Никто, кроме тебя

Макс вышел от Пабло совершенно разъяренный. Как только он встанет во главе фирмы, первым, кого он уволит, будет Пабло. А пока нужно убедить Ракель и всех остальных не сообщать в полицию об этом Роберто Агирре. Кто знает, на что они наткнутся, если начнут раскапывать это дело. И что, интересно, скажет Маура, когда узнает, что Антонио исчез и его исчезновение связано с этим Роберто Агирре, придуманным ее сестрой? Нет, нет, пока ситуация не прояснится, нужно убедить Ракель молчать. И Камилу. Они готовы поднять настоящую бурю, ни с кем и ни с чем не считаясь.
Увидев, что кроме Ракель в гостиной никого нет, Максимилиано обрадовался – по крайней мере, можно будет поговорить без помех, убедить ее.
Ракель с недоверием посмотрела на Макса, – почему он так горячо уговаривает ее не говорить об этом человеке, ведь Антонио исчез после его звонка, а сейчас главное – узнать хоть что-нибудь о нем.
Максимилиано насмешливо взглянул на нее.
– Я тоже хочу его найти… Я тоже… Но так, чтобы не запятнать честь нашей семьи. Ты теперь часть нашей семьи. Ты и твой ребенок. Ты представляешь, что будет если ты скажешь всю правду? Ты хочешь, чтобы твой ребенок родился в тюрьме? Учти, я сказал матери, что уговорил тебя сказать Антонио, будто я был твоим сообщником – чтобы Антонио не отправил тебя в тюрьму. Он никогда не решился бы на это, чтобы не скомпрометировать меня и нашу семью.
Ракель закрыла лицо руками:
– Ты хуже всех, кого я только знала! Ты врешь с такой наглостью, что это уже невыносимо.
– Я это делаю ради тебя…
 
Глава 49
Клаудио так и не выбрался к Родриго, с которым по телефону договорился о встрече, – они допоздна ждали известий об Антонио. Да и не простой разговор с Камилой выбил его из колеи. Она все-таки заставила его заговорить о том, о чем он до сих пор предпочитал молчать. Он считал, что авария самолета не была случайной. И тот, кто ее подстроил, может предпринять еще одну попытку. И вот теперь, возможно, это и произошло. Но кто был виновником случившегося? И тут Клаудио ни в чем, конечно, не был уверен. Слишком много игроков в этой игре: Макс, Родриго, Роберто Агирре… Ракель?.. Нет, нет, только не она. Хотя Камила была убеждена, что все подстроила Ракель вместе с Максом или с этим Роберто Агирре. Поэтому, считала она, надо обо всем сообщить в полицию. А когда Макс попробовал ее урезонить, она заявила: «Мне плевать, если ее посадят, да и тебя тоже. Я хочу найти своего брата».
Но Родриго сам позвонил ему и, услышав, что Антонио так и не появился, притворяясь озабоченным, сказал:
– Дела… А что могло с ним случиться?
– Это я у тебя хочу спросить, – ответил Клаудио.
– Уверяю тебя, я ничего не знаю. Но, во всяком случае, если с ним что-нибудь случилось, нам меньше работы, не так ли? Приезжай ко мне. Нам нужно поговорить.
– О чем?
– Об этом. Клаудио, не вздумай проболтаться. Говорю тебе совершенно серьезно, Клаудио. Со мной шутки плохи…
Клаудио понял, что Родриго гораздо серьезнее, чем ему казалось. Забеспокоился и Родриго: Клаудио стал для него опасен. И то, что он не зашел к нему, как обещал, показалось Родриго очень подозрительным. Но грозить ему больше не стоит, пусть подольше пребывает в заблуждении, что игроки только сели за стол, – Родриго усмехнулся, – хотя партия уже сыграна. Несмотря на поздний час, он перезвонил Клаудио, и они договорились не откладывать встречу.
Сидя напротив Родриго, Клаудио не скрывал своего беспокойства:
– Тебе что-нибудь известно об Антонио?
– А что мне может быть известно? – притворно удивился Тонелли.
– Я тебе не верю, – сказал Клаудио.
Родриго взглянул на него своими темными, лишенными всякого выражения глазами и сказал:
Это твои проблемы. Но даже если бы я и имел к этому какое-то отношение, чтобы ты сделал? Заявил в полицию?
Клаудио понял, что ему нужно продолжать эту игру.
– Нет. Но я хочу знать вторую часть плана. Предположим, Антонио мертв. Каким образом ты думаешь это использовать? Заявишь, что Ракель по закону не является его женой?
 
