Она способна выносить потомство Горанов, — ответил тот. — Это первое.
— О, есть ещё? — удивился эла.
— Да, достаточно важное.
Правитель повернулся и вопросительно уставился на ферана Изарии.
— Она тебе никогда не была интересна, — ответил Рэтар откровенной грубостью, но остался спокойным.
— Осторожнее, друг мой, — предупредил его великий, неоднозначно ухмыляясь.
— Раз ты ставишь меня в такое же положение, — пожал плечами феран, — что и моего танара когда-то, то я не могу игнорировать эту деталь.
— Она может быть интересна кому-то другому, — снисходительно заметил эла.
— Да, — согласился Рэтар. — Это мне тоже понятно. И поэтому никакого обряда не состоится пока я не буду уверен в том, что внутри неё моего митара не ждёт неожиданность в виде чужого ребёнка.
— Позовёшь магов? Или ведьм? — и правитель сделал упор на последнее слово, а изарийский феран почувствовал, как земля стала уходить из под ног.
— Моего мага будет достаточно, — ответил он, стараясь оставаться спокойным.
— Не ссорься со мной, друг мой, — улыбнулся Лоаяс полной опасности улыбкой. — Моё положение шатко. Меня окружают предатели и каждое мгновение я ожидаю своего конца. Я не могу не проверять своих феранов.
— Я не доказал тебе, что верен? — спросил Рэтар. — Ты сомневаешься, что я приду на твой зов?
— Но последний раз ты именно так и поступил, — парировал правитель. Вот и то, чего феран Изарии ждал так долго, ещё до визита великого и его двора в Зарну.
— Ты знаешь, что я выполнил твою просьбу, — ответил он. — Я объехал границу, я составил тебе полный отчёт о происходящем на ней.
— Но ты не прибыл сам, как я просил, — отрезал эла.
— У меня были веские причины. Ты знаешь, что моего митара тяжело ранили. Он был при смерти.
— Но не умер.
— Это плохо? — поинтересовался Рэтар и тревожный гул в голове стал нестерпимым. — Потерять ещё одного верного человека было бы весьма печально, великий.
— Ты прав. Но кажется причина твоего отсутствия была не только в твоём митаре. Разве только его ранили? Кажется ещё твою чёрную ведьму? — великий сложил руки на груди и пристально всмотрелся в Рэтара.
— Да, ранили, — как можно спокойнее ответил тот. — Она спасла Шер-Аштар от тяжёлых потерь.
— И митара спасла, — добавил правитель.
— И его, — согласился изарийский феран, чувствуя, уже точно понимая, что стоит на краю.
— Действительно ценная вещица, — хмыкнул великий эла. — Такая ценная, что ты променял меня на неё.
— Если это даёт тебе усомниться в моей верности, если это перечёркивает всё, что я сделал для тебя и Кармии, — повёл головой Рэтар, выдерживая жёсткий, испытывающий взгляд грасцитовых глаз Лоаяса. — Что ж — я приму наказание.
— И снова ты пытаешься поссорится со мной, — вздохнул эла.
— Лоаяс, — обратился к правителю Рэтар, — чего ты от меня хочешь?
— Знаешь, как мне порой страшно? — спросил тот, глядя на изарийского ферана. — Этот страх душит, Рэтар. Душит меня. Оглядываться, быть всегда в напряжении. Нет. Я был у тебя и мне было спокойно, несмотря ни на что. Вернулся сюда и меня снова заполнил страх.
— Великий…
— Я верю тебе. Верю, — перебил Рэтара правитель. — Но я должен быть уверен, понимаешь? До конца. В тебе, и в Роаре.
Феран Изарии нахмурился, потому что не верил великому эла. Не верил.
— И поэтому я забираю твоих ведьм, — произнёс он приговор.
— Прости? — леденящий ужас стиснул внутренности Рэтара.
— Я решил, что заберу их в качестве залога вашей верности и в дальнейшем, — буднично ответил великий. — И это…