"Фантастика 2024-110". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
«Эффект послезнания» в этот день сыграл по максимуму. Но увы, такое было возможно только один раз.
* * *И ещё… должны быть произнесены слова о пограничниках. И об их подвиге.
В «ту войну» и в «эту» на западной границе 22 июня приняли бой 485 погранзастав. Из почти 20 тысяч пограничников в первый же день «той войны» погибло свыше 16 тысяч.
На «этой» также пали смертью храбрых в день начала войны три четверти личного состава погранзастав, вступивших в бой. Они приняли его боеготовыми, заранее поднятыми по приказу, заняв окопы, спасшие часть их их от артобстрелов и с оружием в руках. А претендентов побыть «исключительной нацией» 30х-40х – немцев они забрали с собой в могилу намного больше. Особенно из состава немецких диверсионных групп, предназначенных для захвата мостов, переправ и передовых штурмовых отрядов.
Наши уходили в бессмертие, а враги – в небытие…
Глава 14. Личные впечатления
Москва. Личные впечатления от второй половины июня 1941 человека из «иного будущего».После возвращения с моря в Москву, помог разгрести программистскую текучку – копившиеся (на троих) задачи от Иоффе, в которые вовсю погрузились пахавшие за меня и себя Ляпунов и Шура-Бура и начал рожать многофайловые и поначалу многосоттысячные, а позже и распухшие до многих десятков мегайбайт (чистый plaintext, чтоб был понятен объём!) полного собрания сочинений попаданца. «Записки из будущего», мда… Которые, помимо моих собственных воспоминаний и впечатлений, рождённых жизнью в 21-м веке, формировались в виде развёрнутых и подробнейших ответов на огромный список вопросов от «двадцатки+», которые «уважаемые и заслуженные» составляли, пока я купался в Чёрном море.
Чего там только не было! Точнее, там было всё. Тот самый «облик, слепок, сохранёнка будущего», идеей консервации которого так загорелся после музвечера «Комплекснамберс стайл» Абрам Фёдорович. Допущенные к главной тайне СССР весьма неординарные личности стали безжалостно выдавливать воспоминания из моей памяти, насаждая их на крепкий каркас основ из имевшихся и отфотокопированных журналов и книг с HDD.
Мои давнишние слова про «могущую пользу всего» – от «рывка в цифровую эпоху» до стилей моды неожиданно таки воплотились в прессинг на мою память и тренировку пальцев. Всегда считал себя «рождённым с клавой в руках», но сколько я набрал объёма текстов здесь, в попаданческой шкуре, это пипец, товарищи коллеги из 8-го отдела…
Считая крайние дни до самого страшного дня и усиленно заставляя себя переключиться с отпускного расслабона нарабочий ритм и делать то, за что советской государство заключило теоретически (куда и на что всё это тратить, угу?) миллионнорублёвый контракт с единственным имеющимся на территории этой Вселенной «представителем другой», я понял, что настоящему соскучился по «духовной любви всей жизни».
Я по прежнему хотел, желал и буквально уже тосковал по программированию компьютерных игр. Не имея какого либо практического применения своих скиллов в сей области, которые никак не могли быть реализованы в той серьёзнейшей с точки зрения развития ИТ данного мира и «научных, оборонных и народнохозяйственных потребностей СССР» работе, которой мне приходилось заниматься.
Да и нулевой на данный момент вид рынка электронных развлечений и почти нулевой (2шт компа + старый кнопочный телефон с набором JAVA игр) имеющийся парк нормальной компьютерной техники вводил в уныние.
На М-1, будь у неё хоть нечто, похожее на текстовой дисплей, пусть даже с 16*16 (да чёрт возьми, хотя бы 12*12!) знакомест, я бы мог попробовать втиснуть в её 256 (позже 512) байт памяти и на быстродействии М-1 в несколько тысяч операций в секунду, игру типа тетриса, или убогих первых прототипов «змейки» или «Galaxians», извернувшись со своими продвинутыми ныне навыками по программированию в машкодах того «процессора», разработчиком системы команд которого я являлся.
«В этом мире». Нарушитель копирайта… Ну, попаданец я или нет? Или «единственный наследник исчезнувшего будущего?»
