Близнецoвoе Пламя (СИ)

Генерал чуть не потерял лицо, но затем сухо хмыкнул и посмотрел на Лиен так, будто он о ней тоже что-то знал.
— Не хочу показаться непочтительным… Но откуда юной принцессе разбираться в оборонительных строениях?
Лиен рассмеялась, прикрыв свой оскал веером.
— Вы совершенно правы — я ничего в них не смыслю. Поэтому с нами отправляются две дюжины мастеров.
Лиен указала привратнику, и ворота распахнулись, выпуская строй инженеров. Лицо генерала вытянулось, как свиток с указом. В его планы входило, может, устранение ещё нескольких воинов, наступающих ему на пятки. Или чиновников, догадывающихся о его торговле с разбойниками. Или более способных помощников, начинающих дышать ему в спину. Но точно не тотальная проверка.
Подали паланкин, и Лиен последний раз окинула взглядом алые изогнутые крыши, покрытые снегом оцветающих вишен, серпантин и пустующие копья. Если всё получится — одно из них украсит голова Генерала Пэя.
***
Лиен отодвинула цветастую занавесь, и внутрь ворвался хоть и прохладный, но ароматный лесной воздух. Проплывали мимо, чуть подпрыгивая, покатые зелёные горы, нагретые стволы сосен, устланный иголками ковёр и поросль, что пыталась урвать лучи света, оставшиеся после крон деревьев.
— Скоро приедем, — сказала Лиен и закрыла паланкин. — Тебе пора.
Таяна в один присест запила сытный завтрак чаем и вытянула руки, чтобы Лиен снова их связала. Бедуинка стояла даже ниже носильщиков паланкина, и вынуждена была проделать весь путь пешком, за исключением «процедур», на которых принцесса её подкармливала и давала отдохнуть.
Лиен ещё раз подвигалась, проверяя, удобно ли сидит дорожное платье — в цвет леса, крепко ли заколоты волосы — шпильками без звенящих подвесок, хорошо ли закреплён на предплечье кинжал — чтобы убить сопровождающего. Таяна учила её заставать врасплох, но в честном бою шансов у Лиен не было. Попытка будет всего одна.
К обеду они были в крепости. Носильщик подставил свою спину, чтобы принцесса сошла на твёрдую землю, а не в лужу. Позади остались красные, заклёпанные черной сталью ворота, над которыми стояли смотровые под изогнутой крышей. Множество подобных крыш были раскиданы по двору, подпираемые одно-, двухэтажными каменными стенами. Эти же серые стены окольцовывали крепость. На фоне их монументальности особенно выделялись деревянные постройки, сделанные рабами не-магами камня. В этом месте план превращался в импровизацию.
Генерал Пэй произносил пафосную и бесполезную речь, весь смысл которой заключался в «к нам приехала проверка».
— Я слышал, принцесса страшненькая, а она вполне ничего, — шептались воины.
— Выглядит так, словно может убить тебя.
«И она действительно может» — Лиен аристократично улыбалась.
«Кан Лиен! Кан Лиен! Кан Лиен!» — проскандировали солдаты по команде военачальника. Принцессе представилось вдруг, что будь она сыном короля — так кричало бы многотысячное войско перед тем, как пойти за ней в битву. Но увы, единственное поле боя для женщин джиё — родильное ложе, а героизм — наплодить побольше сыновей.
— Вы хорошо их вымуштровали, — обратилась Лиен к Пэю.
— Благодарю, Ваше Высочество, — он сложил руки и поклонился, — надеюсь, наши повара тоже заслужат Вашей высокой оценки.
И они отправились на обед.
Генерал не сводил с неё глаз, пока она развлекала его дам столичными сплетнями за отдельным, «женским» столом. Лиен не могла больше ждать, пока этот коршун уйдёт, и первой вышла из трапезной. К ней подскочил молоденький стражник.
— Ваши вещи уже перенесли в покои, Лиен-эри. Позвольте Вас проводить.
Каким-то чудом он дослужился до седьмого ранга и ещё не попался генералу в лапы. Хотя по его виду всё стало ясно: у него было лицо наивного ягнёнка.
— Да, пожалуйста.
Оставшись один на один в коридоре, Лиен нарушила тишину:
— Давно Вы тут служите?
— С начала года, Ваше Высочество.
— Тогда Вы наверняка знаете, где здесь поляны розового багульника?
