Иллюзионист (ЛП)

— Как она выжила? — спрашиваю я.
— Ледяная ведьма погрузила её в глубокий сон. Король Ледников, чтобы доказать свою любовь к принцессе, отправился на поиски редкого лекарства — цветка, что растёт только в Лузо. Он принёс с собой льды в северную часть нашего континента. Чтобы остановить его от превращения всего мира в один большой ледник, все жители деревень активно помогали ему искать цветок. Но на таком цветущем острове, где растёт множество цветов, нужна была помощь каждого.
— Они смогли найти цветок? — спрашивает Лео. — Нет, не говори. Погоди. Ладно, скажи мне.
— Да, но большой ценой. Король Ледников, хоть и принёс с собой частичку своей родины, начал таять, а когда он растаял, уровень воды в океане поднялся, и он начал тонуть. Но как только принцесса очнулась, благодаря людям, нашедшим цветок, она стала частью ледников и спасла его. Если вам интересно моё мнение, ей стоило позволить ему пойти на дно, самой взять бразды правления и найти кого-то, кто был бы достоин её.
— Или просто вернуться домой, — предлагаю я.
— Она слишком много времени провела вдали от родины. Слишком сильно изменилась. Иногда ты возвращаешься в прежнее место, а оно уже кажется чужим, — голос Кастиана звучит тихо на фоне непогоды, бушующей снаружи, и в нём столько эмоций, что это напоминает признание. — Но изменилось не место, а ты, и ты уже ничего не можешь сделать, чтобы вернуть прежние чувства. Домом это место уже не будет никогда.
Я пытаюсь представить, что бы я чувствовала, вернувшись в маленький домик в лесу, в котором жила с родителями первые семь лет моей жизни.
— Пессимистично, ваше высочество, — отмечает Лейре. — Но ты прав. Для некоторых из нас дом — это нечто временное. Я не наивна. Принцесса Ледников изменилась не потому, что она влюбилась. Она изменилась, потому что ей нужно было выжить в условиях, в которых нельзя было жить. Я всё думаю, что же случилось с теми, кто помогал искать цветок? Что происходит с людьми, которые выживают? Что бывает дальше? — Лейре прислоняет голову к стене, тени прячут её глаза. — Я здесь, потому что король Фернандо разрушил мою семью. Да, мой отец был далеко не святым, но скольких детей вроде меня король потопил? Так что да, Братоубийца, за живых нужно мстить.
Тепло разливается по моему телу, и на этот раз, когда яхту встряхивает так сильно, что кажется, будто её разломит надвое, я считаю секунды между раскатами грома. И считаю, сколько взглядов Кастиан бросил на меня.
— А кто-нибудь из вас слышал о принцессе по имени Галатея? — спрашиваю я.
— В Пуэрто-Леонесе такой не было, — заявляет Кастиан.
— Уверен?
— Поверь, мои наставники заставляли меня учить всю королевскую родословную, начиная с моего предка, впервые ступившего на земли Вахиа-де-Леонес.
— Принцессой какого королевства она была? — интересуется Лео, ковыряя катышки на тканевой поверхности стола.
«Мемории», — хочу ответить я. Королевства, принадлежавшего моему народу. Храмы и прочие священные места разрушали в ходе каждой из войн, но судя по внешнему виду Фернандо, эта сцена случилась не более сорока лет назад. Иллан достаточно стар, чтобы знать её лично, и мои родители могли рассказывать о ней.
— Рен? — зовёт Кастиан. Все смотрят на меня. Как рассказать им о том, что я видела, и не сойти за сумасшедшую?
Но гром не даёт мне заговорить. Через пару секунд яхта сильно наклоняется, и лампа Лео падает. Кастиан быстро тушит огонь своим одеялом, а сам Лео вскрикивает:
— Я в порядке!
— Осторожно! — кричит Лейре.
Я ничего не вижу. Яхта наклоняется, я хватаюсь за диванчик, прикрученный к стене, но нелепая обивка слишком мягкая, и я соскальзываю. Не понимаю, где верх, а где низ. Молнии трещат так громко, что у меня сводит зубы. А затем я обо что-то ударяюсь.
— Держу тебя, — шепчет Кас. Его мозолистые ладони обхватывают мою руку, и я ползу к нему. На мгновение создаётся впечатление, что яхта летит, всё настолько невесомое. Я вскрикиваю, когда моя рука выскальзывает из хватки Каса. Он сжимает крепче и подтягивает меня к своей груди. Мы с грохотом приземляемся, и я мысленно возношу благодарность Госпоже Теней за то, что здесь так темно и никто не видит облегчения на моём лице, когда Кастиан всем весом придавливает меня к подушкам на диване. Я убираю его пряди, упавшие на лицо, и он льнёт к моему прикосновению. Жар разливается в груди, сердце кувалдой бьёт по рёбрам.