Покопавшись в залежах самых древних, первых игр для ZX, мог откопать ещё пару идей. Всё. Но и сие было пока не реализуемо. Дисплея у М-1 не было. Пока? Мы с Бруком и Лебедевым начал обсуждения того, что будет за серийным производством М-1 с расширенным объёмом ОЗУ и четырьмя магнитными барабанами на каждую.
* * *17 июня 1941.Буквально дышавшее за несколькими листами отрывного календаря 22 июня сподвигло на очередную попытку разыграть и представить, используя возможности одного из варгеймов – сверхдетализированного «Soldiers of Empires II», ситуацию «как может быть в этот раз». Подвигав в варгейме орды юнитов, я поприкидывал, как и чем РККА встретит на западной границе вермахт и люфтваффе через несколько дней? Запарившись как всегда с микроменеджментом (помощь ИИ была слишком дубовой), остановил игру через несколько ходов. Всё равно не угадаю. Да и какие-то изменения в расстановке сил РККА произошли. И армия страны, надеюсь, будут готова лучше. Осталось ждать совсем не много…
Вообще, конечно, жесть какая-то с восприятием. Через несколько дней наступает последняя декада июня, а я, зная, ЧТО скоро начнётся не «фильм про войну», потратил несколько часов за виртуальным эмулятором «отдай каждой дивизии приказ и она исполнит, как ты велел»…
Видимо, я таки в это время пока никак не вжился. Сколько не говорю себе – всё, хода назад нет, не будет, забудь… комп перед собой на столе, разнообразный функционирующий софт на ПК, и, в целом, весьма напряжённая (особенно когда касается это ИТ) работа по прогрессорству, но «раздвоение между веками и мирами» по прежнему присутствует.
* * *Там, в 21 веке, это было моделированием сверившейся истории, в которой ничего уже нельзя было изменить, а нынче стало попыткой «представить, как будет». Исправлять и улучшать должна была вся страна в целом – бойцы РККА на западных границах СССР, понимающие что к чему в Кремле и Генштабе. Население СССР, которое скоро будет жить и отдавать все силы ради Победы в условиях военного времени. И лично я уже пашу ради СССР (вот прямо с августа сорокового…), ныне вовсю кодя расчётные задачки по ТЗ от Иоффе, о смысле которых я часто имел лишь общее представление из сопроводиловок на паре-другой листов с алгоритмами, по которым писал вместе с двумя местными прогерами расчётное ПО.
Как Иоффе объяснял тем, кому это было нужно, как формулировать задачу для нас (чтобы мы – реализаторы, поняли и сделали!), сохраняя гостайну, как он распределял приоритетность задач, зная объём имеющегося машинного времени и даже более важное – не беспредельные силы нашей программистской троицы… всё это уже давно меня не интересовало. Слишком «прогрессорские будни» затянули в свой ритм, а новизна притухла. Да и личные интересы и потребности, придавленные почти год, всё сильнее требовали права на реализацию.
Как бы не пошла в разнос психика от «суммы страхов и неприятностей» – дыхания мировой бойни, лишь в малой части возможности реализовать себя в профессиональном плане, от жёсткого ограничения личной свободы, помноженного на плохие шансы для поиска себе девушки «тут»…
А ощущение войны на пороге… оно было, с одной стороны нервирующим. А с другой стороны, каким-то игрушечным и нереальным. Возможно потому, что знал, что в отличие от большинства моих сверстников в этом СССР меня завтра не ждёт повестка в военкомат, я буду по прежнему вкусно жрать и, как и в комфортном 2018-м, каждый вечер перед сном отправляться в душ с тёплой водой, не буду через полгода мёрзнуть зимой в окопе, буквально вжимаясь под артобстрелом в застывшую, как камень землю и пытаться унять животный страх, что вот-вот убьют…
Оставалось лишь как можно лучше делать своё дело. Ибо сейчас, предупредив руководство страны о будущем, передав все свои сведения, нужно просто было качественно работать на благо тех, кто для меня – предки. Пусть и из «параллельной Вселенной». Есть много работы, которую кроме меня сейчас по прежнему не сделает в мире никто.