Лиен ещё в столице выбрала место для побега, но пускай он думает, что оказал ей услугу.
 
— Так точно, — воин оживился, — есть большие заросли недалеко за стеной.
Он распахнул перед ней двери покоев. Лиен одарила его взглядом, каким выбирают жертву, но откуда ему было знать. Она раскрыла веер и подала знак: «Надо поговорить». Проводник моргнул и еле заметно кивнул головой.
— Тогда я бы хотела отправиться туда примерно через час. Во дворце кругом один камень: пускай и прекрасно оформленный, он надоедает. А я так соскучилась по южной природе, — Лиен выпятила нижнюю губу, как капризная девочка.
— Я бы хотел однажды пробыть во дворце столько, чтобы заскучать по этим соснам, Лиен-эри, — он солнечно улыбнулся.
«И этот туда же», — разочарованно подумала девушка.
— Захватите какие-нибудь закуски с напитками и, может, покрывало. Только не берите с собой половину кладовой, прошу. И распорядитесь подать двух шиши.
— Не знал, что Вы умеете ездить верхом, — простодушно ответил воин.
— Согласитесь, обо мне в целом немногое известно.
Лиен закрыла дверь и обнаружила в комнате Таяну. Видимо, её отнесли к категории вещей принцессы. Она отвязала бедуинку от кольца сундука.
— Ну ты даешь, — сказала Таяна, пока Лиен расслабляла узел на её запястьях, — как бы бедный мальчик не подумал о чём-то большем.
— О чём-то большем, чем донос на Генерала?
Таяна приподняла одну бровь и уставилась на неё.
— Мы подаём тайные знаки веерами.
Закончив с верёвкой, Лиен стряхнула напряжение с пальцев и прошлась туда-сюда по комнате. Она думала о жеманной фаворитке, которая ничегошеньки не поймёт в её записях, о незаконченном плане дворцовых закупок на зиму и всей той статистике, что будет утеряна без её контроля. Она так жалела об этом, будто до конца не решилась отрезать свою судьбу от судьбы королевства.
— Волнуешься?
Лиен остановилась, нахмурилась и кивнула.
— Тогда поупражняйся.
***
Они шли меж сосен и розово-малиновых кустиков: утоптанная тропинка осталась позади, и Таяна вела груженых вещами шиши на поводу. Под ногами хрустели иногда ветки, шуршали иголки, падали прошлогодние шишки. Заблудший ветерок воскрешал приторный аромат багульника. Кинжал нагрелся под рукой.
— Поляна скоро покажется, обещаю, Ваше Высочество.
Лиен улыбнулась в ответ.
Она не раз представляла, как этот день настанет, и она убьёт воина. В сотне вариантов: с разных позиций, разными приёмами. Но в итоге сейчас из всего бесконечного множества этих вероятных событий свершится лишь одно. Она чувствовала себя подбрасывающей монетку, только у этой монетки было не две, а миллионы сторон. И Лиен должна была выбрать верную.
Поляну она увидела раньше него. Сопровождающий не замечал проплешину почти до самого конца — пока не оказался на ней. Он сказал что-то, но Лиен ничего не услышала, только видела, как шевелятся губы. Вот юноша повернулся спиной и направился к поклаже.
Она — принцесса, что хочет свободы. Он — воин, стоящий у неё на пути. Лиен вытянула кинжал из рукава, шагнула к мужчине и перерезала ему горло. Ничего личного.
Её тело будто обнял холодок, а внутренности попали в невесомость. Для неё убийство — не цель, а только шаг на пути к цели. В её голове — чёткая последовательность. И ошибка на каждом этапе могла разрушить всё. Лиен зажала рану рукой. Судя по тому, как хлестала кровь — с надрезом она перестаралась.
— И часто ты так заимствуешь вещи? — спросила Таяна, узнав клинок, что свёл их.
— Бывает.
Кровь с кинжала чуть не пролилась дорожкой от джиё к телу, рискуя выдать следопытам истинного убийцу. Лиен подставила под капли своё платье. Ярко-красный отвратительно сочетался с тёмно-зелёным. Девушка скорее уронила мертвого к стволу дерева (вышло громче, чем ей хотелось) и вытерла ладонь о юбку.
Она вытащила клинок из его ножен — такой же, как у неё в руке — и закрепила на поясе.
— Кинь, — она передала окровавленную копию Таяне.