 
— Кас, — бормочу я. Если корабль пойдёт на дно, если это наши последние минуты вместе, что я хочу сказать?
— Я здесь, — его дыхание опаляет моё ухо. Мои руки обнимают его за шею, готовые удержать его на месте, если снова начнётся тряска. Я чувствую волнение в животе. Слышу крики Лео, смех Лейре, завывания ветра, стук проливного дождя, свой вдох, когда мой нос касается носа Каса, и его губы скользят по моим.
А затем наступает тишина. Дождь прекращается.
— Всё закончилось, — объявила Лейре. Я слышу, как она пробирается к двери.
Магия грозы рассеялась, и мы с Кастианом отскакиваем друг от друга. Я делаю глубокий вдох и облизываю солёные губы. Свет проникает в помещение, и мы видим Лео, растянувшегося на игровом столе, вцепившегося в него до побелевших костяшек.
— Кажется, я проглотил игральные кости, — стонет он.
— Как? — потрясённо спрашивает Кастиан, отряхиваясь. На его спине растекается кровь — видимо, что-то упало сверху. Он закрыл меня собой. — Хотя нет, некоторые вещи лучше не знать.
Кас помогает Лео спуститься со стола. Я поднимаюсь по лестнице следом за Лейре на палубу, чтобы оценить масштабы бедствия. Она проверяет все верёвки и болты, затем осматривает мачту и штурвал, перечисляя Кастиану, что ещё нужно проверить. Я ничего не знаю о судах и не знаю, что она там высматривает. Знаю только, что мы ещё на плаву и так далеко от земли, что не могу сказать даже примерно наше местонахождение.
— Это было круто, не правда ли? — Она с восхищением смотрит на удаляющуюся бурю. Меланхолии, одолевавшей её под палубой, как не бывало. Но я никак не могу выкинуть из головы историю о принцессе.
— Я бы выразилась иначе.
— Это нам ещё повезло — Она хлопает меня по спине. — Я видела бури и пострашнее. Но Великая Тортуга оберегала меня всё это время.
Кастиан и Лео присоединяются к нам на палубе и помогают поднять парус. Я стараюсь избегать взгляда Кастиана, но он выглядит хмурым, и каждое его движение сосредоточено на деле. Солнце выглядывает из-за пышных белых облаков, высушивая нашу кожу и одежду. Закончив с парусами, Лейре достаёт свою сумку, а Кастиан — бортовой журнал. Вместе они намечают курс, который будет уводить нас всё дальше и дальше от дома.
Я вспоминаю принцессу, ставшую частью ледников, изменившуюся, чтобы выжить. Остаётся только надеяться, что, когда мы вернёмся, у нас ещё будет дом.
Глава 15
Быть в открытом море так же удивительно, как и страшно. Каждое тёмное облако заставляет нервничать в ожидании новой бури. А по ночам небо и вода настолько чёрные, что луна напоминает серебряное пламя, освещающее поверхность, и вызывает страх совсем иного рода — страх провалиться в бездну и потерять себя. Но бывают моменты — когда Лео на верхушке мачты смотрит в подзорную трубу, или когда Лейре с Кастианом обсуждают координаты, ориентируясь по небесным светилам, или когда я вношу свою лепту, поддерживая чистоту на палубе и в грузовом отсеке, или когда Кастиан подпевает пошловатым песенкам Лео за ужином, — когда я не могу представить себе другого места, где я хотела бы оказаться.
Дни сменяют друг друга, мы привыкаем к жизни в море. Кастиан и Лейре проводят почти каждое утро за изучением журнала адмирала Ариаса в капитанской каюте. Но путь к Исла-Сомбрас окутан не только мифами мориа. Координаты и мореходные навыки Лейре позволяют определить, что остров находится между королевством Пуэрто-Леонес и её родиной, Эмпирио Лузо, прямо посреди Кастинианского моря.
— Как мориа удалось скрыть целый остров? — спрашивает Лейре на третий день. Она пытается научить меня пользоваться секстантом, но стоит только мне прикоснуться к нему, как я чувствую странную искру магии от крошечных альманов, инкрустированных в металл. Даже мысль о том, чтобы считать с них воспоминания, вызывает у меня головную боль.