Родриго снова усмехнулся: он никогда ни перед кем не раскрывал своих карт, а уж перед этим-то…
– Не нужно торопить события, – спокойно сказал он. – Может, он вернется сегодня вечером или завтра…
Но и Клаудио – если уж эта встреча состоялась – решил извлечь из нее какую-то пользу.
– Кто такой Кот? – спросил он. – Какое он имеет отношение ко всему случившемуся?
– Кот?.. Не понимаю, о чем ты говоришь. – Лицо Родриго было непроницаемо.
– Просто ты не хочешь мне говорить, – сказал Клаудио.
– Конечно, не хочу. Зачем ты сказал Камиле, что кто-то собирается причинить зло Антонио?
– Да… просто как-то вырвалось… Это тебе Маура сказала? Камила, что бы ни узнала, сразу же бежит ей рассказывать.
– Не следовало бы тебе говорить того, что может нас скомпрометировать. Обо мне она знает?
– Нет, конечно. Камила – сестра Антонио. Как я мог сказать ей, что ты задумал такое?
– Мы вместе это задумали, не забывай.
– Ладно, хорошо. Но что ты теперь будешь делать?
– Я уже сказал тебе, что нужно выждать. Как бы там ни было, я не причастен к этому исчезновению. Но если нас кто-нибудь опередил, тем лучше. Поживем – увидим.
– Но ты меня предупредишь, прежде чем что-нибудь предпринять?
– Конечно, Клаудио, не сомневайся, – успокоил его Родриго.
«Видимо, я зря волновался, – подумал Родриго. – Неужели сдают нервы?»
Луис хотел как можно быстрее получить заработанные деньги: он должен показать Марте свой банковский счет, чтобы она убедилась, что он действительно богат. Может быть, тогда она согласится наконец выйти за него замуж. Вчера Марта сказала, что они возвращаются в дом Ломбардо. А там полным-полно всяких щеголей-чистоплюев, и Марта наверняка подцепит кого-нибудь из них. Ведь она никогда не принимала его всерьез и встречалась с ним только, чтобы как-то заполнить пустоту свободных часов… Если Максимилиано получит Ракель, Марта на него и не посмотрит. Сколько денег она взяла у него в долг, а он еле-еле уговорил ее поужинать с ним. Такая уж она девушка… Поэтому он должен немедленно получить с хозяина свой должок.
Весь день Луис тщетно прождал звонка от Максимилиано и на следующий день отправился к нему домой. Его слуга сообщил, что сеньор Максимилиано сейчас в доме Ломбарде. Луиса это не смутило – ему все равно, где получать. Максимилиано встретил помощника неприветливо.
– Ты не должен был сюда приходить… Ведь Антонио выгнал тебя из дома…
– Дайте мне хоть сколько-то, – попросил Луис.
– Я же сказал тебе, что нужно подождать. Через неделю я потребую, чтобы мне передали все дела, которые вел Антонио, и тогда у меня будут деньги.
Проходивший мимо дон Даниэль с удивлением взглянул на поздоровавшегося с ним Луиса. Заметив это, Максимилиано поторопил:
– Ладно, уходи. Убирайся! Как только у меня будут деньги, я тебе позвоню.
Но Луис думал о Марте, – раз здесь их отец, значит, и она где-то рядом. Уходя, он невольно бросил взгляд наверх, там в глубине коридора, была комната Марты…
Дни на острове были заполнены тяжелым однообразным трудом. Но Антонио, даже в мыслях, никогда не жаловался на жизнь. Главное – он жив. И теперь – каждый новый день только ступенька, приближающая его к Ракель, к ребенку… Понукаемый Антонио, Кот в конце концов приспособился разводить костер. Антонио добывал силками птиц и находил раков и крабов под камнями и в расщелинах гранитных валунов; мелководные затоны снабжали их рыбой. Можно было подумать и о главном – как выбираться с острова. И когда Кот в очередной раз спросил: «Что же нам теперь делать?» – Антонио твердо, как о деле решенном, сказал:
– Попытаемся отсюда выбраться.
– По воздуху? – удивился Кот.
– Мы построим плот.
– Плот? А где мы возьмем топоры? Как распилим бревна? Где достанем гвозди?
– Нам все равно придется это делать. Притащим упавшие деревья и свяжем их лианами.